Дикие сыщики - Роберто Боланьо

В течение нескончаемого времени не происходило ничего. Две машины стояли посреди пустыни. Ты сможешь вернуться назад на шоссе, Гарсиа Мадеро? — спросил Белано. Конечно, смогу, — сказал я. Потом, я увидел, «камаро» завелась и поехала, сколько-то времени два автомобиля бок о бок тряслись по пустыне. Потом мы разъехались. Я в направлении дороги, они на запад.

2 февраля

Не знаю, сегодня второе февраля или третье? Может быть, даже четвёртое, пятое или шестое. Но для моих целей неважно. Это наша тренодия.

3 февраля

Лупе сказала, что мы последние висцеральные реалисты, оставшиеся в Мексике. Я лежал на полу и курил, посмотрел на неё и сказал: прекрати.

4 февраля

Иногда я начинаю себе представлять, как Белано и Лима копали яму в пустыне. Выкопали, наступила темнота, добрались до Эрмосильо, на какой-нибудь улице бросили машину. На этом картины обрываются. Я знаю, что они вроде бы собирались двинуться назад в Мехико на автобусе. Я сам, когда мы разъезжались на двух машинах в пустыне, сказал: увидимся в Мехико! Они отдали нам половину оставшихся денег. Потом уже, с Лупе вдвоём, я отд ал ей половину из наших. На всякий случай. Вчера вечером вернулись в Виллависьозу и переночевали в домике Сесарии Тинахеро. Я искал тетради. Они оказались на самом видном месте, в той комнате, где я спал в первый раз. В доме нет электричества. Ели в одном из тутошних пивняков. Народ смотрит, молчит. Лупе считает, что можно оставаться здесь сколько угодно.

5 февраля

Прошлой ночью приснилось, что Белано и Лима оставили альбертовский «камаро» на пляже в Бахиа-Кино, а потом прыгнули в море и доплыли до Нижней Калифорнии. Я у них спрашивал, зачем им Нижняя Калифорния, они сказали, чтобы там спрятаться, а потом их скрыла большая волна. Когда я поделился с Лупе, она сказала, что всё это глупости, волноваться не о чем, у Лимы с Белано наверняка всё в порядке. Днём ходили есть во второй пивняк. Публика та же. Никто и слова не проронил, с какой стати мы заняли дом Сесарии. Местным до нас просто нет дела.

6 февраля

Иногда я вспоминаю ту бойню как сон. Я снова вижу спину Сесарии — как корму корабля, поднявшуюся на поверхность после крушения столетней давности. Я вижу, как она бросается в кучу-малу полицейского с Лимой. Как получает пулю в грудь. Последнее, что вижу, это как она то ли стреляет в полицейского, то ли каким-то образом изменяет траекторию последнего выстрела. Вижу, как она умирает, и чувствую вес её тела. Потом начинаю размышлять. Может так быть, что она непричастна к выстрелу в полицейского. Потом вспоминаю Белано и Лиму, один копает тройную могилу, а другой смотрит с перевязанной правой рукой наперевес, и думаю о том, что скорее всего полицейского ранил Лима. Когда Сесария на них бросилась, противник Лимы отвлёкся, и Лима схватил его за руку, направив выстрел прямо в живот полицейскому. Иногда для разнообразия я пытаюсь думать о том, как умер Альберто, но у меня не получается. Надеюсь, что их пистолеты они положили в могилу. Или ещё где-нибудь закопали в пустыне. Во всяком случае, не взяли с собой! Я помню, когда клал Альберто в багажник, проверил карманы. Я искал нож, которым Альберто себе мерил пенис. Но его не оказалось. Или, тоже для разнообразия, я вспоминаю про Квима и его «импалу». Похоже, он больше её не увидит. Укатайка. Хотя иногда не смешно.

7 февраля

Еда здесь дешёвая. Но нет работы.

8 февраля

Дочитал тетради Сесарии. Когда их нашёл, думал, что как-нибудь переправлю по почте на адрес Лимы, на адрес Белано. Теперь уже ясно, что вряд ли. Нет смысла. За моими друзьями сейчас гоняется полиция со всей Соноры.

9 февраля

Снова «импала» и снова пустыня. В этом селении я был счастлив. Когда отъезжали, Лупе сказала, что мы всегда можем вернуться в Виллависьозу, стоит лишь захотеть. Вернуться зачем? — спросил я. Нас здесь примут, они же здесь тоже убийцы. Какие же мы убийцы? — возразил я. В Виллависьозе тоже не то чтобы прямо убийцы, — ответила Лупе, — это я образно. Когда-нибудь Лиму с Белано поймают, а нас никто не найдёт. Я люблю тебя, Лупе, но ты не права.

10 февраля

Кукурпе, Туапе, Мерезичик, Оподепе.

11 февраля

Карбо, Эль-Оазис, Феликс-Гомес, Эль-Кватро, Тринчерас, Ла Сьéнега.

12 февраля

Бамури, Питикито, Каборка, Сан-Хуан, Лас-Маравийас, Лас-Калентурас.

13 февраля

Что там за окном?

Там звезда.

14 февраля

Что там за окном?

Расстеленная простыня.

15 февраля

Что там за окном?

О переводчике

Анна Мазурова (1965–2019) — прозаик и переводчик, автор романа «Транскрипт», сборника рассказов «Пока мы ждём», повести «Последнее эксклюзивное путешествие барона Мунхаузена», переводов, в том числе Роберто Боланьо, родилась и выросла в Москве, окончила Институт иностранных языков, с 1991 года жила в США. Будучи высококвалифицированным и востребованным переводчиком-синхронистом объездила полмира. Перевод романа Боланьо «Дикие Сыщики» — «это попытка популяризации автора и произведения, которые… выпали из кругозора русскоязычного читателя, хотя вполне достойны в нём оказаться в качестве новейшей испаноязычной классики» (Айна Мазурова, сентябрь 2015).

Примечания

1

УНАМ (исп. UNAM, Universidad National Autonoma do Mexico) — Национальный мексиканский независимый университет.

2

Веракрус (Veracruz), Табаско (Tabasco), Юкатан (Yucatan) — штаты Мексики; Веракрус — третий по численности населения, национальный лидер в производстве кофе, сахарного тростника, кукурузы и риса; Табаско — соседствующий с ним один из беднейших штатов страны; Юкатан — полуостровной, самый труднодоступный.

3

«Электрический манифест на юбчатых веках» (фр.).

4

«Атласная кровь» (фр.).

5

«Светонепроницаеморожденный север лета» (фр.).

6

«Безупречный преступник» (фр.).

7

«Страна, где все дозволено» (фр.).

8

«Сто тысяч миллиардов стихотворений» (фр.).

9

«Признания маленького Джонни» (англ.).

10

«Сегодня ночью в полдень» (англ.).