Игра в невидимку - Альва Морис

– Хорошо, – кивнула Паркер, хотя было заметно ее замешательство. Следом она передала всем новые распечатки из досье Джордана Каннингема. – Наш новый свидетель: увлекается коллекционированием фото соседей, жесткого порно и фантазий о насилии. На пленке нашли несколько снимков, сделанных в вечер, когда предположительно тело последней жертвы было выброшено на свалку.

– Какая-то связь с детективом Мином? – раздался вопрос.

Эмили покачала головой:

– Пока не установлено.

Я пролистал папку. Лист за листом – преимущественно фигуры женщин в окнах, раздевающихся, спящих, ничего не подозревающих. Джорджи Каннингем был наблюдателем, подглядывающим, но слишком трусливым для действия и глупым для такого тщательного сокрытия.

– Псих, но не хищник, – бросил я. – Он смотрит, фантазирует и самоудовлетворяется, но не трогает. Не наш кандидат.

– Возможно, он просто учился, – тихо вставила Вивьен, сидящая рядом со мной, ее голос прозвучал неуверенно.

– Вряд ли, – качнул головой я. – Если отталкиваться от последних данных, Невидимка убивал и женщин, и мужчин. Им движет не столько сексуальное желание, сколько попытка самоутвердиться, отсюда и заигрывание с полицией.

Паркер кивнула, обратившись к остальной группе:

– На данный момент Джордан Каннингем не рассматривается в качестве возможного преступника, но его фото и видеоматериалы могут оказаться полезными в расследовании. Поэтому копаем дальше.

Пока продолжалось обсуждение, мой мозг продолжал лихорадочно перебирать все имеющиеся у нас факты, ища точки пересечения.

– Кстати, что было в записке, которую нашли с таксистом? – обратился я к Эмили, ухватившись за мысль.

Она открыла папку, быстро найдя нужную страницу, и протянула мне фото.

Вы смотрите, но не видите

Я обратил внимание на символ внизу записки: такой же, как тот, что показывал мне Мин. Вероятно, Невидимка специально оставил его, чтобы указать полиции на ее промахи в прошлом. Так он давал нам знать: да, это был я.

– Нашли что-нибудь полезное на бумаге? – Уточнил я, вернув фото в папку. – Может, какой-то нетипичный состав?

– Потожировые следы отсутствуют, а если быть точнее: на записке их несколько и все принадлежат случайным людям, прикасавшимся к бумаге ранее.

– Данные по почерку?

Снова отрицательное движение головой Паркер.

– Это машинная имитация рукописной фразы. Эксперты проверяют, что еще можно вытянуть из записки, но пока это все.

– А точнее, ничего, – сухо заключил я, не обращаясь ни к кому конкретному.

– Да.

В кабинете повисла тишина, нарушаемая только щелканьем выключателя на кофемашине и слабым потрескиванием ламп. За дверью кто-то смеялся – слишком громко, слишком живо для этого утра. За пределами этого кабинета жизнь текла так же, как и всегда, как будто ничего не произошло, как будто мир не пошатнулся.

– Знаешь, у меня внутри тоже появилось чувство какого-то сюра.

Я скосил глаза, Кэп изучал улики, сидя в своей привычной расслабленно-собранной позе: нога на ногу, руки сцеплены в замок на колене.

«Возможно, это из-за того, что ты слушаешь брифинг расследования собственной смерти?»

– Истина часто скрывается в самом незаметном месте.

«И что это должно, по-твоему, значить?»

Мне до жути хотелось закатить глаза и применить какое-нибудь заклинание, чтобы выгнать назойливого напарника вместе с его неуместными ремарками из собственной головы.

– Ладно, – Эмили глубоко вдохнула, заставив меня переключить внимание. – Займитесь Джорданом Каннингемом, переройте заново его барахло, отсмотрите весь материал. Может, этот недоумок случайно поймал в кадр нашего убийцу. А пока сосредоточимся на имейлах Мина и связи между архивными делами и текущим.

Я поймал взгляд Вивьен – тот самый, который говорил: «Ты тоже чувствуешь, что это только начало?» И да, я чувствовал.

– Поздравлю, дамы и господа, мы официально расследуем дело серийного убийцы Невидимки. – Ликования никто не испытал, лица стали только более хмурыми. – Чего сидите? За работу.

Паркер дала всем знак «на выход», и группа зашумела сдвигаемыми стульями. Когда мы остались в кабинете втроем, Эмили подошла ближе и коснулась моего плеча – краткий миг поддержки от бывшей невесты. Странным образом вне отношений я полюбил Эмили даже сильнее. Проблема была в том, что наша любовь изначально была не той, которую предполагается испытывать мужу и жене, зато она прекрасно подходила для друзей.

– Кстати, в вещах Кэпа не нашли его записную книжку? – Усилием воли я вернул мысли в рабочий режим.

– Мои ребята все осмотрели, но записной книжки не было.

– Он всегда носил ее с собой, скорее всего, она осталась где-то на месте преступления, – задумавшись, произнес я.

– Наконец ты начал задавать правильные вопросы, друг мой.

«Мог бы просто назвать нам имя ублюдка, если такой умный».

Да, я продолжал спорить с собственной галлюцинацией, и что вы мне сделаете?

– Назвать имя убийцы и лишить тебя удовольствия поймать его самому? – Мин изобразил удивление. – Ты ведь чувствуешь, как адреналин хлынул по венам. Это дело уже захлестнуло тебя, просто ты не хочешь себе в этом признаться.

Кэп, травящий свои псевдомудрые китайские пословицы, немало раздражал во время работы. Кэп же, имеющий прямой доступ к моим мыслям, становился настоящей занозой в… мозгу.

– Ларсен!

Я очнулся и понял, что Эмили уже какое-то время ждет моей реакции, но вопрос я пропустил. Бернелл обеспокоенно глянула на меня, догадавшись о причине.

– Я спросила, нет ли новостей от твоих уличных ищеек? – повторила Паркер.

– Завтра встречусь со Стэном. Передам, если найдем что-то важное.

Глаза Паркер нехорошо сузились, цепко изучая мою реакцию, и я сделал мысленную пометку: нужно лучше себя контролировать.

– Эм, детектив Харт говорил, что Мин вышел на какие-то газетные издания. Уже известно, как они назывались? – Вивьен вклинилась в разговор, перетягивая внимание на себя. – Мы с Адрианом могли бы проверить, с кем он общался последнее время.

«Спасибо, Веснушка».

– Больше всего контактов и публикаций по делу Невидимки было от London weekly post. – Паркер, на удачу, довольно быстро переключилась. – Техотдел поднял рабочую переписку Мина, он обменивался письмами с их репортером. Не общими запросами в редакцию – напрямую. Этот репортер дважды присылал «наводки» и просил держать его имя вне протокола.

– То есть «источник»? – уточнила Вивьен.

Лицо Эмили украсила истинно сатанинская улыбка.

– Уже вызвала его? – спросил я.

– Обижаешь, к нам едет мистер Чейз Хейз.

* * *

– Чейз Хейз, – медленно повторил я.

Похоже, над парнем решили поиздеваться с самого рождения, сочетание имени и фамилии само по себе звучало как неудачная шутка. В ожидании свидетеля я вернулся к изучению материалов по прошлым жертвам, Вивьен присоединилась ко мне, придвинув свой стул ближе.

Первой возможной жертвой маньяка стала Кейли Менфилд, просмотр фото