Мой Призрак - Кай Хара

— А если Амадео или Гвидо увидят тебя? — спрашивает Энцо. — Что тогда?

— То же самое. У них нет причин думать, что я пришел сюда по какой-то другой причине, кроме как... за покупками, — кривится Маттео. — Когда увижу Аврору, буду делать ставки на нее, пока не выиграю. Это самый безопасный способ. Даже единственный, — добавляет он.

— Нет, — повторяю, продолжая качать головой. — А если с тобой что-то случится? Как мы сможем тебе помочь?

— Я позвоню Энцо. Он поставит звонок на громкую связь, чтобы ты все слышала, — Маттео переводит взгляд с меня на кузена. — Но, Энцо, если что-то пойдет не так и тебе придется ворваться внутрь, — говорит он, — оставь Валентину в машине.

— Что? — резко выпрямляясь, едва не перелетев через центральную консоль.

— Договорились, — отвечает Энцо.

— Абсолютно не...

Пронзительный крик разрывает воздух, пресекая мои возражения.

Мы резко поворачиваем головы на звук. Переулок.

Я замираю. Узнаю этот голос даже в крике.

Энцо вглядывается в окно.

— Какого черта там...

Снова крик, на этот раз более громкий, прорезывающий вечернюю тишину.

— Аврора! — кричу, хватаясь за дверную ручку.

— Валентина, нет! — тут же ревет Маттео, пытаясь нащупать кнопку блокиратора дверей.

Но он недостаточно быстр.

Я уже распахиваю дверцу и выскакиваю из машины еще до того, как он успевает повернуться. Спотыкаюсь и сильно ударяюсь коленом об асфальт. Боль пронзает бедро, но я вскакиваю и бегу.

За спиной слышу, как громко хлопают двери автомобиля, и оба мужчины бросаются за мной.

— Блядь, — ругается Маттео.

— Аврора! — снова кричу, заворачивая за угол.

Когда пересекаю украшенный цветами дверной проем и оказываюсь в переулке, вижу ее. Аврору волокут к одному из черных фургонов, которые мы заприметили раньше, а она брыкается и кричит. Двое мужчин держат ее за руки, третий толкает вперед, все на голову выше ее.

Мне с трудом верится, что это она, что мы прибыли как раз вовремя, и ее не успели перевезти в другое место, но я не останавливаюсь. Аврора поворачивает голову, когда в третий раз выкрикиваю ее имя. В ее глазах, еще секунду назад огромных от ужаса, появляется надежда.

Мое появление настолько удивляет мужчин, что они замирают. Гвидо не видно. Из троих узнаю только Амадео. Он стоит дальше всех от меня, поэтому, несмотря на то, что хочу прикончить его первым, бросаюсь не к нему.

Отработанным движением клинок выскальзывает из рукава в ладонь. Яростно сжимаю его в кулаке и заношу над головой, прыгая на ближайшего мужчину. Он смотрит на меня с заставшим выражением шока на лице, наблюдая, как я опускаюсь на него. Не знаю, чем он удивлен больше, — моим видом или ножом.

В любом случае, он не реагирует, пока не бью его в грудь, обхватывая ногами за талию. Но даже тогда он всего лишь от шока опускает взгляд вниз. К тому времени, когда снова поднимает на меня глаза, я уже дважды успеваю ударить его ножом.

Он отпускает Аврору и отшатывается назад, увлекая меня за собой. Я ору ему в лицо, как сумасшедшая, продолжая вонзать в него нож. Теплая и липкая кровь хлещет из его вен, заливая мое лицо и одежду.

Он не сразу понимает, что должен кричать. Не думаю, что кто-то заметит отсутствие этого тупицы после того, как я с ним покончу.

Взявшись обеими руками за рукоять, поднимаю нож над головой, собираю всю ярость, бушующую во мне, и вонзаю лезвие прямо ему в горло. Оно пронзает трахею и гортань, выходя с другой стороны. Мужчина падает навзничь и ударяется о землю, а я оказываюсь на нем.

Его глаза расширены, остекленели, застыв в ужасе.

Мертв.

Отправлен обратно в ад, откуда пришел. Один готов, осталось двое.

Меня отрывают от мертвеца и с такой силой швыряют в стену, что на мгновение перед глазами все темнеет. Моргаю, пытаясь вернуть зрение, и вижу перед собой другого мужчину — того, что держал Аврору. Он сжимает мое горло и, вдавливая в стену, отрывает мои ноги от земли. Сразу же начинаю задыхаться, дыхательные пути к легким полностью перекрыты.

— Ты просто прелесть, — ухмыляется он. Свободной рукой скользит от моей талии к груди. — Думаю, мы возьмем и тебя.

Из-за его высокого роста я не могу до него дотянуться. Пытаюсь пырнуть его, но он выбивает нож у меня из рук. Мои глаза практически вылезают из орбит, поскольку мозгу не хватает кислорода, а зрение затуманивается.

Хлоп.

Хлоп.

Слышу звук, похожий на два тихих вздоха, а затем половина его лица просто... исчезает.

В одну секунду голова была цела, а в другую правая часть черепа уже отсутствует. Его безжизненное тело оседает на землю, и хватка на моем горле ослабевает.

Падаю на колени, задыхаясь, кашляя и жадно глотая воздух.

Чьи-то руки хватают меня за плечи и грубо поднимают на ноги, а затем я оказываюсь в крепких, знакомых объятиях. Мне не нужно видеть лица, чтобы понять, что это он. Хотя я бы не смогла посмотреть, даже если бы захотела. Маттео прижимает меня к груди, его сердце бешено колотится напротив моего.

— Когда вернемся домой, я выпорю тебя до синяков за это, — хрипло шепчет он, сжимая меня еще крепче.

Обнимаю его за талию и со вздохом утыкаюсь лицом ему в грудь. Кровь размазывается по его белоснежной рубашке, когда я прижимаюсь ближе.

Упираюсь ладонями в его торс, но он не отпускает меня. Подняв взгляд, вижу, что его лицо искажено мучением, челюсти сжаты, глаза закрыты.

— Я в порядке, — уверяю ровным тоном.

— А я — нет. Так что дай мне чертову минуту и не двигайся, — говорит он не скрывая эмоций.

Тихий, одобрительный рокот вырывается из груди Маттео, когда я расслабляюсь в его объятиях. Он держит меня еще с минуту, затем целует в макушку и отстраняется.

Суровый взгляд зеленых глаз устремляется на меня.

— Ты злишься? — мне не нравится, как слаб мой голос.

Позади Маттео Энцо прижимает Амадео к земле, упираясь ногой тому в спину. Он жив, но без сознания, с огромной раной на лбу, из которой сочится кровь.

Аврора сидит на земле в одном лишь нижнем белье и тихо плачет, закрыв лицо руками. Энцо снимает пиджак и накидывает его на ее обнаженные плечи.

— Нет, — отвечает Маттео, снова приковывая мой взгляд к себе.

— Тогда почему ты так на меня смотришь?

Маттео не сводит с меня глаз. Кажется, он даже