Хозяева океана. Книга 2 - Сергей Фомичев
Однажды утром они поняли что вполне насытились друг другом и просто лежали рядом глядя на потолок.
— Возьми меня с собой, — попросила Тулика.
Митя дернулся от неожиданности.
— Куда же я тебя возьму? — спросил он.
— Туда, откуда приплыл.
Митя смутился. Он вспомнил, что рассказывал Коновалов и на мгновение подумал, что дикарка только для того и сблизилась с ним, чтобы отправиться в Викторию. Затем, решил, что это не имеет значения. Он не желал связывать себя с островитянкой, что бы девицей не двигало.
— Я не могу взять тебя с собой. Что ты там будешь делать? Там у нас холодно.
— Я умею управлять парусами, — сказал она.
Он фыркнул. Женщины крайне редко служили матросами на кораблях Виктории. Их иной раз подряжали на прибрежное плавание, особенно на рыболовные или промысловые шхуны с большой командой. По большей части женщины готовили пищу, стирали, убирались, иногда занимались собственно рыбалкой, разделкой улова. Никто не думал, что им по силам тянуть шкоты и бороться с бурями. К тому же считалось, что они приносят несчастье. По всему Тихому океану ходили байки про француженку, которая переоделась матросом и отправилась в кругосветку. И никто из команды «Ле Этуаль» её хитрость не раскусил, а вот туземцы Таити сразу разоблачили женщину по запаху. Дело обернулось большим скандалом.
— Нет, — твердо заявил Митя.
Тулика не стала упрашивать, не попыталась его соблазнить или разжалобить слезами. Поднялась, обернула вокруг бедер свою юбчонку и ушла, ничего больше не сказав.
Митя смутился еще больше. Теперь ему стало не хватать девушки. Он не привык быстро сходиться и расставаться, как обычно поступают моряки. Встреть он Тулику в Виктории возможно у них что-то и вышло бы. Но везти её туда, пристраивать где-то? Где? Кем?
Мысли путались.
* * *
Тулика не вернулась. Митя прождал день, второй, но она так и не появилась. Не встретил он девушку ни в обеденном зале, ни на улице. Всё ещё пребывая в расстроенных чувствах, он приказал готовить «Незевай» к отплытию. Митя надеялся, что после выхода в море всё быстро вернется в привычное русло.
Разумеется, с точки зрения подготовки, такое распоряжение было лишним. Любая шхуна начинает готовиться к отплытию сразу, как только прибыла в промежуточный порт. Мите просто хотелось обозначить неизбежность расставания для самого себя.
Отплытие задерживалось из-за погоды. Остров был достаточно большим и высоким, чтобы здесь возникал бриз, но на одном бризе далеко не уплывешь, а океан до самого горизонта выглядел абсолютно спокойным. Ни облачка, ни волны, ни ветерка.
Вдобавок вскоре выяснилось, что пропал Васятка. Подошла его очередь нести вахту, но к положенному времени молодой матрос не явился. Пропустил он и следующее дежурство.
— Я отметил его в судовой роли, как беглеца, — спокойно сообщил Барахсанов.
Дезертирство не являлось каким-то неслыханным делом. Будь то военный флот или коммерческое судно, бостонское, английское или местное. Матросы сбегали, устав от плавания, криков шкипера или просто заскучав по женской ласке. Не говоря уже о жесткой дисциплине военного корабля. Они сбегали в порту или на диких островах, втихомолку или устроив бунт, как те парни с «Баунти».
Митя же впервые столкнулся с дезертирством. Он же парня с улицы взял и тот гордился тем, что именно его выбрали среди портовой стаи подростков. Не то, чтобы Митя задумал вернуть Васятку силой, но хотел услышать о причинах бегства, пристыдить, если у парня в голове ветер. К тому же он чувствовал определенную ответственность перед его родителями.
Митя попытался выяснить подробности у Коновалова, но тот махнул рукой.
— Оставь его, капитан, — усмехнулся глава колонии. — Если не захочет, ты его всё равно не найдешь. А если захочет, то сам объявится. Ты себе нового матроса легко найдешь, а мне морячок сгодится. Будем на баркасе к Науру плавать.
Митя нахмурился, но не ответил, а про себя решил, что ушлый начальник нарочно Васятке девку подсунул, чтобы колонию грамотным моряком прирастить.
Глава 9
Футбол
Из-за плотного графика Алексей Петрович часто пропускал футбольные матчи. Но сегодня день был особый. К чемпионату присоединилась новая профессиональная команда — «Шахтер». Тропинин организовал даже бесплатный поезд для болельщиков из Нанаймо. Да и сам захотел посмотреть, что получилось из их с Бади Пирраном сотрудничества. Так что вечером вместо ужина с очередным контрагентом в ресторане или встречи в клубе «Олимп», он отправился на стадион.
Из-за роста популярности футбола трибуны на стадионе уже дважды перестраивали. Второй раз всего два года назад за дело взялся лично Тропинин и размах превзошел многие стройки города. Ради ускорения работ и сокращения издержек к стадиону провели ответвление от конки, что проходила по Торговой улице. По рельсам завозили на строительство доску, грунт и кирпичи целыми вагонами.
Гриша иногда заезжал посмотреть на ход работ. Его не столько интересовал футбол, сколько само строительство. Это был хорошо продуманный инженерный проект, а его воплощение представляло собой грандиозное зрелище.
Первым делом инженеры и рабочие построили кирпичные своды, высотой в десять футов или примерно три метра по новой системе. Своды вели с внешней стороны стадиона к игровому полю. Затем поверх них проложили эстакаду с рельсами. Вагонетки катились по ним словно по мосту с кирпичными арками, а рабочие опрокидывали грунт и камни вниз, засыпая пространство между сводами. С ростом вала поднималась и эстакада. В конце концов получилась насыпь, высотой в двадцать футов, которая окружала поле с трех сторон. Некоторое время её равняли, уплотняли, проливали водой. Внешнюю крутую стену выложили кирпичом, во избежание осыпания. Пологим склоном насыпь была обращена внутрь. Здесь положили решетку из бруса и устроили простенькие трибуны в десять рядов. Кирпичные своды превратились в тоннели. Они позволяли большому числу людей одновременно попасть внутрь и, что немаловажно, быстро покинуть стадион. По тоннелям же проходил дренаж, избавляющей внутреннюю чашу стадиона от лишней воды (игровое поле располагалось чуть выше окружающего ландшафта).
А вот вместо юго-западной трибуны по проекту Тропинина построили длинное во всё поле четырехэтажное здание. На первом этаже расположились раздевалки для команд, комнаты судей, туалеты и хозяйственные помещения. На втором комнаты сдавались в аренду под различные связанные со спортом учреждения. Эти два этажа не имели окон в сторону поля, к ним примыкала небольшая трибуна под козырьком
