Лондон во мне - Анук Журно-Дюрой
Я убрала флаконы и эфирные масла, а потом отправила тете Кейт сообщение, в котором спрашивала, когда можно к ней зайти. Затем я написала:
Туман сначала превратился в молчание,
Между нами снова ссоры и непонимание.
Думаю… я больше так не хочу…
Слова текли, как вода в быстром ручье. Кажется, я исписала страниц семь-восемь.
И продолжала писать, пока меня не отвлек телефонный звонок. Звонил Люк, он волновался за Сиенну. Подумать только, а мне и в голову не пришло тревожиться, я-то думала, что они вместе!
— Вовсе нет, — ответил он. — Вообще-то я уже три дня пытаюсь с ней связаться.
Три дня?
11
Страница переворачивается
Тетя Кейт смотрела на меня озадаченно. — В прошлую среду она как обычно вышла на работу, потом должна была выйти в субботу… Но Сиенна не пришла, не звонила и не писала. Увидев твое сообщение, я подумала, что ты мне что-то о ней сообщишь…
— Хм, нет.
Я тоже неоднократно пыталась связаться с Сиенной. Безрезультатно.
Я взглянула на Кару, вместе со мной пришедшую в салон красоты. Она обожала «Око Кейт» и называла его «райское место». По правде говоря, так оно и было. Салон красоты расположен на Вальдрич-роуд, тихой улочке, выходящей на Кавендиш-сквер, одну из восхитительных зеленых гаваней в самом сердце Лондона. Салон тети Кейт находится в десяти минутах ходьбы от Оксфорд-серкус, и его можно охарактеризовать тремя словами: «Роскошь, нега, покой», то есть цитатой из Бодлера, которого тетя Кейт обожала. Здесь чувствуешь себя словно в каком-то маленьком уютном мирке: мягкое, толстое ковровое покрытие, стеклянные этажерки, полные красивых флаконов и симпатичных коробочек, зеркала в мозаичной оправе белого и бледно-желтого цветов… Но сегодня декор меня мало волновал.
— Где же Сиенна? — пробормотала я. Кара встревоженно нахмурилась.
— Может, она попала в аварию?
— Это одно из самых правдоподобных объяснений, — признала тетя Кейт.
Верная себе, она являла собой образец элегантности: бледно-розовый костюм, короткие седые волосы уложены в безупречную прическу. Моей дорогой тете не дашь ее возраста. Но сейчас между ее идеально ровными бровями залегла пара морщинок.
— Нужно позвонить ее родителям, ты так не считаешь? — предложила я.
Тетя покачала головой.
— У меня нет их номера телефона. Сиенне больше восемнадцати лет, поэтому, принимая ее на работу, я не взяла у нее контакты родственников. Как же я теперь об этом жалею!
Мало-помалу, вопреки собственному желанию, я начала воображать худшее. Вот Сиенну увозит бригада «Скорой помощи», вот она на больничной койке, обе ноги в гипсе, на шее пластиковый воротник…
Невозможно. Мы просто зря накручиваем себя.
В следующую секунду я подавила шевельнувшийся в душе эгоизм. Показ в Аскоте нужно будет организовать по-другому… Подготовить декорации, использовать обычный манекен как-то оригинально… возможно, представить его в виде марионетки… И объяснить после показа, а может, перед ним, подписать на афише, что наша топ-модель стала жертвой… злой судьбы.
Очень гадкие мысли.
И все же они у меня появились, признаю. Держу пари, Кара тоже об этом подумала.
— Что ж, мне нужно работать, и в отсутствие Сиенны мне придется заниматься продажами и работать с кассой, — озабоченно объявила тетя Кейт. — Вот-вот наступит время наибольшего наплыва посетителей…
В самом деле, была уже половина пятого дня, и многие клиенты скоро выйдут из офисов. Скоро две девушки-косметолога, которые работали на тетю Кейт, будут загружены работой под завязку. Салон красоты пользуется популярностью… Я хотела бы предложить остаться и помочь — это же я порекомендовала Сиенну несколько месяцев назад! — но знала: тетя все равно откажется. Я слишком молода, а главное — совершенно не разбираюсь в косметике. Что же до Кары, то она торопилась домой к несделанным домашним заданиям. Я и то постоянно жаловалась на судьбу, а третьекурсников нагружали работой по максимуму.
— Мне жаль, тетушка…
— Но это не твоя вина, darling! — запротестовала тетя Кейт. — Сиенна уже большая девочка, и в надлежащее время мы с ней уладим эту историю. Рано или поздно она появится, ведь у меня ее зарплата! Надеюсь только, что не стряслось ничего серьезного.
— Мы тоже на это надеемся, — ответила я, быстро переглядываясь с Карой.
— Дорогая, позвони мне, как только сможешь, я должна рассказать тебе нечто важное, — шепнула тетя мне на ухо, когда целовала меня на прощание.
Заинтригованная, я пообещала позвонить.
Мы с Карой направились к метро, локтями прокладывая себе дорогу в огромной толпе прохожих. В этом квартале Лондона всегда уйма народу.
На станции «Бейкер-стрит» мы сделали пересадку на линию «Бейкерлу». Во время короткой поездки до Хэмпстеда мы почти не разговаривали: каждая погрузилась в собственные мысли. Я все твердила себе, что до сих пор Сиенна ни разу не подводила тетю Кейт, доверившую ей работу продавщицы; они обе ценили друг друга, я это точно знала.
Чтобы Сиенна вот так исчезла, никого не предупредив… это странно и тревожно. Взяв телефон, я еще раз проверила… нет, новых сообщений нет. Зато я заметила незаконченную смс в папке «Черновики».
«Нет, мисс ВМ еще не знает, подходит ли ей Ас…»
Мой ответ Максиму, так и оставшийся незаконченным! Если отправить его сейчас, он уже может оказаться неуместным. Поэтому я стерла написанное — это меня огорчило — и просто написала:
«Привет, спасибо за твое сообщение, извини, очень много работы!»
Потом я подумала о Томасе. После воскресной встречи мы так и не созвонились. Все случившееся расстроило и разочаровало меня. Я-то мечтала, что мы станем влюбленной парой или хотя бы сблизимся… И ничего не вышло.
Поезд затормозил на станции «Уэст-Хэмпстед», и я опять вернулась в реальность. Сиенна. Черт возьми, где же она? Двери открылись, и мы, протискиваясь в толпе, почти выпрыгнули на платформу. Чтобы ездить в лондонском tube — произносится «тьюб», — порой приходится прибегать к акробатике.
— До завтра, — сказала мне Кара, когда мы вышли на свежий воздух.
В это время дня небо было серо-стального цвета, но за облаками еще светило солнце.
— До завтра. Удачно тебе поработать.
— Не волнуйся. Я очень организованна! — заверила меня Кара.
Она жила в пятнадцати минутах ходьбы от меня: дом, который они снимали с Джои и Кетти, стоял на Уэстовер-лейн, в противоположной стороне от Ламбе Кресент.
— Если узнаю что-то новое — сообщу тебе, — пообещала я.
— Рассчитываю на тебя.
Кара намотала на палец кончик одной из своих рыжих кос — явный признак того, что она нервничает. Яотлично ее понимала. Впрочем, даже без этого проявления
