Девушка с ножом - Одри Блейк
Профессор охладил ее пыл угрюмым вопросом:
– А если я не дам тебе денег?
Нора заправила прядь волос за ухо и бесстрашно встретил его мрачный взгляд.
– Тогда я буду сидеть возле маяка в Суффолке и обсуждать со старушками модели платьев, пока меня не соизволят призвать домой.
На лице у Хораса застыл неподдельный ужас. Когда пожилой ученый с чувством выругался, девушка поняла, что нанесла победный удар. Доктор Крофт сплел пальцы, некоторое время смотрел на них, затем взглянул на нее:
– Ты уверена, что вы с Дэниелом не можете…
– Прямо сейчас мне нечего ему предложить, кроме скандала. Позвольте мне сначала чего-то добиться. – Нора говорила ровным голосом, но внутреннее напряжение неумолимо рвалось наружу, понуждая сдерживать дыхание. Крофт уже дрогнул, но если ей не удастся его убедить…
– Не понимаю, почему ты так настаиваешь, – буркнул он, приглаживая волосы. – Могла бы просто…
Нора вскочила, сдерживая неожиданный всхлип.
– Вот в чем огромное преимущество мужчин, перед которыми открыты все возможности в мире. Вам меня не понять.
Однако наставник понял достаточно и не стал ее задерживать, когда она выбежала из столовой.
* * *
Когда Дэниел в два часа ночи вернулся и повесил плащ на вешалку, из-под двери библиотеки все еще пробивался свет. Гибсон вошел и обнаружил, что на столе разложена проволока, а Хорас мрачно разглядывает кучку костей.
– До сих пор вожусь с совой, – буркнул он.
– Значит, Нора по-прежнему полна решимости уехать? – Вопрос был явно лишним: если бы упрямица сдалась, ее воспитатель не хмурился бы над до сих пор разрозненными косточками, собрать которые для него было не сложнее, чем сложить башню из детских кубиков.
Ученый вздохнул, а Дэниел придвинул себе стул и сел.
– Это твоя вина, – проворчал Крофт. – Будь ты настойчивее, мы не оказались бы в такой ситуации, хотя не уверен, что в ее возрасте стоит спешить замуж.
Они давно привыкли друг к другу, поэтому Дэниел не засмеялся и не поморщился.
– Да я больше всего на свете хотел бы жениться на ней, – признался он. – И все-таки, будь у меня деньги на ее обучение, сам отправил бы ее в Италию.
Крофт удивленно приподнял бровь.
– Нора права, – пояснил Гибсон, – у нее должен быть выбор.
– Даже если она выберет этого итальянца? – прищурившись, поинтересовался Хорас. Дэниел замялся. Он ни в чем не был уверен, но в последние дни его охватила мрачная покорность: он постепенно смирялся с тем, что ничего не добьется, даже если измотает себя до предела. Можно пойти к Норе, упасть на колени, а потом зацеловать ее до потери сознания или, если Хорас упрется и не даст денег, дождаться, пока она смирится с неизбежным, но ни один из этих вариантов не радовал, особенно когда вспоминалось воодушевление, которое они испытали в ночь операции Прескотта: прилив лихорадочной решимости, отчаянная бравада, невероятная синхронность. Поженись они сейчас, могли быть вполне счастливы. Но этого было бы недостаточно, особенно после того, как впереди замаячило куда более блестящее будущее.
– Я спрашивал о профессоре Перре. Его знают и уважают, – сказал Дэниел.
– Допустим. Но можно ли ему доверять? – протянул Крофт.
– Уверен, что можно доверять миссис Фиппс, – ответил Гибсон.
Хорас чуть не поперхнулся.
– Хочешь, чтобы я лишился их обеих?!
– Норе поддержка нужна больше, чем вам, – тихо возразил молодой врач. В Италии его любимой понадобится близкий человек, который будет заботиться о ней самым лучшим образом. – Или хотите, чтобы Нора поехала совсем одна?
Старик в ответ прикусил губу.
– Можем на время нанять экономку, – продолжал Гибсон. – Моя мама порекомендовала нескольких. – На самом деле его мать пришла в восторг, узнав, что мисс Биди собирается в Италию.
– Любая, какую мы наймем, через неделю уволится, – заявил Хорас. – Фиппс – единственная, кого мне удалось уговорить остаться.
– Значит, нам придется изменить подход к работе, – пожал плечами Дэниел.
– Ну а сама-то Фиппс, по-твоему, согласится уехать? – скептически поинтересовался Хорас.
Дверь библиотеки распахнулась без единого щелчка, поскольку была не заперта, и внутрь, схватившись руками за щеки, ворвалась миссис Фиппс.
– Ах вы, старый болван! Неужели вы решили, что я отпущу ее одну?! – Женщина с такой яростью одернула кружевные манжеты, что чудом не оторвала их. – Уж как-нибудь управлюсь со всякими там самонадеянными итальянцами.
Впервые за несколько дней Дэниел усмехнулся.
* * *
– Ты к ужину-то спустишься?
Нора оторвалась от учебника итальянской грамматики и оглянулась на миссис Фиппс, стоявшую в дверях ее спальни.
– Спасибо, я не голодна. – И ногой подтолкнула под кровать пустую тарелку. Экономке не следовало знать, что во время занятий ее воспитанница грызла печенье и зеленые яблоки. Пусть лучше все считают, что она морит себя голодом: вдруг поможет? Миссис Фиппс бросила на девушку умоляющий взгляд, поэтому та отложила книгу в сторону и отряхнула юбки.
– Я приду, но есть ничего не буду, – предупредила она.
На полпути по лестнице у нее потекли слюнки от аромата жареного гуся. Яблоки с печеньем – это, конечно, вкусно, но так себе еда, и… Девушка замедлила шаг на последних ступеньках и оглянулась на миссис Фиппс. Та победно улыбалась, явно довольная тем, что ей удалось уговорить воспитанницу сесть за стол, но это было еще не все. То же острое чувство, которое позволяло Норе замечать малейшие изменения в состоянии пациентов, теперь подсказывало ей: что-то происходит.
Она шла в столовую навострив уши и настороженно прищурившись. Через многие месяцы просветительское влияние Дэниела все же победило безалаберность хозяина дома. Стол украшала новая, хрустящая и белоснежная скатерть, а миссис Фиппс исполнила свое давнее желание и устроила ослепительное представление в сиянии свечей и блеске идеально отполированного серебра. И никаких костей или препаратов. Хорас и Дэниел уже пришли и стояли за своими стульями, но не угрюмые или недовольные, а скорее напряженные и торжественные. Не успела Нора вымолвить хоть слово, дверь снова открылась.
– Простите. В конце улицы перевернулся фургон и перекрыл движение. – В сопровождении мальчика-слуги в столовую влетел профессор Перра, поправил манжеты, откинул фалды фрака и занял место напротив Норы, пока Дэниел отодвигал для нее стул.
Девушка бросила на Гибсона испуганный взгляд, но он лишь коротко улыбнулся, пряча взгляд, и завел разговор о новом случае в больнице.
Тему поддерживали до тех пор, пока профессор Перра, даже не успев доесть первое блюдо, не отложил вилку.
– Что ж, это все очень интересно, но я, конечно же, приехал по другому поводу. – Он улыбнулся Норе. – Мисс Биди, я полагаю, вы приняли решение?
Девушка с трудом проглотила кусок, едва не застрявший в глотке,
