Резонанс Ци. Том 2 - Иван Рейн
Правда слово «заставить» тут звучало слишком громко.
Скорее он позволил мне не проиграть мгновенно.
Пара минут такого спарринга показались вечностью.
Пот уже стекал с висков, мышцы ныли, дыхание рвалось, будто меня загнали в гору с полным боекомплектом на плечах. А потом я ошибся.
Всего на полмгновения раньше дёрнул щит, ожидая удар по верхней линии.
Данте увидел это мгновенно.
Его клинок жёстко ударил по моему мечу снизу, выбивая его из руки. Пальцы сами разжались. Оружие с лязгом упало на землю, а в следующий момент остриё красно-золотого клинка уже упиралось мне в горло.
Я застыл.
Потом мышцы просто отказались держать тело, и я тяжело рухнул на покрытие.
Несколько секунд ушло только на то, чтобы снова начать нормально дышать.
— Что… — выдохнул я, глядя на Данте. — Это вообще было?
Надо мной навис силуэт Данте. Он убрал меч и, как ни в чём не бывало, отключил что-то на браслете.
Давление с тела сразу пропало.
— Тот самый режим увеличения давления, о котором я говорил в первый день. — спокойно ответил он. — И это ещё самая щадящая настройка. У площадки достаточно режимов, чтобы превратить тренировку в полноценный ад, если очень захотеть.
— Очень обнадёживает. — хриплым голосом съязвил я.
— Я стараюсь поддерживать тебя в тонусе. — усмехнулся Данте.
Я перевернулся на бок, потом сел, упираясь щитом в землю.
— Если это была «щадящая настройка», то что у тебя тогда считается нормальной?
— Узнаешь позже. — безжалостно отозвался он. — За эти несколько часов я уже успел понять почти все твои слабые места. Так что теперь возьмусь за тебя всерьёз.
Я несколько секунд просто смотрел на него.
Несколько часов меня гоняли по площадке так, будто он всерьёз решил проверить, из чего сделаны мои кости. В конце ещё навесил многократное давление и добил под ним. И после этого он с совершенно спокойным лицом заявляет, что до сих пор, оказывается, даже не начинал серьёзную тренировку.
Очень хотелось спросить, не псих ли он.
Но по его лицу я понял: нет. Он точно не шутит.
Похоже, выражение моего лица оказалось достаточно красноречивым, потому что Данте усмехнулся:
— Не переживай. — сказал он. — Теперь всё будет куда осмысленнее. Я не собираюсь просто гонять тебя на износ. Это будет неправильно. Будем закрывать конкретные слабые места.
— Например? — хмуро спросил я.
— Для начала — отвратительная техника меча.
Я даже на секунду забыл о боли и усталости.
— Отвратительная? — переспросил я. Память Каина в этот момент подкинула разговор с профессором о том, что Каин делает большие успехи в сражениях с оружием. — На уроках фехтования мне вообще-то говорили обратное.
Данте понятливо кивнул, будто именно такой ответ и ждал.
— В академии тебе и должны были так говорить. — произнёс он. — У них цель не сделать из каждого студента идеального бойца. Их задача — выпустить большую массу охотников с хорошей базой.
Он убрал меч в свой инвентарь и продолжил:
— Никто не будет подгонять технику под конкретного человека в системе, где через руки инструкторов проходят сотни студентов. А факторов слишком много. Длина рук. Рост. Баланс тела. Скорость реакции. Насколько быстро ты считываешь чужое движение. Как работаешь под стрессом. Какие у тебя привычки в ногах, корпусе, кистях. Даже характер влияет.
Я молча слушал.
Он был прав. Одной гребёнкой всех не причешешь.
— В академии преподают базу. — продолжил Данте. — Нормальную, рабочую, полезную базу. Но это всё равно только общий каркас. По-хорошему потом каждый охотник должен годами обкатывать его на реальных боях, отбрасывать лишнее и вырабатывать собственный стиль.
— А ты не хочешь ждать годы. — понятливо кивнул я.
— Разумеется. — усмехнулся он. — Я не могу позволить тебе столько времени заниматься ерундой. Поэтому обучу тебя собственной технике. А дальше уже будем подгонять её под тебя в процессе. Тем более, судя по тому, что я уже увидел, наш с тобой стиль боя очень схож.
Логика была предельно понятной.
В прошлой жизни у нас было примерно то же самое. Общая подготовка давала базу, но по-настоящему полезным бойца делала только личная специализация, выверенная под конкретное тело, конкретную задачу и конкретный тип мышления. Всё остальное годилось ровно до того момента, пока ситуация не начинала ломаться под реальным давлением.
Я медленно встал на ноги.
Мышцы всё ещё гудели после перегрузки, но голова уже работала куда яснее.
— Хорошо. — кивнул я. — Тогда спасибо.
Данте чуть прищурился.
— За что именно?
— За профессиональный подход. — ответил я. — Мне он понятен.
Улыбка у него стала чуть шире.
— Отлично. Люблю учеников, которым не надо по сто раз объяснять очевидное.
— Что дальше?
— Для начала покажу тебе, что вообще умеет моя техника.
Он развернулся к дому.
— Пошли в симуляцию.
Комната на втором этаже встретила нас всё той же стерильной тишиной, мягким светом и ощущением дорогой, предельно функциональной вещи. Две капсулы стояли в нишах, экраны с интерфейсами висели в воздухе, готовые подстроиться под любой запрос.
Данте встал у терминала.
Я подошёл ближе и сразу понял: он берёт планку куда выше, чем я ожидал. Среда. Городской сектор. Разрушенный мегаполис. И монстры, параметров которых я даже не успел осмыслить до конца, потому что один только размер уже заставил внутренне напрячься.
— Ты серьёзно? — удивлённо спросил я.
— Более чем.
— Я думал, это будет просто демонстрация.
— А это и будет демонстрация. — кивнул Данте.
Мы легли в капсулы почти одновременно.
Мир перед глазами собрался быстро.
Через секунду я уже стоял на крыше четырёхэтажного дома посреди огромного мегаполиса, превратившегося в мёртвый каменный лабиринт. Вокруг тянулись полуразрушенные высотки, тёмные проходы улиц, торчащие балки, выбитые окна и целые кварталы серого бетона, над которыми висела тяжёлая пыльная дымка.
И прямо впереди, в ста метрах от нас, стояло нечто, рядом с чем обычные монстры, с которыми я до сих пор сталкивался, вдруг перестали казаться по-настоящему крупными.
Тварь была выше четырёхэтажного дома, на котором мы стояли.
Гигантское тело, тяжёлое, мускулистое, покрытое тёмной чешуёй. Вытянутая морда ящерицы, но со слишком хищной, почти драконьей геометрией. Массивная шея, длинный хвост, мощные передние лапы, способные крушить целые здания.