Искатель, 2008 № 01 - Журнал «Искатель»
Мисс Иго-го уже вошла в логово и была поражена таким размахом празднества.
Зал был словно огромной декорацией из кошмара. Там и здесь курился неведомый дымок, который заставлял приятно кружиться голову. Хотя мисс Иго-го была специалистом в наркотических зельях, но характер дымка так и не смогла разобрать.
— Говорят, что наш век — век заурядного человека. Но я в корне не согласна с этим, — гордо вздернула нос мисс Иго-го, вступая в беседу с Ма, — я-то особенная. Я — супер, я — мега! Кровь — великое дело. Отец — политик, мама — истинная леди, первая красавица страны.
— О, пани с родословной, вы мне подходите! — обратился к мисс Иго-го Владомир. — Есть в вас что-то такое…
— Темперамент, страсть и все, что зовется словом «жизнь», — томно произнесла мисс Иго-го.
— Нет, — отрицательно покачал головой граф, — самая темная, самая аморальная бездуховность…
Мисс Иго-го залилась счастливым смехом и алчно вперилась глазами в изможденное, но аристократически нетривиальное лицо графа. Она уже отчаялась найти себе пару в высшем обществе, и теперь любой мужчина в любой подворотне воспринимался ею как последняя надежда. И она была рада выслушивать любой бред от любого мало-мальски чисто одетого представителя противоположного пола.
— Значит, бездуховность не свойственна жизни? — поддержала она беседу.
— В этом доме — особенно! Здесь жизнь под запретом! Ну… только для избранных здесь исключение… — прошептал граф ей на ухо.
— Эта избранная — я, — радостно констатировала мисс Иго-го.
— О! Запомните главное: здесь логово смерти.
— Обожаю такие вечеринки!
— А смерти, как и, стало быть, всем нам, доставляет удовольствие не жизнь, а — смерть.
— Смерти приятна смерть? И умершим на том свете приятно иметь общество вокруг себя, не так ли вы думаете? — заржала мисс Иго-го, сверкая отбеленными резцами и прималярами.
— Видеть при жизни такое общество, как мы, и знать, что в сумрачном логове ты не одинок, — великое благо, — вежливо отозвался Владомир. — Я в восторге от ваших зубов. Если их подправит искусный стоматолог, они смогут по праву соперничать с моими.
— Вообще-то мой последний жених бросил меня именно из-за них… И обозвал вампиром, — призналась девушка, проникаясь все большей симпатией к странному типу — графу Владомиру.
— Какая прелесть! — хором закричали Плим и несколько кузенов и подошли поближе.
— Да, да, удлиненные зубы на самом деле свидетельствуют о неправильном функционировании нервной системы. Но это пустяки, пани, — проворковал Владомир нежнее домашнего кота. — Особенно после смерти.
Мисс Иго-го произнесла торжественную речь, предложила поиграть в традиционные для вечеринок игры и была немного удивлена, когда большинство гостей отказались, а те, кто согласился, не знали правил. Но она не выразила неудовольствия, поскольку в конце концов ей заплатили приличный гонорар за то, чтобы она всячески развлекала гостей. Когда снова включили музыку, она прислушалась — музыка ей показалась странной, но она никак не могла угадать мотив. Плюнув на разгадывание этой загадки, она пустилась в пляс с одним из подвыпивших кузенов.
— Что это за музыка? — спросила она.
— Реквием Моцарта наоборот, — ответил кузен, глядя на нее немигающими выпученными глазами.
— Этот ваш рубец от веревки на шее выглядит так натурально, у меня аж приступ тошноты! — кокетливо сказала девушка.
— Спасибо за комплимент, — прохрипел кузен сдавленными связками, — позвольте поцеловать вас в щечку! Жаль, что она не зеленая!
Висельник сладострастно чмокнул самодовольную девицу в подставленную щеку, оставив на ней дурно пахнущий, слизистый след.
Стол ломился яствами. Мисс Иго-го, которой подходило время возвращаться домой с гонораром, алчно взирала на причудливо украшенные блюда. Контракт, который она подписывала, прежде чем приступить к своей работе в качестве ведущей вечеринки, включал странный для нее пункт: она не должна притрагиваться к столу. Это была первая вечеринка, откуда она уходила голодная. И хотя Ивашка пожертвовал ей последний бутерброд со своей тарелки, она все равно осталась недовольна. Надо сказать, что она изначально готовилась высматривать то, к чему можно придраться, а кто ищет — тот всегда найдет! Ее не покормили, безобразие, как смели так обойтись с мамзелью ее происхождения!
Старуха и Ма только переглянулись, когда мисс Иго-го, нарушив контракт, незаметно утащила блюдо с салатом и забилась с ним в угол возле изразцовой печи. Столетний сверчок пошевелил усиками и издал трель. Откуда было знать мисс Иго-го, что фирменное блюдо Ма приготовлено из последних октябрьских поганок, которые с утра в рядом находящемся лесочке насобирал Ивашка.
Насытившись, что называется, «от пуза», суперсветская мисс Иго-го, набросила пальтишко, элегантно приняла деньги от печального Па и вышла в ночь. Ма равнодушно смотрела на пустую посудину из-под салата.
— Она нарушила контракт… — насмешливо произнесла старуха. — Что ж, сама виновата.
— До «Хаммера» она вряд ли дошла, — промолвила Ма, останавливая наоборотошный Реквием.
— А значит, Владомиру опять повезло… Сейчас она воротится… — добавила старуха.
— И начнется настоящее веселье! — добавил Тамерлан.
Они были правы. Легкая, как весенняя нимфа, с чистой и нежной кожей, отливающей серебром, с развевающимися светлыми волосами, девушка появилась на пороге дома. Казалось, она еще толком не осознала, что с ней случилось…
— Да, смерти по вкусу только смерть… — прошелестела она, сверкнув улыбкой, которая стала еще более длиннозубой.
Владомир теперь не боялся просигналить ей в ответ своими отточенными клыками. Граф раскрыл ей объятья. Но она лишь положила руку на его плечо.
— Кажется, вы предлагали мне стать вашей невестой, граф? Я чувствовала ваши мысли, как только тело мое распростерлось возле крыльца…
— Да.
— Я согласна, я в вашем распоряжении на долгие годы, — потупившись, ответила она.
— На тысячелетия, моя прелесть, — поправил он.
— И все же, что это за дымок, что курится по залу? — осведомилась она, потому что теперь была членом их семьи и имела право знать.
— Жженая человеческая кожа, щепотка сушеного бальзамина и капля тибетского масла, — ответила Ма. — Кажется, вам понравился мой салат, милая, вот вам целая миска — ешьте сколько влезет, теперь вам можно все.
Граф и его новоиспеченная невеста взяли салатник, глиняную бутыль с красным напитком со стола и направились в одну из спален, что занимал Владомир.
— Вот и еще одна любовная история, — сказала тетечка Клео, неторопливо перебирая пергаментными пальцами свое одеяние, — такой истории я еще не видывала. А ведь я помню все, даже то, как сам Анубис мумифицировал меня, а потом возродил к жизни, чтобы я стала его женой на тысячу лет. А потом изменил мне с первой же попавшейся такой же, как я…
Ивашка подошел к
