От текста к традиции. История иудаизма в эпоху второго Храма и период Мишны и Талмуда - Лоуренс Шиффман

Возможно, что после восстания небольшая и преданная своему делу группа саддукейских священников сформировала основу той группы, которая в итоге стала сектой Мертвого моря. Они не желали мириться с замещением первосвященника из рода Цадока Хасмонеем, которое произошло в 152 г. до н.э. Между ними и иерусалимскими священниками существовали разногласия и по целому ряду вопросов еврейского закона. Недавние исследования показали, что вскоре после перехода поста первосвященника к Хасмонеям эта группа удалилась в Кумран на побережье Мертвого моря. Другая часть саддукеев, умеренные эллинизаторы, осталась в Иерусалиме, и именно они известны нам из книг Иосифа Флавия и позднейшей раввинистической литературы как саддукеи в строгом смысле слова. Они продолжали играть ключевую роль среди хасмонейской аристократии, поддерживая династию и входя вместе с фарисеями в Герусию. Саддукеи были в ней доминирующей силой на протяжении большей части правления Иоанна Гиркана и всего правления Александра Янная и отошли на вторые роли после того, как Саломея Александра объединилась с фарисеями. Саддукеи восстановили свое влияние в эпоху царя Ирода, когда они нашли общий язык с иродианской династией. В итоге именно решение нижнего звена саддукейских первосвященников о приостановлении ежедневных жертвоприношений за римского императора, стало первым шагом к полномасштабному восстанию против Рима в 66 г. н.э.

С саддукеями были тесно связаны боэциане, которые придерживались взглядов, близких к саддукейским. Большинство исследователей связывает возникновение боэциан с Симеоном бен Боэцием, которого Ирод в 24 г. до н.э. назначил первосвященником, чтобы тот приобрел достаточный статус для брака с дочерью Ирода Мариам (II). Однако это предположение остается недоказанным, и определенные параллели, существующие между установлениями боэциан и материалом в свитках Мертвого моря, указывают на более раннюю дату. Между саддукеями и боэцианами, несомненно, существовали некоторые различия, но, судя по всему, последние были одним из ответвлений первых.

Наиболее серьезное разногласие между боэцианами и фарисеями из зафиксированных в раввинистической литературе было связано с календарем. Боэциане утверждали, что первое приношение Омер (ячменного снопа, см. Левит 23:9-14) должно происходить в воскресенье, а не на второй день Пасхи, в соответствии с Левит 23:11 — «на следующий день после Субботы». Гарантией того, что праздник приходится на правильный день недели, должен был служить новый календарь, который подобно календарю, известному по рукописям Мертвого моря и псевдоэпиграфической книге Юбилеев, основывался на солнечных месяцах и солнечном годе. В результате следования этому календарю праздник Шавуот (Пятидесятница) всегда приходился на воскресенье. Хотя такой подход лучше сочетался с буквальной интерпретацией слов «на следующий день после Субботы», фарисеи не могли принять ни такого нововведения как солнечный календарь (библейский календарь основывался на лунных месяцах), ни интерпретации, которая обосновывала его необходимость. Для них «Суббота» в данном случае означала праздник. Некоторые исследователи приписывают идею о солнечном календаре не боэцианам, а саддукеям, что связано с путаницей в рукописях раввинистических текстов.

Саддукейская система взглядов, несомненно, оказала значительное влияние на политические и религиозные тенденции в иудаизме эпохи Второго Храма. Одно из ответвлений саддукеев сыграло решающую роль в формировании секты Мертвого моря. Существуют свидетельства того, что саддукейские традиции продолжали существовать достаточно долго и оказали влияние на секту караимов, возникшую в VIII в. н.э. Но после разрушения Храма в 70 г. н.э. саддукеи перестали быть значимым фактором в еврейской истории. Система жертвоприношений, в которой они играли столь важную роль, более не существовала. Иерусалимский Храм, являвшийся основой их власти, был разрушен, и их жесткие подходы мало подходили для адаптации иудаизма к новому окружению и новым обстоятельствам.

АПОКАЛИПТИЧЕСКИЕ И АСКЕТИЧЕСКИЕ ДВИЖЕНИЯ

Фарисеи и саддукеи были главными действующими лицами в политической и религиозной жизни еврейского народа в греко-римской Палестине. Постепенный переход влияния от священников саддукеев к ученым фарисеям стал частным проявлением перехода от Храма к Торе, который характеризовал иудаизм этого периода. Другой составляющей иудаизма Палестины было большое число апокалиптических и аскетических сект. Часть из них сыграла значительную роль в формировании базы, на которой позднее возникло христианство.

Другие проповедовали мессианские идеи, которые дважды толкали евреев на восстание против Рима. Наконец, многие послужили толчком к возникновению тех мистических течений, которые в конце концов проникнут в раввинистический иудаизм. Члены каждой из этих групп отличались беззаветной преданностью той интерпретации Торы, которой группа придерживалась, и к связанным с этой интерпретацией учениям.

Ессеи

Знаменитая своим благочестием и своеобразной теологией секта ессеев была известна по-гречески как «эссеной» или «эссайой». Существует множество предположений по поводу возможной этимологии этого названия, среди которых производные от сирийского хасе — «благочестивые», арамейского асайа — «целители», греческого хосиос — «святые» и ивритского хашаим — «молчаливые». Сам по себе такой набор вариантов, ни один из которых не получил единодушного признания среди ученых, указывает на то, что происхождение термина не может быть точно установлено. Самая недавняя и вместе с тем самая правдоподобная теория утверждает, что это название было заимствовано у последователей культа Артемиды в Малой Азии, чье поведение и одежда напоминают те, которые были приняты группой в Земле Израиля.

До XX в. ессеи были известны только по греческим источникам, в основном из сочинений Филона и Иосифа Флавия. После обнаружения в 1947 г. свитков Мертвого моря секта, создавшая их, была единодушно отождествлена с ессеями, описываемыми у двух упомянутых авторов. И хотя сам термин «ессеи» ни разу не появляется в кумранских рукописях, такая точка зрения подтолкнула многих исследователей интерпретировать греческие тексты, описывающие ессеев, опираясь на информацию свитков и наоборот. В результате возник замкнутый круг, который препятствует объективной оценке ессеев. Только после того, как мы рассмотрим свидетельства, касающиеся их самих, можно приступать к сравнению этих свидетельств и информации, полученной из свитков Мертвого моря.

Согласно данным Филона и Иосифа Флавия число ессеев достигало примерно четырех тысяч человек. Очевидно, их общины были разбросаны по всей Палестине, хотя есть свидетельства того, что они избегали больших городов. Римский историк Плиний сообщает, что ессейское поселение существовало между Иерихоном и Эн Геди на западном побережье Мертвого моря. Такое местоположение в окрестностях Кумрана, которое сразу же ассоциируется с поселением, находящимся рядом с пещерами, где были обнаружены свитки, привело к отождествлению ессеев Филона и Иосифа Флавия с сектой, переписавшей и спрятавшей свитки Мертвого моря. Вступить в