Лондон во мне - Анук Журно-Дюрой
Кара посмотрела мне в глаза, как бы говоря: «Что, съела?»
Сиенна тем временем выбрала две какие-то дорожки, прослушать которые у нас не было возможности. Что ж, придется довериться ее вкусу…
Мы ей доверяли. Она же профессионал, правда?
Потом Сиенна, Кара и я пошли к диджею, спортивного вида высокому брюнету с очень короткими волосами, одни наушники на голове, другие висят на шее. Перед диджеем выстроилась очередь из десятка студентов, а он колдовал над установленной за кулисами консолью, что позволяло ему раньше зрителей видеть, кто выходит на подиум. Два компьютера, подключенные к ним акустические колонки, многочисленные флешки, которые диджей то и дело вставлял в USB-разъемы… При этом парень оставался спокойным и собранным, он явно был в своей стихии. Когда подошла наша очередь, он скопировал себе выбранные Сиенной треки и записал, под каким номером мы выступаем. Наверное, привык выстраивать «звуковую сборку» — так он называл список треков — в последний момент.
— Не волнуйтесь, девчонки, все будет в лучшем виде! — заверил он нас. — Не только вы забыли про музыку. Как я уже сказал мисс…
Он указал на Кару.
— В таких случаях я всегда нахожу что-то на замену.
— Да, но «что-то» не всегда подхо…
— Грейс, хватит! — перебила меня Сиенна. — Не думала, что ты такая ограниченная, — добавила она, когда мы шли обратно, дабы продолжить приготовления. — Этот парень очень милый, не надо его оскорблять…
Я прикусила губу, чтобы ничего не ляпнуть.
Вот только Сиенна права.
— Извини, — пробормотала я. — Кара, ты на меня не сердишься?
— За что?
Она посмотрела на меня.
— Не волнуйся. Просто мы все на взводе.
— Ты чудо, Кара, — заметила Сиенна. — Спасибо.
— Это тебе спасибо, что приехала сюда! — возразила Кара. — Без тебя мы вряд ли сумели бы заполучить профессиональную манекенщицу.
Сиенна улыбнулась, несомненно польщенная. Я промолчала. Определенно Кара проявила себя более дипломатичной, чем я. Оно и к лучшему.
* * *
13 часов 55 минут. Первая пара готовилась к выходу…
Мы стали ждать… Наша очередь подойдет только через полтора часа. Девяносто минут. Пять тысяч четыреста секунд…
Вечность.
Сиенна облачилась в наше золотистое платье, сидевшее идеально (несмотря на набранные лишние граммы) и делавшее ее похожей на фею. Потом пришел ее черед действовать: она накладывала нам с Карой макияж.
Мы уселись на скамейку, а Сиенна открыла свою объемную косметичку, полную флаконов, баночек, кисточек и прочих инструментов красоты.
— Начнем с тебя… подними голову и не двигайся!
Точно выверенными движениями она пригладила мои брови щеточкой и слегка подкрасила коричневым карандашом. Затем нанесла на веки охровые тени с блеском, растушевав их вверх, «чтобы придать взгляду глубину», уточнила она. Потом обвела контур моих губ другим карандашом и нанесла бледно-розовый блеск. Под конец она взяла чудо-помаду, увлажняющую и «матирующую». Поглядев в зеркало, я с трудом себя узнала. Действительно, потрясающий результат… Я стала выглядеть лет на пять старше!
— Причешись как-нибудь по-другому. Пригладь волосы вот этим, — предложила Сиенна, выдавая мне тюбик с гелем. — Надеюсь, ты взяла с собой какую-то другую одежду?
— Конечно… Она в сумке.
— И что это?
— Черные широкие брюки, приталенная шелковая блузка в черно-белый горошек и белые балетки.
Сиенна улыбнулась:
— Широкие брюки? Ты решила сегодня одеться в одежду размера XL?
— Просто «М»… обычный размер! Мне кажется, я слишком толстая!
Сиенна скорчила гримаску.
— Вперед, иди, готовься, — ласково посоветовала она мне, указывая на ширмы, расставленные в глубине зала. — Я займусь Карой, а потом собой. Мне ведь тоже нужно навести марафет!
Подмигнув Каре, я забрала свою одежду и пошла переодеваться. Вернувшись десять минут спустя, я просто оцепенела при виде того, как преобразилась Кара за столь короткое время. Сиенна подчеркнула ее глаза, подведя веки коричневым карандашом, подкрасила брови и губы… Сейчас она как раз закручивала волосы Кары в пучок.
— Завязывай с косичками, о’кей? — обронила она наполовину повелительно, наполовину угрожающе.
Кара засмеялась. Щеки у нее раскраснелись, она вся сияла. Было ли дело только в румянах? Нет, не только. На ее лице читалась радость.
— А ты что наденешь? — спросила у нее Сиенна. — Только не твой извечный комбинезон, я тебя умоляю…
— О, нет! По такому случаю я купила платье… Я ведь похудела на три кило!
— Good news! — воскликнула я. — Ты сбросила больше, чем я…
В эту минуту к нам подошла Ами, все такая же мрачная.
— А вот и четвертый талант квартета «Паломино»! — радостно воскликнула Сиенна. — Иди сюда, я тебя накрашу…
Но Ами нахмурилась:
— Не стоит.
— Ты не хочешь? — удивилась Сиенна. — Но ведь уже пора, наша очередь уже через час и…
— Не хочу, и все, — ответила Ами, отворачиваясь.
Она села рядом со мной. Вокруг сновали готовящиеся к показу студенты, в зале царил оживленный гул.
Приглядевшись к Ами, я заметила, что она сильно осунулась.
— Что с тобой?
А то я не знаю.
— Ничего, — пробормотала она, избегая моего взгляда.
— Ами! Скажи, в чем дело?
— Нет. Не здесь. Не сейчас.
Повинуясь порыву, я обняла ее за плечи. — Тебе страшно… Твоей афишей будет восхищаться столько людей…
— И что с того? Это для меня не проблема, как раз наоборот.
Сиенна и Кара наблюдали за нами издалека, в их взглядах читалось любопытство.
— Что, дела плохи? — спросила Сиенна, закончив причесывать Кару.
— Да… И ты отлично знаешь почему! — заметила Ами с иронией в голосе.
— Я? Вовсе нет! — запротестовала Сиенна. — Да в чем дело, наконец?
Ой-ой-ой, почему у меня вдруг появилось чувство дежавю?
Я прекрасно понимала почему.
И Сиенна тоже. Однако, не говоря больше ни слова, она вновь сосредоточилась на прическе Кары.
* * *
15 часов 18 минут. Сердце у меня билось как сумасшедшее. Скоро наша очередь. Сиенна готова и ослепительно прекрасна. Нет, я не преувеличиваю. В нашем платье «Паломино» она выглядела как королева. Представьте себе это золотистое платье, прямое и длинное, до середины лодыжек, завышенная талия, вырез квадратной формы — не слишком глубокий, так что аскотский дресс-код выдержан… Перчатки, ботинки на тонких каблуках, элегантная шляпка с вуалеткой…
Поправка: Сиенна имела величественно-надменный вид. Нет, я снова не преувеличиваю. Она сильно подвела глаза, протянув «стрелки» к самым вискам, точно Клеопатра, и накрасила губы помадой гранатового цвета, чтобы создать яркое цветовое пятно, контрастирующее с гармоничным, спокойным ансамблем «Паломино».
Одетая в темно-красное «коктейльное» платье, обутая в босоножки на каблуках, причесанная и накрашенная, Кара больше не походила на
