Форвард - Айли Фриман

взорвались, сотрясая все вокруг. Я тоже сделала первый щипок, зажимая ноту. Что ж, поехали. Музыка взмыла вверх, словно стремительный поток, меня накрыло мощной волной и унесло в мир, где реальность растворяется в ритмах и мелодиях. Как здорово иметь возможность делиться творчеством с тысячами слушателей, заставлять их сердца трепетать от восторга.

Далее Тим вступил с соло на гитаре. Я посмотрела на него – как же он круто звучал! Я на миг задумалась – может, именно это и удерживало меня возле него? Эта незримая энергия, которая захлестывала меня, когда я смотрела на него во время игры. Он был лидером нашей группы, а его глубокий и проникновенный голос пронзал душу. Да, я основная вокалистка, но иногда Тим брал на себя ведущую партию либо мы пели дуэтом, гармонично переплетая голоса.

Его экспрессия впечатляла. Но… кажется, теперь мне этого мало.

Мое лицо, как обычно, скрывалось под черной маской. Я была уверена, что никто из пришедших на концерт футболистов не узнает меня.

Я непроизвольно искала в толпе Артема и другие знакомые лица, но увидеть кого-то сквозь ослепительный свет сценических софитов было нереально. Но я знала, что он где-то там. Вот прямо сейчас стоит и наблюдает за мной. Именно за мной, а не за таинственной незнакомкой в маске. И осознание этого факта растекалось теплом по всему телу.

Мы отыграли две песни и, получив заслуженную порцию аплодисментов, ушли со сцены.

За кулисами Тим крепко обнял меня и прижал к себе, а я в этот момент думала только о том, понравилось ли наше выступление Артему Королеву. Вот ведь забрался в мою голову!

Артем

Мне хотелось сказать, что она чертовски здорово выступила, что у нее талант мирового уровня, что ее песня словно рассказывала целую историю слушателю. В общем, я много чего мог бы сказать ей.

Я просидел несколько часов на скамейке перед корпусом отеля, в котором жила Вика, ожидая ее появления.

Я всматривался в каждое подъезжающее такси, но ее все не было. Я бы просидел так до самой ночи, если бы не Рыжий, который увел меня с пункта наблюдения.

– Что с тобой не так? – поинтересовался Елисей, когда мы шли в наш номер. – Прости, но сегодня ты играл как чертов дилетант!

– Наверное, заболел. – Я выдал первое, что пришло в голову. – Сам не знаю, как так вышло. Я был немного не собран.

Рыжий укоризненно покачал головой, и мне стало не по себе из-за того, что я подвел сегодня всех, кроме Матвея.

Перед сном я не выдержал и написал Вике сообщение, похвалил, как здорово их группа выступила на рок-фестивале. После чего мне почти мгновенно пришел ответ.

Не пиши мне больше, придурок. Я добавлю тебя в черный список. Можешь поступить так же

Я попытался отправить ей новое сообщение, но оно не дошло. Вика действительно заблокировала меня.

Ну правда, на что я, дурак, надеялся? Наверняка будет лучше, если я прислушаюсь к ее совету и просто удалю ее номер из записной книжки, чтобы не было соблазна попытаться связаться с ней. Что я и сделал. Так будет правильнее всего.

Сердце сжалось от боли и разочарования, но я понимал, что должен смириться с этим и найти в себе силы жить дальше. Только это было сложно! Как же тяжело отпускать того, кого уже успел полюбить.

Глава 24

Артем

Через два дня мы уехали в Краснодар, на следующий этап летних сборов, где нас ждало еще три контрольных матча и усиленные тренировки.

На этот раз Вики в автобусе с нами не было. Мы не пересеклись с ней после концерта, ни на следующий день, ни в последующий. После того что произошло между нами в ночном клубе, мы так и не поговорили. Впрочем, ее короткое сообщение говорило обо всем, она больше не хотела меня видеть.

Я был уверен, что она намеренно избегала меня после того, как я едва не забрался к ней в трусики и лапал ее, как настоящий варвар, прямо среди толпы. До сих пор перед глазами стояла восхитительная картина, когда мокрая белая ткань прилипла к телу Вики как вторая кожа, вырисовывая контуры груди, вид которой не оставлял простора воображению. По очень тонкому льду я в тот вечер прошелся, по очень тонкому, и до сих пор Матвей заставлял меня по нему ходить, угрожая разоблачением. Мне оставалось только надеяться на его честность и благоразумие, что эта пытка не растянется на целую вечность и что он не придумает новые условия. Как он сказал, ему хочется немного поиграть и подергать за веревочки. Дам ему время ощутить себя кукловодом, но не позволю, чтобы все это зашло слишком далеко.

Футбол – это игра, где каждый должен знать свою роль и место на поле. Но когда в игру вмешиваются личные мотивы и амбиции, все может пойти наперекосяк. Я надеялся, что Матвею хватит мозгов не лишать нас участия в грядущей Молодежной Лиге чемпионов.

* * *

Краснодар встретил нас ярким солнцем и теплом. После утомительного перелета мы немного отдохнули, затем прогулялись по городу, а к вечеру тренер устроил тренировку и тактические разборы игр, постоянно повторяя, что мы должны быть готовы к новым вызовам и победам.

Перед началом следующего матча, который должен был состояться с игроками местного клуба, ко мне подошел Матвей и вновь тонко намекнул, чтобы я «попридержал коней». Ну я и попридержал, и мы едва не проиграли. Я должен был признать, что Матвей – хороший нападающий и умеет приносить команде голы. Но если он заставит меня не выкладываться по полной на этапах отбора в международный турнир, то мы вообще завершим сезон досрочно. Проигрывая в товарищеских матчах, я особенно ничего не терял, но потом… потом будет за что бороться.

Сборы в Краснодаре прошли напряженно. Тренировки были на износ. Когда мы вернулись в Москву, тренер дал нам неделю на отдых.

Но я так и не смог отдохнуть. На меня давила ситуация с Матвеем. Да еще Гордеев-старший как-то подошел ко мне после тренировки и с пафосом заявил:

– Я рад, что ты меня услышал, Королев. Молодец, что сбавил обороты там, где это можно себе позволить.

Он был уверен, что это его угрозы так на меня подействовали, что я испугался и подчинился ему. Это чертовски выводило из себя, но я заставлял себя лишь молча сжимать кулаки.