Поднебесная: 4000 лет китайской цивилизации - Майкл Вуд
Повсеместно чувствовалось, что миру этих людей все время угрожает хаос, а им необходимо постоянно и неустанно добиваться благосклонности высших сил, которые, незримо находясь совсем рядом, каждую минуту грозят прорваться из мира снов в реальный мир. Отсюда и без конца повторяющиеся вопросы: «Поднимется ли большая вода? Произойдут ли бедствия? Неужели сам Ди карает это поселение? Как Ди относится к процветанию этих мест?»
Роль правителя как толкователя воли духов, позволяющего ответить на эти бесконечные вопрошания, обусловливала его политический и религиозный авторитет. Богатые урожаи и славные победы становились возможными благодаря совершаемым им жертвоприношениям, проводимым им ритуалам, получаемым им прорицаниям. Поэтому надписи на гадальных костях можно трактовать как своего рода ритуальный диалог между предками и потомками. Подобно тому, как военачальники и чиновники отчитывались перед правителем, он сам отчитывался перед своими усопшими предками, которые служили посредниками в его отношениях с Ди — Повелителем Неба.
Таким образом, правитель был не просто человеком, который руководил государством, командовал войском, распоряжался рабочими и распределял среди родственников и аристократов земли, бронзовые изделия, рабов и сокровища. Он выступал ключевым звеном, поддерживавшим связь с правителями прошлых эпох. От него зависели благополучие и порядок: он мог обеспечить хороший урожай, вызвать дождь или отвести стихийное бедствие. И в этом, возможно, содержится прообраз будущей роли правителя во всей китайской истории — роли монарха-ученого, вместилища высшей власти и высшей мудрости. Далее мы увидим, что китайская цивилизация никогда не отказывалась от этого образа мыслей и сохранила его и в XX в.
Итак, в эпоху Шан‹‹34›› начинают проявляться некоторые из основополагающих мотивов, которые будут играть формирующую роль в китайской истории на всем ее протяжении — вплоть до сегодняшнего дня. Государство Шан вышло из неолита[10], как и его соседи в других частях Китая. Но именно оно заложило модель более поздней китайской монархии — государства, которому присущи центральная роль правителя как посредника между Небом и Землей, первостепенная важность происхождения и предков, контроль над шаманскими ритуалами и прорицаниями как источниками авторитета, монополия на технологию обработки бронзы, а также письменность. В Китае формирование цивилизации с самого начала шло под влиянием политической необходимости, ритуалов власти и толкования воли Неба представителями элиты.
Глава 2. Великая война Шан
Государство Шан просуществовало с 1550-х по 1045 г. до н. э. Оно было современником греческой цивилизации бронзового века, мира Микен и Трои. Находясь у истоков китайской государственности, государство Шан породило и передало будущим поколениям такие ключевые аспекты культуры, как власть, ритуал, прорицание и, что важнее всего, письменность — ту самую систему, прямыми потомками которой остаются сегодняшние китайские иероглифы. Та же поразительная преемственность прослеживается и в интеллектуальной сфере: в тех традиционных способах мышления, которым предстояло сопровождать китайскую цивилизацию в неизбывном внутреннем балансировании между угрозой хаоса и стремлением к порядку.
В 1045 г. в результате первой великой войны, изменившей ход китайской истории, государство Шан пало. Изучению этой эпохи очень помогли находки ранее неизвестных текстов, результаты раскопок, а также данные новой науки — астроархеологии, позволяющей с помощью компьютерных карт древнего небосвода восстанавливать точную хронологию исторических событий. Шан, как мы еще увидим, оставило после себя глубокий след, а крах этого государства оказался настолько драматичным, что навсегда запечатлелся в памяти потомков.
Как и другие ранние государства, Шан существовало исключительно за счет дани, взимаемой с покоренных союзников, и военной добычи, получаемой в ходе грабительских походов на соседей. В 1046 г. до н. э. против господства Шан восстало Чжоу, одно из вассальных царств. Как гласит позднейшая история (разумеется, рассказанная победителями), последний шанский правитель Ди Синь настолько погряз в мегаломании и жестокости, что против него поднялись даже собственные приближенные и родственники. Среди прочих Ди Синя покинул и его брат Вэй-цзы, который, как будет показано ниже, сыграет ключевую роль в передаче традиций Шан будущим эпохам.
Царство Чжоу‹‹1›› располагалось в долине реки Вэйхэ западнее царства Шан и долгое время оставалось в вассальной зависимости от последнего. Его правителем был знаменитый Вэнь-ван, а его матерью была принцесса из правившей в Шан династии Цзы, целомудрие которой воспевается в «Ши цзин». Жена Вэнь-вана также принадлежала к роду правителей Шан. Оба царства были тесно связаны друг с другом кровными узами, общностью религии и ритуальной практики. Находки гадальных костей в чжоуской столице Ци-и, сегодняшнем Чжоуюане, указывают на почитание здесь предков государей Шан наряду с собственными. Таким образом, восстание оказалось не просто конфликтом двух государств. Это была война между вассальным правителем и его сюзереном.
Согласно традиции государства Чжоу, решение о восстании было принято под влиянием тяньсин — буквально «знака с небес», который был истолкован как проявление Небесного мандата, обязательного атрибута всех китайских правителей.
Недавние открытия позволили датировать это событие с поразительной точностью. В конце мая 1059 г. до н. э. чжоуские астрологи зафиксировали редкое астрономическое явление: на северо-западном небосводе произошел Парад пяти планет, сблизившихся друг с другом «на расстояние меньше ширины ладони». Такое тесное соединение пяти «немерцающих» небесных тел, ставшее видимым в столице Чжоу у подножия гор Цишань, можно наблюдать только раз в несколько столетий. Необычное природное явление подобного типа, которое сегодня датируют февралем 1953 г. до н. э., предсказало, как считали в древности, рождение династии потомков бога Великого Юя, якобы правившей в легендарном государстве Ся, а его повторение, состоявшееся в декабре 1576 г. до н. э., отметило возвышение Шан.
Неудивительно, что последовавшее через пятьсот шестнадцать лет, в 1059 г., новое соединение небесных светил с самого начала воспринималось как знамение. На небосводе появились сразу пять планет: Меркурий, Венера и Марс, вместе «походившие на тройную звезду», а также Сатурн и Юпитер. Такая картина наблюдалась в течение нескольких дней. Это было одно из самых тесных схождений планет за всю историю человечества. Более того, за ним последовали и другие предзнаменования. Позднейшая хроника, известная как «Чжушу цзинянь» («Бамбуковые анналы»), рассказывает, как в царствование Ди Синя, последнего правителя Шан, «пять планет собрались в созвездии Фан[11], и большая красная птица опустилась на чжоуский алтарь Земли». Параллельный текст, оставленный философом IV в. до н. э. Мо-цзы, который опирался на более ранний источник, недвусмысленно сообщает: «Алая птица, держащая в клюве нефритовый жезл, спустилась на чжоуский алтарь Земли у горы Цишань и произнесла: „Небо повелевает Вэнь-вану из Чжоу напасть на Шан и захватить царство“».
Чжоуские прорицатели увидели в знамении указание на то, что благорасположение Неба покинуло
