Малолетка 2. Не продавайся - Валерий Александрович Гуров

Рашпиль сбросил ход, потом остановил машину. Двигатель ещё работал секунду, глухо дрожа под капотом, потом стих.

Снаружи лезла полная тишина, если не считать чириканья сверчков. Рашпиль вышел из машины, обошёл спереди и открыл дверь.

— На выход.

Самат не дёрнулся сразу. Сидел ещё секунду, смотрел в темноту перед собой. Потом прошептал:

— Вы совсем охренели.

— Вылезай, — ответил я.

Он ещё помедлил, но недолго. Рашпиль сразу положил руку на его плечо. Я вышел из тачки, чувствуя под ногами сырую липкую грязь и старые листья.

Самат вылез сам, но не по своей воле — просто понял, что сидеть дальше бессмысленно. Снаружи его повело.

В машине он ещё держался на привычке контролировать разговор, а теперь Самат понял, куда именно его привезли и что будет происходить дальше. Темнота, сырой воздух, деревья, пустая дорога за спиной и ни одной живой души.

Самат огляделся быстро и зло.

— Красиво выбрали место, — сказал он.

Рашпиль только толкнул его в нужную сторону.

— Пошёл.

Самат шагнул, но тут же бросил через плечо:

— Если думаете, что здесь у вас разговор пойдёт легче, вы тупее, чем выглядите.

— Сейчас проверим, — сказал я.

Мы отвели его на несколько шагов от машины вглубь лесополосы. Рашпиль шёл рядом с Саматом, чтобы в голову не пришла мысль попытаться убежать.

Наконец я показал Рашпилю останавливаться. Я демонстративно медленно обошёл Самата и вырос прямо перед ним — лицом к лицу.

— Где сын коммерсанта? — спросил я.

— Какой ещё сын?

— Не дури, — сказал я.

Самат скривился, будто я его утомил своей прямотой.

— Ты вообще понимаешь, сколько таких «сыновей» по городу?

Я смотрел на него спокойно.

— Не дури, — повторил я.

Самат быстро смекнул, что идти в тупую несознанку не выйдет, сменил тактику.

— Ладно, пацаны, всё понял — работаете убедительно, — сказал он на выдохе. — Мне нужны гарантии, если я солью расклад.

— Гарантии в том, что ты уйдёшь отсюда целым и невредимым, — сказал я.

— Я говорю про другое — если я солью расклад, мне нужна гарантия, что моё имя не всплывёт, — пояснил Самат.

Я ответил коротким кивком, показывая, что он может говорить дальше.

— Пацан на старой даче за рынком, — выдал он. — если не увезли ещё…

Сказал он уверенно. Почти с вызовом.

Я не ответил сразу. Просто смотрел на него. Он это выдержал, но улыбка у него уже была не такая уверенная.

— Точный адрес.

Самат усмехнулся и назвал адрес. Я ответил коротким кивком и повернулся к Рашпилю.

— Сходи к машине, звякни старшим, пусть проверят адрес.

Рашпиль молча развернулся и пошёл к автомобилю. Я видел, как у Самата меняется лицо после этих моих слов.

— В смысле, у тебя чё, труба есть?

Я не ответил. Самат неуверенно переступил с ноги на ногу. Он врал. Адрес, который он назвал, был ложью. Как было ложью и то, что у меня в машине был телефон.

Я в темноте услышал, как Самат сглотнул.

— Сейчас пацаны быстро метнутся по адресу и проверят, — подбодрил его я. — Я же надеюсь, что адрес правильный? А то нехорошо получится.

— Почему нехорошо? — насторожился Самат.

— Потому что, если пацана там не окажется, придётся тебя мочить, — спокойно пояснил я.

— Чего…

— Того, что ты в курсе расклада и понимаешь, что, если ты не в курсах, отпускать тебя просто так нельзя.

— Почему? — уточнил Самат.

— Потому что ты не в курсе расклада, а значит, никакой ценности, чтобы тебя отпускать, — нет. Тебя потом свои же на паяльник посадят, а ты нас сольёшь.

Говоря, я внимательно наблюдал за его реакцией.

Самат непроизвольно втянул голову в плечи. О чём я сейчас говорю, он понимал, понимал более чем прекрасно.

— Слышь, а если я в курсах?

— Проверим, — я пожал плечами.

— Слышь, малой… — Самат замялся, подбирая слова. — Я-то в курсах, но ситуация разная может быть, может, его уже на другой адрес дёрнули.

Я не стал спорить, но тотчас обозначил:

— Ты ж понимаешь, что пацаны не поймут, если ты их будешь с места на место гонять.

Сказав это, я уже чуть громче, обращаясь к Рашпилю, добавил:

— Ну как, связался?

— Уже выдвинулись, — ответил Рашпиль.

Самат клюнул и чуть не подпрыгнул на месте.

— Погоди… перезвони! Сейчас!

Я демонстративно взвёл курок. Чёрное дуло смотрело на Самата.

— Почему? — спросил я.

— Потому что… потому что его там нет! Я ошибся, я дал не тот адрес!

В лесополосе было тихо, только где-то в стороне шуршали голые ветки и двигатель машины остывал короткими металлическими щелчками.

А потом раздались шаги Рашпиля, который возвращался обратно, держа в руках лопату. Несмотря на темноту, я видел, как глаза Самата расширились.

— Поздно, Самат, — хмыкнул Рашпиль. — Пацаны сказали, что там никого нет.

Рашпиль подошёл ближе и воткнул в землю лопату, которую мы накануне выезда позаимствовали из хозблока и положили в багажник тачки.

Самат посмотрел на лопату и перевёл взгляд на меня.

— Нехорошо получилось, — я расплылся в улыбке. — Мне жаль.

Самат снова посмотрел на лопату. Ничего особенного в ней не было. Обычная штыковая, с потёртым черенком, с подсохшей на металле старой землёй. В этом как раз и была её сила.

Я ничего не объяснял. Вдалеке по трассе прошла машина. Свет на секунду резанул между голыми стволами, скользнул по нашим плечам, лицу Самата и тут же ушёл. Потом снова стало темно.

— И что, — спросил Самат, — правда думаешь, я сейчас копать начну? Красиво играешь. Чё за такой кружок юного агронома?

Он стоял и смотрел на меня, а потом чуть повёл плечом, будто хотел сбросить с себя напряжение, и не смог.

— А если я сейчас скажу, что вы здесь просто херню городи…

Бах!

Я резко опустил пистолет и выстрелил в клочок земли между ногами Самата. Земля брызнула фонтанчиком, обрывая его на полуслове, а заодно разбивая в осколки его последнюю попытку съехать.

Самат застыл, в темноте слышалось его сиплое дыхание.

— Вы ведь не отпустите, даже если скажу, — сказал он.

Я молчал.

— Допустим, — продолжил он. — Допустим, я сейчас скажу… мне правда нужны гарантии…

Он посмотрел мне в глаза дольше прежнего. Самат понимал, что стоит перед выбором, где оба хода плохие, а значит, выбирать придётся прагматично.

Я не торопил его.

— Гарантия одна — ты говоришь правду, пацаны выезжают на точку, находят сына коммерсанта, и я отпущу тебя живым. А дальше от тебя зависит — сможешь ли ты удержать нашу маленькую тайну.

Самат тяжело выдохнул.

А потом назвал адрес.

От