Принцесса, подонки и город тысячи ветров - Анна Ледова

— Эти погромы и аресты — дело рук твоего брата, господина упёртого главдепа «охранки». Он не понимает, что творит, Коста… Он начал войну с Дном, а закончится она только одним. Его убьют сегодня ночью.

— Ветерок, что ты такое говоришь… Криса не могут убить! Ну, арестовали кого-то — по делу, значит…

— Коста, я знаю, о чём говорю! — ударила я кулаком по сиденью. — Просто послушай меня. Ты не знаешь этих людей, а я среди них выросла… Отведи меня в архивы и разыщи брата. Ты Смотрящий: отследи его по магии, да хоть по запаху! И если он тебе дорог, то заставь его уехать. Может, он хоть тебя послушает… Да хоть по голове оглуши и в мешке вывези!

— Ветерок, Крис — сильный маг, — до сих пор не осознавал серьёзности ситуации Коста. — Его просто так голыми руками не взять. Мне кажется, ты накручиваешь… И что значит «может, хоть тебя послушает»? Вы… говорили уже о чём-то?

— Да! — нервно воскликнула я. — И я говорила с ним от лица подонков! Поэтому точно знаю, что произойдёт дальше. Коста, да раскрой ты, наконец, глаза! С Дном не шутят, это не какая-то разбойная романтика, как ты себе вообразил поначалу!

— Я его найду, — побледнел Коста, немного оторопев от моего напора. — А ты разве не… Я особо не вникал, но Крис вроде говорил, что ты больше не с ними…

— Со Дна нет выдачи, — горько сказала я. — Да только и выплыть с него невозможно. Единственное, что я сейчас могу сделать — так это замести собственные следы, если твой брат каким-то чудом выживет. Ты ведь сам уже понял, что не такой уж я безродный маг… И не просто так от закона бегаю. Эрланн знает, кто я на самом деле.

— Крис тебя не тронет, — убеждённо качнул он головой. — Кем бы ты ни была.

— Хорошо, когда так доверяешь близким, — усмехнулась я.

— Тогда почему переживаешь за него? Если боишься, что по его приказу и за тобой придут?

— Потому что он дорог тебе, — отрезала я. — А мне — ты, Коста. Приехали.

О том, что Коста станет очередной разыгранной картой в случае, если Эрланна решат сегодня не убивать, я говорить не стала. Надеюсь, он сможет убедить Эрланна убраться из этого города ко всем хевлам. Кристару будет достаточно увидеть его, чтобы понять, кем он рискует.

Коста беспрепятственно провёл меня в архивы.

— На выходе метка не нужна. Здесь всё по отделам: справа следственный и магнадзор. Слева безопасники, прямо — подшивки газет. Всё по годам, магнадзор — по алфавиту. Вот тут ещё журнал посещений и запросов, если понадобится…

— Разберусь. Спасибо, Коста. Найди своего брата. И чтобы к утру духу его в Дансвике больше не было.

Коста проводил меня долгим непонятным взглядом. Чуть дёрнул ноздрями, принюхиваясь. Но кивнул и вышел, оставив меня наедине с рядами стеллажей. Я незамедлительно чихнула от многолетней пыли, пропитавшей воздух.

Сначала я рванула к картотеке всех магов Дансвика в секции магнадзора. Та была поделена по видам магии. Теневики, земля… воздух! Но на букву «О» никого не было. Я выудила соседние карточки «Найзмир» и «Петерс», отыскала по кодовым обозначениям нужный стеллаж с досье, но и там между «Н» и «П» Орканов не оказалось. На всякий случай я пробежалась по соседним стеллажам с другими стихиями. Остенвельсы, это водники… Орвенты, огры, Олли-Свантсоны…

В секции следственного я досконально изучила полку «Д18–26»: весь двадцать шестой год от начала правления нынешнего короля Дитрикса Восемнадцатого. Год, когда Орканов обвинили в измене. Потом двадцать пятый. Потом пролистала всё с двадцать седьмого до наших дней.

В подшивках городских газет за тот же период, пусть здесь хранились только криминальная хроника, я тоже ничего не обнаружила.

Семьи Оркан с её двухсотлетней историей просто не существовало документально. Ни громкого дела с изменой, ни казней, ни пожара на Кирстегат — ничего этого не было на бумаге. Корона просто вычеркнула нашу фамилию из истории города. И доскональная тщательность, с которой это было проделано, поражала.

Что ж. Значит, и Фьельбрис Оркан не существует. Это хорошая новость. Ни Эрланн, ни та же Алоиза Арвен не смогут шантажировать меня моим происхождением. По бумагам меня нет. Я нервно расхохоталась. Меня не существует вот уже восемь лет. Нет документов — нет доказательств. А людская память — дело такое… Быстропроходящее. Вот только стоило ли эти восемь лет увязать на Дне…

Я ещё хотела посмотреть досье на Стордалей, но времени не было. Сейчас, убедившись в прочности своей шкурки, нужно было возвращаться в центр. На Эрланна я даже не успела накинуть «поводок» — он отправил порталом совсем уж неожиданно, но что-то мне подсказывало, что я сумею его отыскать. Не в особняке на Эльдстегат, так где-то ещё.

Я прекрасно помнила, как чувствуется его огонь, а потому отпустила собственную стихию на поиски, выйдя из департамента. Сегодня стояла на удивление безветренная погода, так что никакие залётные ветра не могли мне помешать. И я раскинула тонкую паутину на несколько кварталов вокруг.

Хевлов Эрланн, если только его не нашёл первым Коста и не убедил бежать из города, будет где-то в центре. Возможно, он ещё на Эльдстегат. Именно туда я и направилась. Хоть на этот раз плащ не забыла.

И интуиция не подвела. Примерно за двести метров до центрального парка, отделявшего шумную Ховедгат от аллеи Пионов, вспыхнул огонь в ночном небе, а сигнальные нити-ветра тревожно дёрнулись, обнаружив знакомую магию. Я бросилась в парк со всех ног, но в сумраке плохо освещённых аллей заблудилась, не понимая, куда бежать. Где-то недалеко раздался короткий сдавленный крик, я ринулась на звук, но была на секунду ослеплена яркой портальной вспышкой.

После огненного и портального зарева в непроглядной ночи глаза не сразу заново приспособились к темноте, и я споткнулась обо что-то большое и неподвижное, потеряв ориентацию и напоровшись на голые ветки облетевших кустов. А потом, выровнявшись, ощутила бьющий в нос запах кожи и перца.

На секунду оборвалось сердце. И я опустилась к лежащему телу. Вслепую, на ощупь, молясь Тому, Кто Ещё Ниже, чтобы моё обоняние ошиблось.

Оно не ошиблось. По-прежнему нестерпимо пахло кожей и перцем, но, когда я ощупала тело, что-то было не так. Я чувствовала остывающий, умирающий огонь под ладонями,