Дома смерти. Книга III - Алексей Ракитин
Итак, «Джон Кеннеди» на протяжении нескольких лет служил в дорожной полиции, но был уволен по компрометирующим обстоятельствам. Останавливая автомобиль, за рулём которого находилась одинокая женщина, этот человек отыскивал повод для взыскания или наложения крупного штрафа, после чего… предлагал женщине решить проблему неформально. Под таковым решением понималась сексуальная услуга, которую надлежало оказать немедленно. Часть женщин отказывалась, часть — соглашалась, но и те, и другие нередко заявляли руководству полиции о неподобающих действиях офицера. «Джон Кеннеди» довольно быстро стал объектом проверки Службы внутренних расследований, но проблема с доказыванием его вины усугублялась тем, что все незаконные действия этот человек совершал без свидетелей [патрулирование было одиночным, и жертвы, как было сказано выше, также находились в автомашине одни]. Не существовало никаких объективных доказательств правдивости заявительниц. Здравый смысл подсказывал, что большое количество людей не могут безосновательно оговаривать честного человека, но с юридической точки зрения такого рода заявления выглядели именно как оговоры.
«Джон Кеннеди» действовал как насильник, хотя и не применял физической силы и даже не грозил её применением. Тем не менее от него необходимо было избавиться в кратчайшие сроки. При этом ему нельзя было давать напарника или пересаживать с мотоцикла на автомобиль — такого рода изменения в порядке несения службы могли насторожить «Джона Кеннеди» и подтолкнуть его к исключению из поведения всяких противозаконных действий. Служба внутренней безопасности готовила несколько вариантов разоблачения преступника в полицейской форме, и сложно сказать, по какому сценарию стали бы разворачиваться события, но делу неожиданно помог счастливый случай. Или несчастливый — это как посмотреть.
В середине 1976 года «Джон Кеннеди» остановил автомашину с 2-я молоденькими девушками и обнаружил у них большой пакет марихуаны. Девушки находились в состоянии наркотического опьянения и по совокупности этих нарушений обе могли получить реальный тюремный срок. Преступник никогда не домогался 2-х женщин сразу, но именно в тот момент он решил изменить своему правилу и предложил находившимся в машине подружкам как следует ублажить его. Дескать, если вы всё сделаете хорошо, то никто ни о чём не узнает и в тюрьму вы не отправитесь. Девушки подумали и… согласились. Удовлетворённый «Джон Кеннеди» отпустил их, но пакет с наркотиком оставил у себя. Эта наглость предопределила ответный шаг девушек — те приехали в городское управление полиции на Рассел-стрит в Мельбурне и подали заявление об изнасиловании.
Ситуация сложилась неординарная. Дело заключалось в том, что девушки объективно совершили уголовное преступление, и если разбираться с ситуацией формально, то они сами подлежали уголовному преследованию, как и посягнувший на них насильник. Поэтому было бы очень желательно разрешить ситуацию таким образом, чтобы с одной стороны напугать «Джона Кеннеди» и побудить его уволиться добровольно, а с другой — не раздувать историю с полицейским-насильником и каким-то образом убедить заявительниц отказаться от претензий.
В результате напряжённых переговоров с адвокатами обеих сторон конфликт был урегулирован наилучшим для руководства полиции образом. «Джон Кеннеди» уволился из полиции с «волчьим билетом», то есть без права устроиться на какую-либо государственную службу, изнасилованные девушки отозвали свои заявления, а пакет с марихуаной был объявлен никогда не существовавшим. Был пакет — и нет его! Ветром сдуло…
В январе 1977 года «Джон Кеннеди» уже не работал в полиции, но память о его проделках осталась. Опытные детективы прекрасно понимали, что насильники неисправимы и от своих повадок сексуального хищника этот человек не мог избавиться после ухода из полиции. Старший сержант Элф Олдфилд, работавший по делу двойного убийства на Изи-стрит буквально с первых часов, поручил проверить записи о штрафах, выписанных «Джоном Кеннеди» в бытность патрульным дорожной полиции. У Сьюзи Бартлетт на протяжении почти 3-х лет был «фольксваген-жук», и вероятность её встречи на дороге с «Джоном Кеннеди» представлялась далеко не нулевой.
Это был выстрел наобум, но каково же оказалось изумление детективов, работавших над этим делом, когда выяснилось, что «Джон Кеннеди» штрафовал Сьюзан Бартлетт! Никто не знал, делал ли ей сексуальный преступник непристойное предложение и как именно проходило их общение… Но сам по себе факт встречи такого человека с женщиной, ставшей жертвой жестокого убийства, представлялся до такой степени подозрительным, что пройти мимо него было невозможно.
«Джон Кеннеди» был задержан и доставлен в штаб-квартиру полицейского Управления, где подвергся допросу, продлившемуся 30 часов. То, что пережил Барри Вудард во время подобного допроса, являлось, по-видимому, детским утренником — на «Джона Кеннеди» обрушилась искренняя ненависть его недавних коллег. Примечательно то, что подозреваемый не спешил воспользоваться своим правом обратиться к адвокату и не отказывался отвечать на задаваемые вопросы, то есть формально он сотрудничал со следствием, хотя сотрудничество это было, конечно же, весьма условным. «Джон Кеннеди» давал уклончивые ответы, постоянно ссылался на забывчивость, постоянно предлагал детективам уточнить или доказать их утверждения и делал это даже в тех случаях, когда его признание никак не влияло на доказательство его причастности к трагедии на Изи-стрит. Этот человек хорошо знал законы жанра, то есть правила ведения уголовного расследования и тактику построения допроса, и в целом успешно противостоял опытным детективам.
Подозреваемый был всё время очень осторожен, и полицейским пришлось отпустить его, так и не добившись признания вины и даже двусмысленных оговорок. Однако «Джон Кеннеди» не перестал после этого быть подозреваемым, и более того, он даже сделался одним из самых приоритетных подозреваемых, если можно так выразиться, пополнив список таковых, состоявший к тому времени из овцепаса Вударда, журналиста Гранта, автогонщика Брока, отставного боксёра Коллинса и предпринимателя без определённого рода занятий Пауэрса.
Впрочем, этот список был отнюдь не окончательным, и очень скоро он пополнился новыми лицами.
Напомним, что Барри Вудард в своих показаниях сообщил, будто вечером 9 января видел в доме № 147 мужчину, разговаривавшего со Сью Бартлетт и являвшегося, по-видимому, её приятелем. Вудард познакомился с этим человеком и некоторое время провёл в обществе Бартлетт и нового приятеля. Этого времени ему хватило для того, чтобы выпить чашечку кофе. Перед домом № 147 в это время стоял большой белый «мерседес», и у Вударда осталось впечатление, что машина эта принадлежала знакомому Бартлетт.
Рассказ этот чрезвычайно заинтересовал детективов, поскольку об этом знакомом никто из родственников убитых женщин ничего не знал. «Мерседес» по меркам того времени являлся автомашиной необычной и дорогой, в Австралии в изобилии была представлена продукция автопромов Великобритании,
