Только моя - Лора Павлов

— Правда? — его голос был дразнящим, когда он наклонился, опираясь предплечьями о окно. — Это здесь ты оскорбляла меня и называла всякими словами?

— Ну, ты меня подрезал, — я ухмыльнулась.

— Я помню каждую деталь того дня. Твои темно-карие глаза с золотыми искрами. То, как двигались твои бедра в этой чертовски сексуальной юбке-карандаше. И то, как твой острый язычок выводил меня из себя.

— А-а-а… какие милые воспоминания.

Я не сразу поняла, что он делает, когда он опустился на одно колено.

— Мы никогда не делаем ничего по правилам, Минкс. Но ты — моя. Я уже знаю, что ты навсегда, поэтому решил сделать все официально. Мы любим по-крупному. Мы ссоримся всерьез. И у нас все работает. Я не во всем в этой жизни уверен, но в тебе — уверен. В нас.

По моему лицу текли слезы, половина тела уже была высунута из окна, пока я смотрела на него.

— И посмотри на себя, опять заставляешь меня плакать. Ты меня испортил, Вольф Уэйберн. Сделал из меня сентиментальную размазню.

Я уже так сильно вылезла из окна, что он поднялся и вытянул меня полностью, и мои ноги обвились вокруг его талии.

— Ну что, Минкс… выйдешь за меня? — в его руке была черная бархатная коробочка, и большим пальцем он откинул крышку.

Этот мужчина был слишком хорош для собственного блага.

У меня округлились глаза при виде огромного желтого бриллианта, окруженного россыпью камней, на платиновой шинке.

— Боже мой, — прошептала я, когда он одной рукой достал кольцо, а другой продолжал держать меня. — Это самое красивое кольцо, которое я когда-либо видела.

— Я выбрал желтый бриллиант, потому что он такого же цвета, как золотые всполохи в твоих глазах, когда ты возбуждена.

Я расхохоталась, запрокинув голову.

— Вот как?

— Я знаю каждую крапинку желтого, золота и янтаря. Когда ты счастлива, когда злишься и когда делаешь вид, что не кипишь. — он провел языком по нижней губе. — Так это да?

— Ты меня купил на «возбуждена». Это большое, жирное да.

Я поцеловала его в лоб, щеки, нос, а потом в губы.

Он усмехнулся и надел кольцо мне на палец.

— Ничто не сравнится с предложением на заправке, да?

— Это так по-нашему.

— Я хотел сделать это только с тобой, до поездки в Хани Маунтин.

— Моя семья сойдет с ума, — сказала я, зарывшись пальцами в его волосы.

Фонари освещали нас, пока мы стояли на парковке, а вокруг проезжали машины. В тот момент не существовало ничего, кроме нас.

Я отключила весь остальной мир.

Как всегда, когда была рядом с ним.

— Помнишь, как я вышел к склонам ради тебя в одном белье? — промурлыкал он, распахивая дверцу машины и усаживая меня на сиденье.

— Да.

— В тот уикенд я попросил у твоего отца благословения. Я знал: если вытащу Буллета оттуда живым, сделаю это. Думаю, сестрам он пока не сказал, но он в курсе.

— И что он ответил? — спросила я.

— Сказал, что нам обоим давно пора образумиться и что, когда знаешь — значит, знаешь. А потом выдал пару цитат из Рокки Бальбоа, — он усмехнулся.

Галлан на секунду опустил стекло, поздравил нас и в честь события несколько раз посигналил.

— Спасибо, что сначала поговорил с моим папой.

— Спасибо, что выходишь за меня, — он слегка прикусил мне ухо.

— Я никогда не думала, что создана для брака. А потом встретила тебя.

— Я чертовски неотразим, — сказал он с насмешкой в голосе.

— Самоуверенный. Но правда.

— А ты — самая неотразимая женщина из всех, кого я встречал. Даже с одной-единственной вагиной.

Я рассмеялась и запрокинула голову, глядя на него.

— Ну, она и так довольно волшебная, верно?

— Еще какая. Лучшая из лучших, — он ухмыльнулся.

— Я никогда не думала, что захочу «навсегда» с кем-то. Но с тобой хочу.

— И это к лучшему, потому что я весь твой. Избавиться от меня уже не выйдет.

— Обещаю иногда тебя ненавидеть, — сказала я.

— А я обещаю иногда ненавидеть тебя. Но любить — всегда сильнее.

Мы подъехали к ангару, машина остановилась.

— Я люблю тебя, — сказала я, когда он открыл дверь.

— Еще бы, — он подмигнул через плечо, и я рассмеялась, пока он помогал мне выйти.

— Пойдем. У нас впереди Рождество и свадьба. Навсегда начинается прямо сейчас, Минкс.

— Навсегда началось в день, когда я встретила тебя, Вольф Уэйберн.

И это была правда.

Я нашла свое навсегда, даже не ища его.

А теперь я уже не могла без него жить.

Эпилог Вольф

Пять месяцев спустя

— Мне не терпится увидеть ресторан, — сказала Дилан, когда я помог ей выбраться из машины.

Я задержался, чтобы перекинуться парой слов с Галланом и сказать, что напишу, когда мы будем готовы ехать. Дилан махнула водителю, и тот отъехал от тротуара.

Я поднял глаза на высокое кирпичное здание с грубыми деревянными вставками. Мы приехали в Коттонвуд-Коув, чтобы посмотреть ресторан Хью — Reynold's Bar & Grill, который он недавно открыл. Внутри было битком, атмосфера кипела. Из колонок лилась кантри-музыка, и, стоя на тротуаре, невозможно было не почувствовать этот крутой, живой настрой. Бар гудел, и сам ресторан тоже был переполнен.

— Здесь здорово. И, судя по всему, дела идут отлично.

Я переплел пальцы с Дилан и повел ее к большим дверям из темного дерева, распахнутым настежь. После жесткой зимы погода наконец начала налаживаться. По вечерам еще было прохладно и ветрено, но сегодня на улице стояло особенно тепло.

Хостес встретила нас у входа, и, когда Дилан назвала нашу фамилию, та хлопнула в ладоши.

— А, да. Вы кузина Хью. Он вас ждет. Пойдемте, я отведу вас к столику, который он для вас отложил.

Она жестом пригласила нас следовать за ней и продолжала болтать, пока мы шли через зал.

— Он так ждал вашего приезда. Только не говорите, что я это сказала, а то он смутится, — она хихикнула и обмахнула лицо рукой.

Мы подошли к столику, Дилан поблагодарила ее, а я отодвинул для нее стул. Когда мы сели, она наклонилась ко мне ближе. Аромат жасмина сбил мне концентрацию. Черт, мне никогда не бывает ее мало. Я и подумать не мог, что когда-нибудь буду помолвлен. Но больше всего удивляло то, что я не мог дождаться дня, когда мы пойдем к алтарю и все станет официально.

Я хотел, чтобы весь чертов мир знал — она моя.

— Очевидно, у нее краш на Хью, — усмехнулась Дилан.

— У кого?

— У хостес. Ты видел,