Тибетская книга живых - Марк Вадимович Розин
Камера возвращается к Хубраку и его сопровождающим. Какой-то юноша ловко кладет перед Хубраком расшитую подушку, и тот медленно, тяжело нагибается, а затем падает на колени. То же, но только без подушек, делает его свита.
Комментатор: Мы видим, как Хубрак в соответствии с мусульманским обычаем три раза кланяется, касаясь головой земли, а затем прикладывает руку ко лбу и к груди. Я еще не рассказал о сопровождающих Юсуфа Хубрака. Это…
Комментатор принимается перечислять сложные для слуха арабские имена и должности. У него это выходит весьма бойко, но в одном из имен спотыкается даже он. Имена не задерживаются в голове, скользя, как шелк, так что из перечня понятно лишь, что здесь в обилии присутствуют религиозные деятели и министры.
Картинка с Юсуфом Хубраком уменьшается и отъезжает в левый нижний угол экрана, камера приближает Йосефа.
Комментатор: Йосеф входит в старый город через Карские ворота. Они ведут напрямую к Стене Плача – главной святыне религиозных евреев. Над Стеной Плача мы опять видим синий Купол Скалы – но теперь с другой стороны. Кстати, сейчас расстояние между Хубраком и Адлером один километр семьсот пятьдесят метров, и оно сокращается.
Камера показывает Йосефа Адлера и его сопровождающих крупным планом. Йосеф одет в нехарактерный для него черный костюм, на голове кипа. В этом одеянии он неотличим от религиозных евреев – кажется постаревшим и согбенным. За ним идут все те же, кого Лев уже не раз видел за последнее время. На шаг позади – жена, Майя; она не изменила своим привычкам и, как всегда, в джинсах и футболке. Ее лицо радостное и одновременно тревожное. С другой стороны – темнокожая женщина – вице-президент Мэри Клиффорд. Она одета в костюм, выражение лица торжественное. А сзади пестрая толпа мужчин и женщин.
Хубрак со своей свитой выглядит стильно – как ожившая восточная сказка, одежды сочетаются друг с другом и даже кажется, что расстояния между людьми выверены, так что они создают строгий узор, похожий на рисунок на их халатах. Можно вообразить, что это балетная группа, изображающая сцену с востока.
Делегация Йосефа Адлера напоминает толпу цыган: одеты кто во что горазд – одни мужчины в кипах, другие без и идут вперемежку, без всякого порядка.
Комментатор: Йосеф Адлер и его сопровождающие подходят к Стене Плача. Эта стена является единственным сохранившимся фрагментом Храма Соломона – он считался одним из семи чудес света и был разрушен римскими войсками в 70-м году нашей эры. С этого момента началось изгнание еврейского народа. Евреи из всех стран света приезжают сюда оплакивать свои беды. Вы видите, что между огромными валунами вставлены тысячи и тысячи записок – так религиозные евреи обращаются с просьбами к Богу. Они верят, что эти просьбы будут исполнены.
Йосеф Адлер достает ручку – он собирается что-то написать… Записка, обращенная к еврейскому богу! Карен (я обращаюсь к нашему оператору), поднажми, я верю в тебя, покажи нам, что пишет Адлер! Этот прямой эфир смотрят больше двух миллиардов человек – рекорд, который попадет в книгу Гиннесса! Все человечество хочет знать, о чем президент Америки попросит еврейского бога. Карен, два миллиарда человек рассчитывают на тебя!
Камера заходит сверху, приближается к Йосефу, но он наклонятся, закрывает собой записку, и кроме его кипы и контрастных ярко-черных с седой прядью волос увидеть ничего не удается.
Проходит меньше минуты – и вот Йосеф уже складывает бумажку. Оператор показывает ее во весь экран, как будто хочет увидеть буквы на просвет, но ничего не разобрать, а Йосеф тем временем подходит к стене, трогает огромные древние камни и начинает заталкивать записку в щель между валунами. В этой щели их уже множество – десятки, сотни, тысячи стенаний – мольбы к великому и всемогущему Богу, и Йосеф присоединяет к ним свою. В одном хоре просьбы о деньгах, здоровье, «пусть она меня полюбит», «око за око», «только бы не было войны», «помоги расплатиться за дом», «пусть выздоровеет жена»… Камера показывает тонкие смуглые пальцы Йосефа с неровными ногтями. «Почему ему не сделают маникюр? Неужели он грызет ногти?» – с удивлением думает Лев. Лев сам с детства грызет ногти и хорошо понимает, что при таком стрессе это единственный шанс выжить. Но ведь Йосеф всегда с виду такой спокойный— неужели и он грызет ногти? Бумажка выпархивает из щели и кружится, кружится, падает на землю… Лев чувствует, как весь мир затаил дыхание. Просьба Йосефа упала – может быть, она неугодна Богу? Камера коршуном бросается на клочок бумаги, записка заполняет собой весь экран – вот он, шанс прочесть текст!.. Но все равно ничего не видно – Йосеф подхватывает бумажку и опять начинает просовывать ее в щель между камнями.
Записка Йосефа выталкивает несколько других и плотно усаживается в щели. Теперь камера охотится за чужими записками.
На одной из них начертана только одна буква, напоминающая изломанную букву «Л». Комментатор тут же объясняет, что это «тав» – последняя буква еврейского алфавита. Интересно, о чем молил неведомый проситель. Йосеф берет букву «тав» в руки, поднимает и другие выпавшие записки и используя их как строительный материал, укрепляет с их помощью свою мольбу. Записка Йосефа сначала упала, но он быстро ее поднял – значит ли это, что ему предстоят тяжелые испытания? «Через тернии к звездам?» Лев представляет, как ночью
