От текста к традиции. История иудаизма в эпоху второго Храма и период Мишны и Талмуда - Лоуренс Шиффман

Йосе (примерно 350-375 гг.), а Мана и Йосе бар Абин (примерно 350-375 гг.) замкнули цепь аморайской традиции в Палестине. В середине IV в. мудрецы Кесарии закончили редакцию трактатов «Незикин», «Бава Камма», «Бава Меция» и «Бава Батра». Так как эти трактаты по своему языку и литературной форме отличаются от других частей Палестинского Талмуда, в них упомянут также несколько иной круг мудрецов, большинство современных ученых пришло к выводу, что их редакция проходила отдельно от остального текста. Прочие части Палестинского Талмуда были поспешно отредактированы на основании незаконченных сугиот в V в., вскоре после отмены патриархата. Эта окончательная редакция произошла в Тивериаде. Поскольку Палестинский Талмуд был завершен в эпоху амораев, в нем отсутствует тот анонимный материал (сетам), который есть в Вавилонском Талмуде, что и составляет одну из главных сложностей при его изучении.

Мы зачастую неправильно понимаем характер Палестинского Талмуда. На первый взгляд Талмуд представляет собой коллекцию барайтот, высказываний амораев и аггадот, собранных без всякой внутренней логики. Но это поверхностное впечатление. Дискуссии Палестинского Талмуда содержат свои логические аргументы, и его структура призвана продемонстрировать эту логику. Отсутствие в нем связующей и поясняющей терминологии, добавленной к Вавилонскому Талмуду на заключительном этапе его истории, объясняется отсутствием подобного этапа в Палестине.

ВАВИЛОНСКИЙ ТАЛМУД

Вавилонский Талмуд возник в результате деятельности вавилонских амораев, каждое поколение которых возглавляли учителя, чьи школы являлись на тот момент центрами аморайской деятельности. Несмотря на некоторые следы таннайского присутствия, Вавилония не была центром талмудических занятий, пока в первой половине III в. там не появились Рав и Шмуель (Самуил).

Наиболее важными аморайскими центрами стали Нехардея, Сура, Пумбедита, Махоза, Нареш и Мата Мехасия.

Аморай Шмуель работал в Нехардее, а его коллега Рав считается основателем центра в Суре. После смерти Шмуеля в 259 г. н.э. Нехардея была разрушена пальмирскими мародерами. После смерти Рава школу в Суре возглавил рав Гуна (умер в 297 г.). Титул «рав», вавилонский эквивалент «рабби», означал, что его обладатель имел право выносить юридические решения. С рав Гуной были связаны несколько молодых ученых: рав Иуда, рав Хисда, рав Шешет и рав Нахман бар Иаков (умер в 320 г.). Считается, что рав Иуда основал кружок мудрецов в Пумбедите, в который вошли Рабба бар Нахмани (умер в 320 г.) и рав Йосеф (умер в 323 г.). С 338 по 352 гг. там работал Рава, перебравшийся затем в Махозу. Историки рассматривают школу в Махозе как продолжение школы в Пумбедите, в любом случае ее значимость резко упала после смерти Равы в 352 г. Папа основал кружок в Нареше, который он и возглавлял до 371 г., после чего руководство перешло к рав Нахману бар Исааку в Пумбедите. Следующее поколение мудрецов включало в себя такую выдающуюся фигуру, как рав Аши в Мата Мехасия, близ Суры. Одновременно в Нехардее был знаменит Амемар, а рав Зевид, рав Дими и Мар Зутра были ведущими мудрецами Пумбедиты. Деятельность амораев растянулась еще на одно поколение, в которое входили Меремар, рав Иди бар Абин и Мар бар рав Аши в Суре. Как уже было сказано, эти мудрецы, скорее всего, возглавляли не академии, а неформально организованные школы или кружки учеников. Талмудические источники свидетельствуют, что ведущие амораи и их ученики играли активную роль в общественной жизни вавилонского еврейства в качестве проповедников, судей и учителей, пытаясь распространить раввинистический иудаизм среди широких масс еврейского населения Вавилонии. В конечном итоге им удалось достигнуть поставленной задачи.

Подобно своему палестинскому собрату, Вавилонский Талмуд не охватывает всей Мишны. Из раздела «Зера’им» в нем присутствует только трактат «Берахот». Разделы «Мо’ед», «Нашим», «Незикин» и «Кодашим» вошли почти полностью. Из раздела «Тагорот» включен только трактат «Нидда». Для подобного отбора существует несколько объяснений. Скорее всего, он отражает круг вопросов, изучавшихся в Вавилонии, где сельскохозяйственные законы были неприменимы, а большинство очистительных ритуалов больше не практиковались. В известной степени изучались законы жертвоприношений, так как считалось, что изучение замещает их практическое исполнение. Согласно другой точке зрения, изучались все аспекты еврейского законодательства, но редакторы Вавилонского Талмуда выбрали лишь те из них, которые имели практическую ценность. Наконец, нельзя исключать того, что часть существовавших материалов была утеряна в процессе устной и письменной передачи.

Предпринималось множество попыток суммировать и сравнить основные черты обоих Талмудов. Часто эти сравнения оказывались довольно натянутыми и преувеличенными. Однако верно, что благодаря большей длительности аморайского периода в Вавилонии Вавилонский Талмуд изобилует детальными логическими дискуссиями, в то время как в Палестинском Талмуде такой материал встречается значительно реже. Утверждение, что Вавилонский Талмуд слабее использует таннайскую традицию, недоказуемо. Поскольку Вавилонский Талмуд содержит много аморайских материалов палестинского происхождения (и наоборот), попытки найти описание вавилонских (или палестинских) социально-экономических реалий не могут основываться на анализе коллекции в целом. Необходимым условием подобного рода исследований должно стать изучение происхождения и датировки отдельных высказываний и традиций.

Одним из коренных различий между Талмудами является использование разных диалектов арамейского языка. Арамейский язык издавна делился на западный и восточный диалекты. Евреи Палестины пользовались галилейской формой западного диалекта, во многом близкой к имперскому арамейскому библейских времен, тогда как евреи Вавилонии пользовались восточным диалектом, похожим на сирийский язык. Неудивительно, что тот же принцип отразился в обоих Талмудах. Более того, несмотря на общность многих языковых черт, они часто используют различную профессиональную терминологию.

Согласно средневековой точке зрения редакторами Вавилонского Талмуда были Равина I (ум. ок 420 г.) и Рав Аши (ум. в 427 г.), входившие в число последних амораев. Именно это поколение могло собрать и отредактировать дошедшие до него таннайские и аморайские материалы, хотя окончательная редакция, несомненно, произошла позже. Скорее всего, процесс редактирования захватил значительную часть VI в. Последняя группа редакторов, оставившая отпечаток на анонимной (сетам) части Вавилонского Талмуда, сплела воедино полученные ими традиции анонимных дискуссий шакла’ ветариа’ («обмен мнениями») и добавила ряд терминов, обозначавших различные типы материалов, вошедших в Вавилонскую Гемару.

ЭКЗЕГЕТИЧЕСКИЕ И ГОМИЛЕТИЧЕСКИЕ МИДРАШИ

Несмотря на то, что коллекции так называемых галахических, или таннайских, мидрашей были отредактированы главным образом в аморайский период, содержание этих текстов отражает традиции и идеи таннайского периода. В эпоху амораев возникли иные типы мидрашей, известные как экзегетический и гомилетический. В то время как мидраши таннайских времен были по большей части продуктом раввинистических школ, истоки аморайских текстов следует искать в синагогальных проповедях (гомилиях). Эти мидраши возникли в Палестине, о чем свидетельствует галилейский диалект арамейского языка, на котором они были составлены (тот же, что и в арамейских текстах Палестинского