Девушка с ножом - Одри Блейк
– Что ж, уверяю вас, что миссис Фиппс тоже не придет в голову явиться сюда в качестве моей дуэньи. Да в этом и нет необходимости: я совершенно не нуждаюсь в вашем обществе, а если вздумаете навязываться, так я вполне способна себя защитить. – И ее взгляд скользнул по скальпелям, острым как бритва и готовым к употреблению.
Как ни странно, отвращение, прозвучавшее в голосе девушки, укололо Дэниела.
– Вам ничего не угрожает, – бросил он в ответ.
– Тогда отдайте мне ножницы.
Красноречие покинуло его.
– Нет.
– Очень хорошо. – Нора потянулась за пилой. – Я пришла сюда первой. Коль скоро вы намерены остаться, лучше смиритесь. И кстати, время идет. Если вы не собираетесь идти спать, нам лучше заняться работой. – Она подняла пилу, и Дэниела аж передернуло от столь вопиющей неженственности. Девушка замешкалась, ее рука с пилой зависла над ребрами. – У меня будет больше шансов сохранить желудок в целости, если вы…
Он не стал дожидаться окончания фразы и отдал ножницы.
– Спасибо. – Нора просунула пальцы в кольца, разглаживая фартук свободной рукой. Только что девушка казалась Дэниелу воплощением цинизма, но в ласковом жесте и в заботливости, с которой она укрыла ножки ребенка, сквозила теплота. Ее запястье нежно белело на свету, пальцы почти ласково ощупывали суставы и хрящи.
Дэниел даже сглотнул от страха. Он вдруг узрел совершенно новый вид женщины. Мисс Биди вскрыла ребра так же спокойно, как его мать среза́ла розы в саду. Дважды девушка прикладывала ко рту носовой платок, но ни разу не пожаловалась на вонь.
Кровь выходила из вен черными сгустками. Дэниел вздрогнул и посмотрел на руки Норы. Они не всегда действовали уверенно, но сдаваться не собирались.
Девушка вытерла губкой сгустки и протянула Гибсону большую серебряную лопатку, чтобы вынуть легкие. Но едва он взял инструмент у нее из рук, как дверь с треском распахнулась и в операционную ворвался ветер, почти погасив лампы и разбрызгав по порогу дождь.
Прячась от дождя, доктор Крофт – а это был он – так низко надвинул шляпу, что не видел ничего, кроме мокрого пола, поэтому неизбежно споткнулся. И тут же закричал:
– Если колледж угробит еще один труп на этого дурака!.. Ему отдали беременную проститутку, которая умерла от сифилиса! – Крофт стащил с головы шляпу и, кинув ее вместе с зонтиком на стопку книг по анатомии, обвел наконец обиженным взглядом операционную. – А? Что такое?
Ни Дэниел, ни Нора не ответили. Словно дети, застуканные в кладовке со сластями, они замерли в нерешительности.
Крофт еще сильнее нахмурился и наморщил лоб, но вдруг узнал светлые волосы, торчащие из-под полотна, которым Нора прикрыла маленькое личико.
– Что случилось?
– Три дня назад она внезапно потеряла сознание. Ловкач Том решил, что вы захотите узнать почему.
– И? – поторопил ее наставник.
– В аппендиксе твердое инородное тело. Я его еще не достала. В грудной полости пока ничего необычного.
Крофт взял скальпель и стал прощупывать кишечник.
– Прибавь-ка света!
Нора отложила легкое, которое держала в руках, и поправила одно из зеркал.
Хорас быстро взмахнул ножом и, словно фокусник, поднял руки, демонстрируя воспаленный аппендикс.
– Действительно, камешек размером с горошину и… – он проворно провел пальцами по разрезу, а потом указал на зазубренный край, почерневший от инфекции, – вдобавок перфорация. Наши промывания каломелью ее бы не спасли.
Дэниел кивнул. Он уже видел подобные вскрытия, и они всегда приводили его в уныние, хоть и были весьма поучительными. Когда проблема оказывалась в аппендиксе, ничего поделать было нельзя.
– Замечательный экземпляр. – Крофт благоговейно положил аппендикс в тазик, который ему протянул Гибсон. – Нужно обязательно выяснить химический состав камня. Вы оба молодцы. – Он ухмыльнулся. – Теперь, когда мы сможем работать все вместе, получится намного эффективнее.
Дэниел уловил самодовольную улыбку, промелькнувшую на лице мисс Биди. Похоже, она была вполне удовлетворена. И вид у нее был такой, словно она вела счет и не сомневалась, что преимущество за ней.
* * *
Гибсон не разделял оптимистичных воззрений доктора Крофта и не изменил своего мнения ни в ту ночь, ни на следующий день. Следовало бы раньше осознать всю серьезность ситуации. Безрассудно уверенный в себе, наставник наверняка отвергнет любые сомнения, которые лишили бы его дополнительных искусных рук и компетентного медика.
А уж мисс Биди была компетентна до ужаса.
Теперь Дэниел стал многое замечать. Побеседовав с пациентом, девушка шептала Крофту на ухо свои соображения, прежде чем наставник приступал к осмотру. Если мисс Биди и не ставила диагноз сама (а Дэниел не сомневался, что она это сделала бы не колеблясь), то, по крайней мере, значительно упрощала работу Крофту. Неудивительно, что Хорасу удается распознать столько разных непонятных симптомов. У Дэниела же, который два года отучился в Сорбонне, а потом еще три года перевязывал раны в больнице университетского колледжа, никак не получалось догнать наставника, несмотря на все старания. Вот уж, верно, мисс Биди посмеялась в душе, когда он поставил миссис Лобб неверный диагноз. Теперь Дэниел понял, что он не единственный ученик Крофта, и даже не самый опытный.
Стараясь держать себя в руках, Гибсон принял еще полдюжины пациентов. Что бы там ни думала эта мисс Биди, а невежественным болваном он не был. Знал свое дело, пусть и не так хорошо, как их наставник. Более того, знал и уважал закон. Если слухи о причастности мисс Биди к вскрытию трупов дойдут до тех, кто не сочувствует эмансипации, Крофта могут не только уволить из Святого Варфоломея, но и выгнать из Королевской коллегии хирургов. А если доктора решат штрафовать за каждый случай найма неквалифицированного помощника, он попросту разорится. Глупо подвергать себя такому риску, когда студенты выстраиваются в очередь ради той работы, что выполняет мисс Биди. Всегда есть люди, готовые помочь.
На мгновение Дэниела одолело искушение отложить стетоскоп и пойти рассказать кому-нибудь о нарушении. Не Викери – его Дэниел ненавидел, – но вокруг хватает здравомыслящих людей, которые согласятся, что это нужно остановить. Но затем Дэниел подумал об аппендиксе, о десятках других прекрасных препаратов, которые наставник привозит отсюда в больницу, где врачи целыми отделениями их тщательно изучают и исследуют. Он увидел переполненный лекционный зал и услышал негромкий смех Хораса, великодушно признающего свои ошибки перед толпой студентов. Да обыщи Дэниел каждый уголок королевства, он не нашел бы более выдающегося и честного учителя.
«Нет, Дэниел, – мысленно сказал он себе, – ты порядочный человек. Не доносчик».
И все же так продолжаться не могло. Нужно поговорить с
