Кто шепчет в темноте? - Джон Диксон Карр
– Мотиве убийства?
– О нет, – сказал доктор Фелл. – Однако ведущем к убийству. Мотиве настолько дьявольски злобном и хладнокровном, что… – Он умолк. Огонек снова разгорелся и потух. – Как думаете, не могли бы мы прямо сейчас переговорить с мисс Сетон?
Глава одиннадцатая
– С мисс Сетон? – резко переспросил Майлз.
Теперь он вовсе не различал выражения лица доктора Фелла. Оно стало маской, мясистой и лишенной красок в лунном свете, окутанной дымом, который достигал и легких Майлза. Однако накал в голосе доктора Фелла, накал ненависти к этому самому мотиву угадывался безошибочно.
– С мисс Сетон? Полагаю, да. Она сейчас внизу.
– Внизу? – переспросил доктор Фелл.
– Ее спальня на первом этаже. – Майлз объяснил почему и пересказал события дня. – Это одна из самых приятных комнат в доме, совсем недавно отремонтированная, даже краска только-только высохла. Однако она не спит и уже встала, если вы об этом. Она… она слышала выстрел.
– Вот ведь!
– На самом деле она успела подняться и заглянуть в комнату Мэрион. Что-то так сильно ее расстроило, что она не вполне… не вполне…
– Не в себе?
– Если хотите, можно и так сказать.
И тут Майлз взбунтовался. Человеческая натура такая отходчивая, а Мэрион (как он понял) вне опасности, и ему показалось, что все встает на свои места и здравый смысл наконец сможет вырваться из темницы.
– Доктор Фелл, – сказал он, – давайте не будем поддаваться гипнозу. Давайте не допустим, чтобы упыри, вампиры и ведьмы Риго наложили на нас свое заклятие. Принимая во внимание – даже принимая во внимание! – что было бы крайне затруднительно подняться снаружи к окнам спальни Мэрион…
– Дорогой друг, – перервал доктор Фелл мягко, – я знаю, что никто туда и не поднимался. Посудите сами! – И он указал на окно, рядом с которым они стояли.
В отличие от большинства окон в доме – во французском стиле, со створками на петлях, – это было обычным подъемным окном. Майлз поднял его, высунул голову наружу и поглядел влево.
Освещенные окна спальни Мэрион – четыре небольших окошка в ряд, два из них открыты – отбрасывали яркий свет на блеклую зелень позади дома. Под ними была голая стена пятнадцать футов высотой. Под ними же, о чем он совершенно забыл, была пустая пока цветочная клумба во всю ширину стены – ровная, недавно политая земля, старательно вскопанная и разрыхленная, по которой и кошка не прошла бы, не оставив следов.
Но Майлз продолжал упорствовать.
– И все равно, – заявил он, – не стоит поддаваться гипнозу.
– В каком смысле?
– Мы знаем, что Мэрион стреляла, да. Но откуда нам знать, что она стреляла в то, что находилось за окном?
– Ага! – доктор Фелл радостно фыркнул, и на Майлза пахнуло возвеселившимся трубочным дымом. – Мои комплименты, сэр. Вы действительно просыпаетесь.
– Мы вовсе этого не знаем, – продолжал Майлз. – Мы лишь предполагаем это, потому что все случилось после того, как мы говорили о лицах, парящих за окнами. Не логичнее ли предположить, что она стреляла по чему-то внутри комнаты? Может быть, что-то появилось перед ней в изножье кровати?
– Да, – серьезно согласился доктор Фелл, – именно. Но разве вы не видите, мой дорогой сэр, что это ни в коей мере не решает нашей основной проблемы?
– Что вы имеете в виду?
– Нечто, – ответил доктор Фелл, – напугало вашу сестру. Нечто – если бы не своевременная помощь Риго – буквально напугало ее до смерти.
Доктор Фелл выговаривал слова медленно, веско, подчеркивая каждое из них. Его трубка погасла, и он положил ее на подоконник открытого окна. Даже его сиплое дыхание сделалось громче от искреннего сострадания.
– А теперь я хочу, чтобы вы на мгновение задумались над тем, что именно это означает. Ваша сестра, я так понимаю, не из нервных барышень?
– Ни в коем случае!
Доктор Фелл замялся.
– Позвольте мне… гм… выразиться яснее. Она не из тех женщин, которые говорят, что вовсе не нервные, и смеются над сверхъестественным при свете дня, зато с наступлением темноты выказывают совсем иные чувства?
Очень яркое воспоминание пришло на ум Майлзу.
– Помню, – сказал он, – когда я был в госпитале, Мэрион со Стивом навещали меня при каждой возможности – какие же они милые, оба, – рассказывали разные анекдоты и истории, которые, как они думали, могут меня развеселить. Одна такая история была о доме с привидениями. Кто-то из друзей Стива (это жених Мэрион) обнаружил такой дом, находясь на дежурстве в отряде местной самообороны. В общем, они с компанией отправились туда на экскурсию.
– И каков результат?
– Судя по всему, они обнаружили там необъяснимую активность – полтергейст, и не самый приятный. Стив признался даже, что он разнервничался, как и кто-то из их приятелей. А вот Мэрион лишь развлекалась.
– О, ну надо же! – выдохнул доктор Фелл.
Он взял потухшую трубку, но снова отложил ее.
– В таком случае, попрошу еще раз, – продолжал доктор Фелл с нажимом, – припомните все обстоятельства. Вашу сестру никто и пальцем не тронул, никто не нападал на нее. Все указывает на то, что она потеряла сознание от нервного потрясения, потому что увидела что-то.
Теперь предположите, – гнул свое доктор Фелл, – что в этом деле не было ничего сверхъестественного. Предположите, к примеру, что я хочу напугать кого-то, изобразив привидение. Представьте себе, как я одеваюсь в белые одежды, мажу себе нос фосфоресцирующей краской и сую голову в окно, громогласно крикнув: «Бу!» – компании пожилых леди в пансионате в Борнмуте.
Наверное, они слегка вздрогнут. Может, подумают, что у дражайшего престарелого доктора Фелла весьма странное чувство юмора. Вот только напугает ли это кого-то? Сможет ли этот самодельный маскарад, эта нелепая попытка изобразить сверхъестественное произвести в наше время нечто большее, чем кратковременный переполох? Сможет ли это вызвать тот оглушительный эффект, который – как нам известно – заставляет кровь отхлынуть от сердца и может оказаться не менее смертоносным, чем нож или пуля?
Ударив кулаком в ладонь левой руки, доктор Фелл разразился извинениями.
– Я прошу прощения, – прибавил он. – Я вовсе не хотел ни неуместно шутить, ни возбуждать в вас страх за сестру. Однако… архонты Афин! – И он развел руками.
– Да, – признал Майлз, – понимаю.
Повисло молчание.
– Значит, вы видите, – продолжал доктор Фелл, – что предыдущий, выдвинутый вами пункт теряет свою важность. Ваша сестра, охваченная ужасом, выстрелила во что-то. Оно могло находиться и по другую сторону окна. Могло оказаться внутри комнаты. Могло быть где угодно. Но суть в другом: что же напугало ее до такой степени?
Лицо Мэрион…
– Но вы ведь не возвращаетесь к предположению, –
