Криминальная патопсихология - Юрий Антонян
Соотношение реальных и условных барьеров в адекватном опредмечивании сексуальной потребности у психопатических личностей с сексуальными перверзиями сдвигается в сторону увеличения значимости последних. Основной признак личностной предиспозиции к формированию патологической мотивации – нарушения полимотивированности деятельности, иерархического построения мотивов. Сужение диапазона реально действующих мотивов в силу блокады части из них ведет к изменению их побудительной и смыслообразующей функции. Мономотивы приобретают сверхсильную побуждающую функцию и реализуются в импульсивных и навязчивых действиях.
Этот же механизм, общий с механизмом формирования мотивов-«суррогатов», лежит в основе многих изнасилований. Мы полагаем, что в большинстве случаев их мотивы можно отнести к анэтическим, ситуационно-импульсивным, мотивам психопатической самоактуализации. Насколько позволяют судить результаты исследования психопатических личностей, совершивших изнасилования, среди них немало тех, для которых подобный способ действий субъективно был единственной для них возможностью совершения полового акта. Многие из них объясняли, что «испытывали по отношению к женщинам, с одной стороны, повышенное влечение, а с другой— брезгливость». Они отмечали субъективное снижение половой потенции в ситуациях совершения нормальных половых актов. Единственным «разрешенным» мотивом полового акта в этих случаях являлся мотив самоутверждения. Заблокированность остальных мотивов отражалась в самосознании психопатических личностей в убежденности в снижении половой потенции. Все они предъявляли соответствующие жалобы, хотя клиническое исследование не обнаруживало какой-либо органической или функциональной патологии.
Не ставя здесь перед собой задачу обстоятельного анализа мотивизации изнасилований, совершаемых психопатическими личностями (и лицами с психопатоподобными расстройствами), отметим лишь, что нами установлены определенные психологические закономерности формирования мотивов-«суррогатов», выявлены условия их формирования, которыми являются прежде всего условная блокада адекватного опредмечивания сексуальной потребности, связанная с патохарактерологическими чертами психопатических личностей. Заблокированность одного из значимых мотивов полового акта (чаще всего коммуникативного) ведет к перестройке структуры и иерархии мотивов, изменению их смыслообразующей и побудительной функции, формированию замещающего мотива-«суррогата», реализующегося в навязчивых, импульсивных или импульсивноподобных действиях.
Мотивы-«суррогаты» часто детерминируют поджоги при истинной пиромании, под которой обычно понимается непреодолимое стремление к поджогам без желания причинить зло, нанести ущерб. В общей психопатологии пироманию рассматривают среди импульсивных и навязчивых действий. Нас прежде всего интересует, как связаны мотивы такого поведения с патохарактерологической структурой личности, какая потребность может лежать в основе влечения к огню.
Все изученные психопатические личности с истинной пироманией по данным клинико-психологического исследования разделились на две основные группы. В первую группу вошли психопатические личности с ведущим возбудимым радикалом в структуре психопатии. Вторую группу составили психопатические личности тормозимого круга.
Испытуемых первой группы, по данным проективных методик, отличали повышенная агрессивность и аутоагрессивность, доминирование витальных биологических потребностей над социальными, познавательными, их императивный характер в сочетании с низким уровнем мотивации достижения в основных видах деятельности. При реализации пироманических актов преобладали импульсивные и импульсивноподобные действия. Психопатических личностей второй группы отличали замкнутость, робость, обидчивость, беспричинные колебания настроения, нестойкие идеи отношения, стремление к поджогам, реализующееся в импульсивных, импульсивноподобных и навязчивых действиях.
Психологическая гипотеза относительно мотивов истинной пиромании в нашем исследовании заключалась в предположении о нарушении регулятивной функции эмоций у этих лиц, своеобразном их отчуждении от результатов деятельности. Для проверки этого предположения был использован тест Роршаха. По данным этого теста у психопатических личностей с истинной пироманией обнаружено характерное нарушение «цветовой формулы», отличающее их и от психически здоровых лиц, и от психопатических личностей без пиромании. Подобный факт свидетельствует о нарушении регулятивной функции эмоций, об отчуждении эмоций от деятельности. Возникающая в результате отчуждения своеобразная автономия эмоций, утрата ими функции подкрепления результата действия ведет, с нашей точки зрения, к поискам непосредственного раздражителя, вызывающего сдвиги в эмоциональном состоянии субъекта. Таким раздражителем и становится в этих случаях огонь, выполняющий роль мотива-«суррогата».
Эти данные подкрепляются низким уровнем достижений и эффективности деятельности психопатических личностей с истинной пироманией в различных областях, обнаруживаемым и в реальном поведении, и в протоколах ТАТ. Основным психологическим механизмом пиромании является, по-видимому, то, что у этих лиц заблокировано «производство» положительных эмоций реальными действиями. Межличностное взаимодействие, общение носит для них фрустрирующий характер, в отношениях с окружающими они агрессивны, раздражительны, злобны, обидчивы. Таким образом, потребность, лежащая в основе мотивов истинной пиромании, определяется как потребность в «психологическом комфорте», в сдвиге эмоционального состояния в сторону положительных эмоций. Этот сдвиг в силу нарушений структуры деятельности, утраты эмоциями регулятивной функции возникает не в рамках обычной человеческой деятельности, а лишь в определенных условиях при прямом воздействии специфической стимуляции.
Побудительная роль мотивов-«суррогатов» обнаруживается и при анализе дромомании, которая характеризуется периодически возникающим непреодолимым стремлением к перемене мест, поездкам, бродяжничеству. Такое поведение встречается у психически здоровых и психически больных людей, но отмечается и у психопатических личностей или при психопатоподобном синдроме различной этиологии.
В изученной группе психопатических личностей с дромоманией преобладали неустойчивые психопаты. Уходы, побеги из дома, бесцельное бродяжничество наблюдались у них с детского и подросткового возраста. Желание куда-либо поехать возникало внезапно, бродили по улицам городов без определенной цели. Мотивы уходов, бродяжничества носили гедонистический, реактивно-гедонистический характер. Реактивные моменты содержали в себе не столько реальные, сколько условные психогении: монотонность, однообразие ситуации, необходимость выполнения обычных бытовых обязанностей, затруднения в работе, учебе. В гедонистической мотивации преобладали ощущения свободы, возможность бесконтрольно проводить время, освобождение от каждодневных обязанностей, постоянная смена впечатлений.
Психопатические личности тормозимого круга с дромоманией отличались отгороженностью, замкнутостью, трудностью включения в социальные контакты и различные процедуры, требующие взаимодействия с окружающими, аутизмом и в ряде случаев склонностью к аутистическому фантазированию. Реактивные факторы дромомании содержали в себе и реальные и условные моменты с преобладанием последних, гедонистическая мотивация была связана с реализацией аутистических установок и фантазий.
У психопатических личностей истеро-возбудимого круга с дромоманией в соотношении реактивных и гедонистических мотивов на начальных этапах уходов преобладали первые, а затем бесцельное бродяжничество в ряде случаев становилось самоцелью. Так же как и в других группах психопатий, в реактивных мотивах условные психогении преобладали над реальными. В этой группе испытуемых наблюдались внешне немотивированные уходы, связанные с расстройствами настроения, совершаемые по типу импульсивных действий. Уходы из дома, бесцельное блуждание по улицам, поездки в другие города могли длиться значительное время, вплоть до нескольких месяцев, и продолжались после изменения тягостного эмоционального состояния.
Мотивы психопатической самоактуализации. К ним относятся мотивы противоправных действий, в которых побудительную силу приобретает та или иная черта личности, стремление к реализации которой становится мотивом поведения. В каждом из клинических вариантов психопатий облигатные (основные) черты психопатической личности представляют собой выражение ведущих мотивов, занявших в иерархии мотивов главенствующее место и поддерживающих существование стереотипных, ригидных «сценариев личности», осуществляемых в значительной
