Принцесса, подонки и город тысячи ветров - Анна Ледова

— Лейденс? Подписанные приказы в моём кабинете. Исполнять немедленно.

Затем подошёл к столу и швырнул мне стопку бумаг.

— Вот копии. Узнаешь первая.

Я выловила несколько листков.

«Приказ: фрой Пре́стон — под стражу, наложить арест на имущество до выяснения».

«Приказ: эктере Не́тельгарс — под стражу до выяснения».

«Приказ: эктере Менимо́рт — под стражу…».

«Приказ: фрой Э́тери — под стражу…». Пусть и не найдут уже Чёрного Ската…

«Приказ: мон Русто́вельс — под стражу, отстранить от заседаний ратгауза до выяснения…».

Меня затрясло, когда я увидела на приказах недавно выученные имена. Все — «акульки» второго и третьего кругов.

Боги, мон Эрланн, да что вы творите…

Я то, наивная, думала, что господин главдеп по незнанию ограничится только швалью в «норах». Ну, разнёс убежища — так и Алоиза говорила, что он не первый, кто с самого очевидного начал… Только дальше ни один не заходил. Убеждали, останавливали. Убирали. А этот сразу на глубину полез. Как, от кого узнал? Я ведь этих «акулек» сама только недавно по именам выучила… Раз этих знает, то, может, и Четвёрка для него не секрет? Я, без пяти минут «акулька», и то одну только Алоизу знаю. А он?!.

Нет, после того, как выполнят эти приказы, разговоров с господином главдепом больше не будет. Убьют сразу. Сегодня же, как только Серая Гарда возьмёт первого подонка из обозначенных.

У меня затряслись руки.

— Отмените. Немедленно!.. — повернулась я к Эрланну.

— Иначе что? — всё так же зло смотрел он меня.

— Вы не понимаете… — мой голос внезапно охрип. — Этого вам уже не простят… Вас просто убьют!

— Учитывая, что все ваши «шестёрки» и «быки» сейчас в казематах, я надеюсь, что это сделает рыба покрупнее, не из последних подонков. Лично я рассчитываю встретить кого-нибудь из этой вашей Четвёрки.

— Вы с ума сошли! — в шоке выдохнула я. — Так вы… намеренно?

— Вряд ли Дно покусится на меня в этом особняке. Так что сегодня ночью я собираюсь прогуляться и стать приманкой для кого-то поинтереснее, чем те, кто уже имел глупость попасться.

— Вы что, не понимаете, что это больше не игра? С вами никто не станет играть честно! Просто уезжайте, забудьте о Дансвике! Оставьте всё это: уходите, пока ещё можете!

— Волнуешься за меня? — усмехнулся он.

— Да вам просто пустят пулю в лоб! Это в лучшем случае! Скорее пять в затылок! Уезжайте, мон Эрланн! Это единственный ваш шанс после такого!..

— Какая трогательная забота, Ветерок, — всё так же равнодушно следил за мной Эрланн.

Но я смотрела не на него, а на стену огня, отрезавшую меня от всех выходов. Воздух и огонь равносильны, так утверждал Коста. Пусть у Эрланна уровень владения магией выше, но и я кое-чему уже научилась…

Озверев от его упрямства, взметнула небольшой торнадо перед огненной стеной, захватив чужую стихию в силки воздуха. От прямого контакта с огнём пронзило горячей волной, но этот жар, моментально охвативший меня, я перековала в злость:

— Уезжайте из города немедленно, или я убью вас сама, — прошептала я ему прямо в лицо, стараясь не допустить, чтобы взращённая ярость переросла во что-то другое. Сейчас я чувствовала себя как никогда прежде сильной, способной победить даже его огонь…

Но Эрланн и не думал спорить. Просто отпустил свою стихию на милость моих ветров. Обманчиво, спокойно, не сопротивляясь…

А сам, пока я ликовала от ощущения власти над сдавшимся огнём, сделал то, чего я не ожидала…

Придвинулся вплотную, вжал в себя и поцеловал так яростно, прикусывая мои губы и нагло завладев языком, что я на миг утратила контроль над стихией, и этого просчёта опытному огневику оказалось достаточно.

Горячие руки перехватили мои, исключая всякое сопротивление. А обжигающий поцелуй стал ещё глубже, только теперь тягучим, дразнящим. Эрланн, подарив мне короткую иллюзию превосходства, обрубил мои ветра одним взмахом, и теперь уже мой воздух тщетно трепыхался под огненной лавиной. А сам он будто наслаждался моим бессилием: зная, что этот жар во мне, прежде обращённый в ярость, уже перерастает в нечто другое…

Так и произошло. Я, почуяв слабину своей стихии, ещё трепыхалась, пытаясь оттолкнуть от себя горячее тело. Но та предательски заныла, требуя немедленно выплеснуть объявший меня жар: не яростью, так страстью…

Боги, почему именно рядом с ним так трясёт от любого прикосновения? Не маленькая же, знаю своё тело… Коста пусть и не доходил до последнего, но был намного откровеннее в ласках — в той же ванне. Но и сотой доли не было, верно. Да, удовольствие, но какое-то… механическое, что ли. Всего лишь физическая реакция. Так я и сама умела. А тут — только поцелуй, всего-то… А меня уже трясёт — стоит только подумать, что Эрланн зайдёт чуть дальше. Прикоснётся, например, губами к шее, к мочке уха, а руки скользнут куда-то ещё, а не только будут удерживать мои, и так уже безвольные…

Так и случилось. Эрланн впечатал меня в стену, прижал телом, отпустил наконец мои руки. И ничего больше не оставалось, кроме как запустить их под рубашку — одной обхватить крепкую шею, второй — притянуть его за талию. И оба коротко выдохнули, подавив стон, когда я ощутила его желание внутренней стороной бедра и заскользила вверх, приподнимаясь на цыпочках.

…Хевлово платье! Я уже готова была разодрать в клочья юбку, не зная, как быстро избавиться от неё, но Эрланн одним движением задрал её, не прекращая целовать. У меня ещё крутилось на задворках сознания:

«Дно же… Не так… До этого не должно было дойти… Либо же случиться совсем по-другому — на моих условиях»…

Но его рука уже проникла под кружево дорогого белья — подарка Леффенстайн к заказанным нарядам, и скользнула по голой беззащитной коже, обжигая её. И мыслей больше не осталось.

Когда вдруг огонь — а на деле лишь два пальца — проник внутрь меня, я вскрикнула. Эрланн не разменивался на прелюдии, поняв, что́ именно мне сейчас нужно. А мне нужен был огонь, что согрел бы изнутри — и я отдалась ему…

— Ещё, — хрипло выдохнула я ему в лицо, забыв о всём на свете.

Дно? Четвёрка? Да к хевлам всё, когда так хорошо!..

Я попросила — и получила больше. Неохотно убрались пальцы, зато Эрланн тут же подхватил под бёдра, приподняв и удерживая меня на весу. Опьянённая острым