Лекарство от предательства - Рина Фиори
Зато Баринов ни капли не переживает. Может, для него в порядке вещей, что девушка на него бросилась? Привычка?
Вполне может быть. Такой мужчина вряд ли обделён женским вниманием.
– Прежде всего, я хочу извиниться перед вами за вчерашнее.
Если бы он только знал, каких усилий мне стоит произнести эти слова. Но другого выхода нет. Надо извиниться и двигаться дальше.
Баринов игнорирует, продолжает, как ни в чём не бывало.
– Мою бабушку зовут Анна Фёдоровна, ей недавно исполнился восемьдесят один год. Она живёт в своём доме одна, и это очень важный нюанс, – приподнимает вверх указательный палец и подаётся немного вперёд. – Никогда не говори с ней о родственниках.
Страшное предположение тут же активирует фантазию и рисует ужасные картинки. Неужели у бедной старушки не осталось никого кроме одного единственного внука? Спросить бы у Кирилла Александровича, но неловко как-то.
– Эй, – щёлкает пальцами перед моими глазами, – ты о чём опять задумалась? Алиса?
– Ох, нет, ни о чём, – делаю глубокий вдох и концентрирую всё внимание на мужчине.
Взгляд непроизвольно цепляется за его губы – такие мягкие. Я помню их вкус и тепло. Как мужчина крепко держал меня за талию и был совершенно не против поцелуя.
– Алиса? – повышает голос. Блин, я опять уснула что ли?
– Да, кхм, простите, – громко прокашливаюсь, – так что там по важному нюансу?
– Никогда, ни за что не заговаривай с моей бабулей про родственников, иначе у неё моментально подскочит давление.
Киваю утвердительно, всем видом показывая, что поняла мужчину.
– А будет какой-то график, или что-то типа того? Как я буду работать, у меня ведь ещё смены на «скорой».
– Желательно, чтобы ты приходила в первой половине дня, сколько у тебя выходных в неделю?
Мысленно подсчитываю свои смены, вспоминая, что с марта останусь без подработок.
– Четыре дня, но это с учётом ночных смен.
– Нормально, бабуле хватит, ей главное, чтобы рядом кто-нибудь был, – Баринов удовлетворённо откидывается на спинку стула. – Можешь приступать с завтрашнего дня.
Понимаю, что наши «переговоры» окончены, а значит, я могу скорее бежать домой. Надеюсь, успею на последнюю маршрутку.
Уже собираюсь поблагодарить мужчину и уйти, но перед нами возникает девушка. Эта блондинка, если мне не изменяет память, работает у Баринова администратором. Маргарита, кажется.
– Добрый вечер, – улыбается своему шефу. В мою сторону, к счастью, не смотрит. Надеюсь, не узнала, мы ведь всего пару раз виделись. – Дмитрий Владимирович просил передать вам, что договорился о встрече с новым шеф-поваром.
Она продолжает демонстрировать идеально отбеленные зубы. Баринов недовольно хмурится.
– А сам он не мог мне об этом сообщить? – не нравится мужчине сложившаяся ситуация.
– Он очень торопился… – лепечет растерянно, наконец, заметив моё присутствие.
Прищуривается, разглядывая моё лицо, а я понимаю, что пытаться прикрыться волосами уже поздно. Меня рассекретили.
– Ой, Алиса, а я как раз собиралась вам звонить! – восклицает громче положенного. – Мы должны обсудить…
– Простите, я спешу, давайте в следующий раз, – вежливо киваю, поднимаюсь из-за стола и покидаю ресторан.
Мысленно молюсь только об одном: чтобы Маргарита не рассказала ничего Баринову про свадьбу. Я ведь так и не удосужилась отменить аренду, не сообщила, что свадьбы не будет. И при этом вчера покушалась на рот хозяина ресторана. Что он обо мне подумает?
На удивление, впервые за последний месяц мне удаётся нормально выспаться. Утром чувствую себя свежей и обновлённой.
В приподнятом настроении собираюсь на свою новую работу. Баринов обещал заехать за мной и отвезти к своей бабушке.
Я наотрез отказывалась, просила просто скинуть адрес, планировала добраться сама. Но мужчина поставил вопрос ребром, и мне пришлось сдаться. От работы отказываться не хочется. Тем более Кирилл Александрович приличную сумму пообещал, и это с учётом моего долга ему.
Родителей в свои дела не посвящаю. Папа на работе, а мама… Она сегодня дома, но я ещё не простила её за то, что обсуждала меня с бывшим.
Приеду с работы – поговорим.
Баринов подъезжает прямо к дому, демонстрируя окружающим свою крутую тачку.
Вроде в городе живём, но частный сектор есть частный сектор. Здесь всем до всего есть дело. И соседям тоже, судя по колыханию занавесок на их окнах.
Аккуратно открываю дверь машины, боясь что-либо повредить. Кто его знает, за что в этом дорогущем аппарате ещё зацепиться можно.
– Доброе утро, Кирилл Александрович, – здороваюсь бойко.
Солнышко пригревает, и на душе радостно. Ещё немного, и весна наступит, главное не забывать витамины принимать. И тогда никакая депрессия не будет страшна.
– Доброе, – бурчит мой новоиспечённый начальник.
К дому его бабушки едем молча. Ловлю себя на мысли, что чувствую лёгкость рядом с Бариновым. Это так странно.
Возле двухэтажного дома мужчина притормаживает, паркует машину, помогает мне выйти.
– На второй этаж бабуля не поднимается – сама понимаешь, возраст. Давление она измеряет утром и вечером. Самостоятельно. Твоя задача – разговаривать. А ещё лучше, молча слушать её рассказы про молодость.
– В смысле? – притормаживаю. Округляю глаза, придерживаю ремешок сумки на плече.
Так резко остановилась, что он чуть не слетел.
– Что не так? – Баринов сегодня – сама серьёзность.
– То есть, я должна развлекать вашу бабушку, так?
– Ну, если тебе угодно это так называть, то да, – пожимает широкими плечами, возобновляя шаг.
– Нет, постойте, – хватаю его за рукав пальто. Одёргиваю руку, словно меня током ударило. – Я думала, вашей бабушке нужна медицинская помощь, а так… Я не готова быть шутом.
Складываю руки на груди, обнимаю себя покрепче. Долг долгом, но заниматься ерундой я не собираюсь. Так можно на любую работу устроиться, хоть официанткой, хоть техслужащей. Но мне нравится моя специальность. И уклоняться от заданного курса не хочется, размениваясь по мелочам.
– Ты это серьёзно сейчас? – одна рука спрятана в карман, а вторую Баринов выставляет вперёд.
Да уж, надо было ещё вчера все точки над «i» расставить, не пришлось бы теперь под дверью пожилого человека препираться. Но эта Маргарита мне все карты перепутала. Интересно, она рассказала что-нибудь Баринову?
Судя по тому, что он ведёт себя, как обычно, администратор держала язык за зубами.
– Серьёзно, конечно, вы же сказали, что нужна сиделка, а теперь утверждаете…
Договорить не успеваю, потому что тяжёлая металлическая калитка, возле которой мы затеяли наш спор, медленно открывается. И перед нами возникает старушка. Невысокого роста, с короткими каштановыми волосами, аккуратно подстриженными и красиво уложенными.
– Кирюшка, – женщина легонько улыбается. Её глаза светятся от счастья, стоит ей только посмотреть на Баринова. Бабушки такие бабушки.
– Анна Фёдоровна – Алиса, Алиса – Анна Фёдоровна, – представляет нас
