Дома смерти. Книга III - Алексей Ракитин
К сообщению техасские «законники» отнеслись на удивление серьёзно, видимо, на их реакцию повлияла широкая известность преступления на ферме Белль Ганес. Спешно проведённая проверка показала, что билет, по которому в Сент-Луисе села подозрительная женщина, был куплен и оплачен в Луисвилле, штат Кентукки. А это — секундочку! — более чем в 400-х км восточнее Сент-Луиса. Из Луисвилля в Фот-Уорт можно было проехать быстрее и короче, не делая избыточный многосоткилометровый крюк, но купившая билет явно не желала быстрее и короче, ей нужно было проехать именно нелогичным заковыристым маршрутом.
Неужели эта женщина путала следы?
История эта выглядела до того подозрительно, что техасские «законники» связались с коллегами из Оклахомы, Кентукки и Миссури и договорились с ними об организации круглосуточной слежки за камерами хранения на вокзалах. Смысл этой меры заключался в том, что где-то на вокзале мог находиться багаж, оставленный подозрительной женщиной, и для его получения она могла явиться лично, либо… не явиться вовсе, и тогда невостребованный багаж должен был привлечь к себе заинтересованное внимание правоохранительных органов.
Опросом различных работников железной дороги, видевших подозрительную женщину, было установлено, что та действительно имела немалое сходство с известной фотографией Белль Ганес, на которой та была изображена с детьми.
Пытаясь установить маршрут движения таинственной женщины после того, как она покинула поезд на конечной станции в Форт-Уорте, полицейские отыскали некоего инженера Уилльяма Келлога (W. N. Kellogg), повстречавшегося с предполагаемой Белль Ганес 15 мая в поезде, следовавшим в западном направлении. Подозрительная женщина вошла в вагон на вокзале в городе Альбукерке, штат Нью-Мексико [~880 км от Форт-Уорта по прямой], и села неподалёку от свидетеля. Она была не одна, её сопровождала женщина приблизительно одного с ней возраста.
По словам Келлога, подозрительная женщина сразу же привлекла его внимание, и произошло это именно потому, что очень напоминала Белль Ганес. Свидетель всю дорогу наблюдал как за самой женщиной, так и её спутницей. Их совместная поездка продолжалась около 4-х часов. В конечном итоге подозрительная женщина и её спутница покинули вагон на станции «Ринкон» («Rincon») в 260 км южнее Альбукерке и, перейдя перрон, сели в поезд, направлявшийся в город Диминг (Deming), штат Нью-Мексико, удалённый от Ринкона приблизительно на 70 км. Келлог же остался в вагоне и продолжил запланированную поездку на юг.
Свидетель допустил, что пересадка увиденной им парочки могла быть вынужденной. Женщины обратили внимание на его интерес к ним, и это обстоятельство могло их спугнуть. Не желая раскрывать конечную точку своего маршрута, они могли пересесть в первый попавшийся поезд, дабы избавиться от внимания Келлога. Последний же, прибыв в конечную точку своего маршрута — Форт-Блисс, штат Техас — сразу же связался с полицией штата, рассказав о встрече в дороге.
Техасские «законники» приняли «в работу» это сообщение и вместе с коллегами из Нью-Мексико постарались его проверить. Сразу внесём ясность — ничего из этой затеи у них не вышло, хотя объём проведённой оперативной работы оказался весьма велик. Не подлежало сомнению, что некая женщина, очень похожая на Белль Ганес, действительно путешествовала по железным дорогам Техаса и Нью-Мексико в середине мая 1908 года, но в какой-то момент она попросту исчезла — то ли перекрасила волосы и изменила причёску, то ли закрылась на далёкой ферме, то ли попросту ушла из жизни…
Сообщений такого рода в последующие недели и месяцы поступало немало, причём шли они из самых разных мест — Калифорнии, штата Вашингтон и других мест. Мы не будем особо останавливаться на их пересказе, поскольку это грозит очень сильно отклонить повествование в сторону от основного сюжета. Следует лишь отметить, что многочисленность такого рода историй весьма красноречиво свидетельствует о глубоком недоверии американцев официальной версии следствия, которая, напомним, заключалась в том, что Белль Ганес стала жертвой ревности Рэя Лэмпхиара и погибла в огне в ночь на 28 апреля. Ситуация выглядела до некоторой степени комичной — окружной прокурор Ральф Смит рассказывал газетчикам о «несомненной» смерти Белль Ганес в конце апреля, а разнообразные свидетели из разных концов страны, в свою очередь, утверждали, будто встречались с нею спустя недели, а затем и месяцы после даты предполагаемой гибели.
Весьма заметным событием стало неожиданное для всех интервью Элси Хелгелейна, данное им группе журналистов 17 мая и опубликованное в газетах на следующий день. Мужчина рассказал много интересного, и его впечатления о событиях тех недель дают нам сейчас замечательную возможность объективно оценить как обстановку, в которой проводилось следствие, так и общий уровень профкомпетентности ответственных лиц. Следует иметь в виду, что Элси был близок к расследованию, он видел и слышал много больше того, что попадало в прессу и что в конечном итоге было предано огласке.
Хелгелейн начал с заявления о неверии в предполагаемую смерть Белль Ганес. К этой мысли он возвращался несколько раз, видоизменяя формулировки на разные лады, по-видимому, рассчитывая такого рода повторами убедить в справедливости своей точки зрения и читателей. Элси сообщил, что достаточно богат и готов потратить 50 тыс.$ на то, чтобы увидеть, как Рэй Лэмпхиар и Белль Ганес будут повешены. Названная им сумма была по тем временам колоссальна — она превышала годовой оклад окружного прокурора, одного из самых высокооплачиваемых чиновников регионального уровня, более чем в 15 раз!
Продолжая свои рассуждения, Элси Хелгелейн заявил, что не сомневается в существовании у Белль Ганес помощника или даже нескольких помощников, которые помогли этой женщине скрыться из Ла-Порта. Уверенность Элси в существовании помощников основывалась на содержании писем, написанных Белль Ганес его брату. Таковых писем, если верить Элси, он прочёл многие десятки.
В этом месте автор считает необходимым сделать небольшое отступление. По моим прикидкам, основываясь на доступной сейчас информации, в распоряжении следствия в мае 1908 года должно было находиться порядка 100–120 писем Белль Ганес [речь идёт о письмах, написанных Рэю Лэмпхиару, Эндрю Хелгелейну и некоторым другим претендентам на её руку]. В последующем их количество возросло, поскольку в контакт с правоохранительными органами вступали родственники неизвестных ранее пропавших без вести женихов, которые передавали прокурору имевшуюся в их распоряжении переписку исчезнувших родственников. По прикидкам автора — разумеется, сугубо субъективным — в распоряжении окружного прокурора Смита к концу осени 1908 года должно было находиться уже более 150 писем Белль Ганес.
Это весьма солидное эпистолярное наследие!
Между тем,
