Принцесса, подонки и город тысячи ветров - Анна Ледова

— Зачем ты его убил? — тихо переспросила я. — И что значит: «спас брата»?

— Бедный Готрик, — снова опечалился Коста. — Такой послушный, такой преданный. Такой идейный… А я ведь действительно скучаю по нему, Ветерок. С каким восторгом он принял саму идею Дна. Как он радовался моим успехам… А уж когда я вернул ему магию и он наконец обрёл семью… Ну, в моём лице. Кристара он никогда не любил.

Коста раньше всегда отвечал коротко и по существу, сейчас же постоянно сбивался на воспоминания, но я не рискнула его торопить.

— Готрик отказался что-то выполнить для тебя? — подсказала я, когда мужчина снова замолчал. — Поэтому?

— О, наоборот, — оживился Коста. — Как он мог мне отказать? Напротив, едва не переусердствовал. Ну, что ты там стоишь, Ветерок? Иди ко мне. Из этого окна чудесный вид; уверен, ты по нему скучала.

Я не сдвинулась с места, и тогда Коста сам с улыбкой взял меня за руку и подвёл к окну, приобняв за плечи. Вид действительно был прекрасный и почти забытый: на парк и быстротечную Липку. На другом её берегу справа виднелся утопающий в осенних красках Эльдстегат, а слева аллея Пионов. Наш Кирстегат был одним из четырёх самых престижных районов центра.

— Если приглядеться, то виден мой дом. Вон там… Может, пока здесь всё обустраивают, переберёшься ко мне? А потом переедем сюда.

Я не ответила, не сводя с него требовательного взгляда, и он продолжил, спохватившись.

— Ах да, мой бедный Готрик… Видишь ли, он вдруг решил, что Крис может стать для меня угрозой. Глупо, правда? Он же мой брат. Ты, помнится, так переживала накануне отъезда Криса, что его непременно убьют. Конечно же, нет. Я ведь сразу сказал тебе, что Криса не тронут. А Готрик был не согласен. Боялся. Не за Криса — за меня. И с чего бы?

— Эрланн — глава «охранки», — напомнила я. — И собирался уничтожить само Дно.

— Ну, ты же понимаешь, что это невозможно? — снисходительно улыбнулся Коста. — Дно нельзя уничтожить. И Крис тоже это когда-нибудь поймёт. Он так тщательно начал эту войну, даже тебя пытался приспособить… Но ты-то знаешь, на чьей стороне сила, так? Мне было интересно: на что же способен мой знаменитый брат. И, да, Трюху я ему подкинул. Действительно хотел посмотреть на него в деле. Первый его ход был ожидаемый: разрыл все норы. Даже на моей памяти власти проворачивали это уже дважды. Но дальше удивил! Все эти аресты «акулек» третьего и второго круга… Нет, дорогая, конечно же, ты ни при чём! Я знаю: ты Дно никогда не предавала. Потому что давно сделала выбор в его пользу. Только в нём сила. Ты сама это понимаешь. Но он действительно удивил: сам сумел вычислить столько «акулек»…

— Почему ты уверен, что он не вычислит и остальных? Ту же Алоизу, к примеру.

— Со временем, конечно, вычислил бы. Но зачем, если я сам уже всё ему рассказал? — так просто сказал Коста.

Я не поверила услышанному.

— Ты… что? А… он?

— Ну, раз вернулся в Дансвик, значит, уже осмыслил, — пожал он плечами. — Ты о чём-то ещё вроде бы спрашивала.

Я с усилием собрала разбегающиеся мысли. Так Эрланн знает, что его брат — подонок⁈ Да не просто подонок… Нет, Принцесса, давай по порядку, иначе я окончательно потеряюсь.

— Готрик. Ты не закончил. Значит, твой преданный пёс увидел угрозу для тебя во втором племяннике?

— Да… Готрик так ревниво оберегал меня. Он действительно видел в Кристаре угрозу, — Коста ласково погладил меня по шее. — Угрозу моему счастью. В тот злополучный вечер он кое-что видел. Пока под вами с Крисом трясся весь дом, так легко было запустить в его кабинет тени и понять, что там происходит… А ведь он уже принял тебя, Ветерок. Всем сердцем, желая нам обоим счастья…

Последнее он сказал с лёгким укором. Я резко напряглась, инстинктивно отодвинулась, но Коста только сжал пальцы на моей шее, внезапно сильно прижав к себе. Снова ласково погладил по бритым отрастающим волоскам и зашептал.

— Ну что ты, не бойся… Я давно простил тебя, Ветерок. Я же знаю, что ты просто запуталась тогда. И Алоиза тоже хороша: так прямо сказать, чего она от тебя ждёт… И ещё эти ваши дурацкие стихии — огонь и воздух… Ну же, любовь моя, это всё позади. Уж чего-чего, а огня тебе точно больше бояться не стоит… Он теперь в самой тебе. У тебя даже запах изменился. И он прекрасен… Теперь, наконец, в род Стордалей вернётся их родовая магия — огонь и тени…

Я дёрнулась, не понимая, о чём он говорит. Этот тон, этот ласковый шёпот вдруг отозвался диким страхом. Какое-то безумие сквозило в его словах. Но Коста держал очень крепко, гладя меня по шее, по плечам, по спине и продолжая шептать.

— Готрик во всём был мне послушен. Но этого вынести уже не смог. У Криса и так было всё: имя, власть, деньги, магия. Но то, что он взял мою любимую женщину… Готрик был готов убить его сразу… Ну разве это не глупо? Наверное, стоило его предупредить, что я был к этому готов. Нет, любовь моя, ну что ты трясёшься… Я ведь действительно не злюсь на тебя. Всё именно так, как и должно было случиться… Только Готрик этого не понял и не принял. Устаревшей морали человек… Так что мне пришлось, Ветерок. Он был совершенно неуправляем, он бы убил Кристара, ведь их магии почти равны по силе. А разве я мог допустить, чтобы мой дядя убил моего же любимого брата? Я успел в последний момент: остановил его, забрал порталом из дома Криса в парк. Мы повздорили: он никак не мог принять твоё предательство. И предательство Криса по отношению ко мне — ты ведь моя женщина. И мне пришлось. Мне просто пришлось, Ветерок. Но он умер с радостью, если ты мне поверишь. Потому что от моей руки. Он ведь так любил меня… Наверное, никто так не любил. Мне было очень больно, Ветерок. И будет ещё больнее, если я не получу такой же любви от тебя…

Ошеломлённая и напуганная до дрожи в коленях, я не знала, что сказать.

— Портал, — зацепилась я за очевидное несоответствие,