Феи на твоей стороне - Евгения Райнеш
Ни один из хобов за весь день не спустился в гостиную, двери номеров были плотно закрыты, и за ними стояла тишина. Ещё ночью, после Нининого оглушительного выступления, Даша поскреблась к бедолагам, предлагая аптечку и помощь в обработке ран, но с той стороны вежливо и очень торопливо отказались.
Не вышли они и к вечеру. Затолкав хныкающую Барби в гнездо, Даша задумчиво помешивала нектар на плите. Сандра недовольно выглянула пару раз, обеспокоенная, что девочка не обращает на неё никакого внимания. Наверное, саламандра и в самом деле пережила стресс и нужно было как-то ей посочувствовать, но у Даши на утешение не хватало сил. Все здесь постоянно хотят внимания, и это так раздражает…
– Хорошая саламандрочка, умница, – противным голоском сказала вошедшая в гостиную Нина, заметив недовольные угольки из камина. Сандра успокоилась, огонь стал ровным и приятным. – Бедненькая и прекрасненькая…
– Ты где ходила? – равнодушно спросила феечку Даша.
– Гуляла, – ответила Нина и, убедившись, что саламандра отвернулась, показала ей длинный острый язык. – Как наши постояльцы?
– Тихо, – кивнула Даша всё так же задумчиво. – Нин, а что он вообще имел в виду? Когда ты его предупредила…
– Вонс-то? – Феечка схватила кувшин с нектаром и, пользуясь Дашиной лиричной рассеянностью, отхлебнула прямо из него.
– Нина, блин! Там и так осталось на донышке! – Даша бросила в неё попавшуюся под руку тряпку. – Я в ужасе, как только представлю, что мне опять этому Драндулету песни петь! Ах ты ж…
Тряпка пролетела мимо феечки и угодила точно в гнездо Барби. Гусеница заворочалась, тут же подминая мягкий кусочек ткани под себя.
– Вонс хотел тебя… это… В рабыни домашнего хозяйства взять, – довольная Нина вытерла разноцветные усы и ловко свернула разговор с опасной стези. – Убирать их норы после очередной пьянки.
– Чего?!
– Ну ты же слышала! Для благополучия семьи. Они, эти хобы, ни одной человеческой юбки не пропустят, втемяшили себе в голову, что ваши женщины – прекрасные хозяйки. Ну и очень доверчивые, хорошо ловятся на сладкие песни. Ладно, пойдем спать. Они теперь вряд ли рыпнутся.
– Нина, – тихо сказала Даша, – спасибо тебе. За вчера.
Она думала, что Нина сейчас начнёт надувать щёки и кричать: «Что бы ты без меня делала?!», но феечка неожиданно смутилась, кивнула и нарочито грубо произнесла:
– Иди выспись, а то на ногах не стоишь. Я утром схожу за молоком…
Даша посмотрела на Нину с немым удивлением:
– И за яйцами тоже. А то вы, косорукие, совсем мало набрали…
Нина изящно вспорхнула вверх по ступенькам.
* * *
Даше снилось: она плывёт в открытом океане. Кругом – одна вода, взгляду не за что зацепиться, но вода эта тёплая и поддерживающая. Она даже перевернулась на спину, так ей стало комфортно, и совершенно расслабилась. Долго смотрела в синее небо, разбавленное белёсыми облаками, пока в нем не появилась тревожащая чёрная точка.
Она спускалась всё ниже и ниже, и скоро Даша разглядела в ней большую птицу, а ещё позже – кривой хищный клюв, который оказался огромным, почти вполовину от размаха вовсе не маленьких крыльев. Сначала ей только почудилось, что клювом птица вспарывает горизонт, а затем Даша явно увидела, как за ним тянется тёмная прореха на безмятежно синем фоне. И прореха становится всё больше и темнее, расползается пугающим клином.
Чем ниже опускался хищник, тем сильнее волновался океан, и очень скоро от прежнего безмятежного уюта не осталось и следа. Масса воды перекатывалась под Дашиной спиной, толкая её из своих глубин упругой и тяжёлой волной вверх, навстречу пикирующему монстру. Девочка не знала, что произойдёт, когда они встретятся, и не знала, какую бездну выпускает хищный клюв, но ощущала глубинным, первобытным страхом – это что-то ужасное и неминуемое. Если оно случится, то уже никогда и ничего невозможно будет изменить.
– Нет, – прошептала Даша, боясь смотреть на раздирающую пространство птицу и вместе с тем не в силах отвести от неё взгляд. – Если ты спустишься, я позову Стража химер.
Она представления не имела, кто такой этот Страж, которым пыталась испугать надвигающийся Хаос, но цеплялась за имя изо всех сил, как за последнюю соломинку. А когда прореха разошлась окончательно, вокруг Даши уже бушевал настоящий шторм, и клюв был настолько близко, что она могла разглядеть даже мельчайшую трещину на нём. Девочка проснулась.
Первое, что она увидела над собой в решётку – темноту. «Хищник всё-таки разодрал пространство», – обречённо подумала Даша, но тут же заметила крупные жёлтые звёзды и поняла: решётка – это всего-навсего ветви деревьев. Ночное небо покачивалось над Дашей. Только и всего…
Только и всего…
Девочка успокоилась, закрыла глаза, намереваясь опять уснуть.
Всего?!
Даша точно засыпала в сиреневой комнате Приюта, и никакого ночного неба над ней не было. И кровать не качалась, как океан, а уж тем более не дергалась в суматошных рывках.
Её несли. Под ночным небом, молча и поспешно. И несли хобы. Все семеро. Она, Даша, лежала на покрывале. Хобы бежали неизвестно куда и тащили растянутое покрывало. С Дашей.
– Ви-и-и-и!!!
Девочка завизжала, в тот же момент сама испугалась своего пронзительного голоса, разорвавшего умиротворение прекрасной лунной ночи и слаженное сопение бегущих хобов.
Покрывало резко дёрнулось, вырвалось из рук ошарашенных носильщиков, и девочка больно приземлилась на прохладную, влажную от предутренней росы траву. Она перестала визжать, просто лежала на земле и потирала ушибленные локоть и коленку, молча и остолбенело смотря на окруживших её хобов. Их растерянные глаза маячили где-то так высоко, что над ними совсем близко качались звёзды.
Хобы молча смотрели на Дашу.
– Вы чего? – спросила она, приподнимаясь и морщась от ушибов. – Что вообще происходит?
Даша поднялась на ноги, почувствовала, как свеж ночной ветер, и кивнула на покрывало, явно украденное хобами из Приюта.
– Что за бред?
Она стояла перед ними босая и в длинной рубашке с короткими рукавами, которую нашла в одном из Тётушкиных шкафов и объявила ночной. Хобы потупили и без того смущенные взоры. Все, кроме Вонса. Он, совсем не растерявшись, нагнулся, поднял покрывало, деловито его отряхнул и потом только произнёс:
– Честно говоря, мы и не собирались ничего такого устраивать. Зашли отдохнуть во время тяжёлого похода, бронировали-то заранее. Кто же знал, что у Тётушки обитает такая симпатичная девочка человеков. И порядок у неё – просто загляденье. Так что сама виновата.
Надо было сразу заткнуть Вонса, но Даша в тот момент ещё не понимала всей силы его волшебного голоса. Глубина и бархатистость тембра становились всё заманчивее, он постепенно прибавлял магию обаяния. Даша неожиданно обнаружила, что действительно считает себя виноватой в
