Лекарь из Пустоты. Книга 6 - Александр Майерс
Я не выдержал и встал. Все взгляды тут же обратились ко мне. Барон недовольно поморщился. Он что, не ожидал, что я решу заступиться за себя и честь страны? Как наивно, после нашей публичной дискуссии на выступлении.
— Барон, вы снова обобщаете. Мой метод — это не «российская школа», и я не советую вам так отзываться о целителях моей родины. Это мой личный метод, разработанный мной на основе практического опыта.
— О, конечно! Гений-одиночка из сибирских снегов! Как романтично! — Хаммерстайн всплеснул руками и натужно рассмеялся.
— Ничего романтичного. Просто много работы и много пациентов, которым традиционные методы не помогали. Кстати, барон, раз уж вы заговорили о сравнении школ… Сколько ваших пациентов с застарелыми повреждениями ауры полностью выздоровели за последний год? — спросил я.
Хаммерстайн осёкся и пробурчал:
— Это конфиденциальная информация.
— Неужели? Я посмотрел в интернете после нашего спора, и нашёл кое-что по этому поводу. Не такая уж и конфиденциальная информация… Но я вас понимаю, не хотите публично обсуждать свои неудачи. Спрошу по-другому: сколько своих пациентов вы направили к другим специалистам с пометкой «случай безнадёжен»?
Барон побледнел. Видимо, я попал в точку.
— Это не имеет отношения…
— Имеет. Самое прямое. Вы критикуете мой метод, называете его варварским. Но этот «варварский» метод помогает людям, которым вы, признанный авторитет, помочь не смогли.
— Вы не имеете права так со мной разговаривать! Я есть барон фон Хаммерстайн! Моя семья практикует целительство уже триста лет! — взорвался Генрих. Его лицо налилось краской, акцент снова стал чудовищным.
— И за эти триста лет никто из вашей уважаемой семьи не додумался до того, что иногда повреждённую ткань проще удалить, чем бесконечно пытаться её восстановить. Может, дело не в традициях, а в чём-то другом? В косности мышления, например? — поинтересовался я.
Зал ахнул. Хаммерстайн задохнулся от возмущения.
— Да как вы смеете…
Здесь уже не выдержал профессор Вандерли. Он вскочил из-за стола и встал между нами, расставив руки. Браслеты, которыми были увешаны его запяться, звякнули в тишине.
— Господа, достаточно! Это торжественный ужин, а не арена для дуэлей!
— Элиас, ты слышал, что он сказал⁈ Этот мальчишка оскорбил мою семью! — Хаммерстайн ткнул в меня пальцем.
— Вы первым начали это, Генрих. И первым перешли на личности, — спокойно, но твёрдо произнёс Вандерли.
— Я…
— Довольно! Вы говорите о превосходстве европейского целительства, но позорите всех нас! — поднявшись, вступил магистр Дюваль.
Ему наперебой ответили сразу несколько человек — кто-то на английском, кто-то на французском. Через несколько секунд в зале поднялся невообразимый гвалт, и было уже не понять, кто на чьей стороне и о чём вообще спор.
Раскрасневшийся Хаммерстайн что-то орал на немецком, продолжая тыкать в мою сторону пальцем. Охрана растерянно смотрела по сторонам, не понимая, то ли им вмешаться, то ли не лезть в спор учёных мужей.
— Хватит! Успокойтесь все! — усилив голос магией, выкрикнул профессор Вандерли.
От мощи его возгласа зазвенела посуда на столах и задрожали стёкла в окнах. Кто-то даже зажал уши руками, но зато потом наступила тишина.
— Господа, немедленно прекратите. Наш симпозиум не должен быть площадкой для таких грязных провокаций. Это я к вам обращаюсь, Генрих! — Элиас обратил возмущённый взгляд на барона.
— Вы обвиняете меня в провокации? — возмутился Хаммерстайн.
— Именно так. И надеюсь, что подобного не повторится. Прошу у всех прощения за этот инцидент. Предлагаю считать дискуссию закрытой и вернуться к десерту, — с этими словами Вандерли невозмутимо вернулся на место, пододвинул к себе тарелку с тортом и начал есть.
Хаммерстайн несколько секунд стоял, тяжело дыша. Потом резко развернулся и вышел из зала, хлопнув дверью.
Вандерли только вздохнул и покачал головой. Магистр Дюваль, тоже усевшись на стул, подмигнул мне.
— Неплохо вы поддели барона, месье Серебров.
— Он сам напросился, — пожал плечами я.
— Да. Но теперь у вас точно появился враг, — мрачно заметил Вандерли.
Я посмотрел на дверь, за которой скрылся Хаммерстайн.
— Он и так стал моим врагом с первой минуты. Причём сам выбрал эту роль. Разница теперь только в том, что это стало очевидно для всех.
Элиас невесело усмехнулся.
— Что ж, по крайней мере, вы произвели впечатление. Половина зала теперь на вашей стороне.
— А вторая половина?
— Вторая половина ждёт, чем всё закончится, — ответил профессор.
Я кивнул и тоже принялся за десерт. Торт оказался очень нежным и при этом не слишком сладким. Вкуснятина.
— Вы опасный человек, граф. В хорошем смысле, — улыбнулся граф Бернарди.
— Я опасен только для моих врагов, — ответил я.
Ужин продолжился, но настроение уже стало другим. Я чувствовал на себе взгляды — заинтересованные, оценивающие, иногда враждебные.
Что ж, по крайней мере, как и сказал профессор, меня запомнят.
Швейцария, город Женева, отель «Империал»
В номер я вернулся около полуночи.
Голова гудела от впечатлений. Слишком много всего произошло для одного дня.
Я налил себе воды из графина, сел в кресло у окна и достал телефон.
Сначала позвонил Льву.
— Ваше сиятельство! Как симпозиум? — голос алхимика звучал бодро, несмотря на разницу во времени.
Я знал, что Бачурин любит работать допоздна.
— Интересно. Много полезных контактов. Как дела на производстве? — спросил я.
— Всё по графику. Первая партия «Бодреца» с новыми вкусами будет готова через десять дней, как и планировали. Региональные дистрибьюторы уже разместили предзаказы.
— Отлично. Что с поставками сырья?
— Стабильно. Ваш вассал Краснов привёз последнюю партию трав на прошлой неделе, качество хорошее. Хотя… — Лев замялся.
— Что?
— Есть небольшая проблема с одним из московских поставщиков. Задерживает отгрузку мана-кристаллов, ссылается на логистические сложности.
— Думаешь, это Белозёров? — хмыкнул я.
— Не могу утверждать, но возможно. Поставщик раньше работал с его людьми, — ответил Бачурин.
Я нахмурился. Значит, Тимур Евгеньевич всё-таки решил продолжить давить на наших поставщиков. Предсказуемо.
— Найди альтернативного поставщика. Желательно подальше от столицы.
— Дмитрий Игоревич уже занимается, ваше сиятельство. Кстати, он хотел с вами поговорить.
— Хорошо. Держи меня в курсе, — ответил я и сбросил звонок.
Зашёл в мессенджер и увидел, что Дмитрий онлайн. Тоже не спит? Кажется, я всех вокруг заражаю своим трудоголизмом.
Я набрал его номер и тут же услышал ответ:
— Привет, Юра! Как ты там?
— Всё
