Лишняя в его семье - Диана Рымарь
Снова шумно и тяжело вздыхает — такой мужской, основательный вздох — и спрашивает уже более мягким тоном:
— А подруге почему не позвонишь? Наверняка есть подруга.
В расстроенных чувствах я даже не замечаю, что он вдруг перешел на «ты» — слишком поглощена собственными переживаниями.
— Она сначала трубку не брала, а потом телефон се-е-ел… — отвечаю я жалобно. — Зарядку дома забыла, в сумке, которую не взяла…
Боже, что за чушь я несу? По-моему, разучилась внятно изъясняться.
— Так… — снова произносит он с важным видом, словно это магическое слово помогает ему держать под контролем любую ситуацию.
Я смотрю на него сквозь слезы.
— Мне правда некуда идти, на карте денег почти нет… — продолжаю тихо, утирая нос тыльной стороной ладони. — Можно я как-то тут переночую? Я никому не скажу, никого не побеспокою…
— Естественно, нет, — отвечает он, еще выше задрав подбородок. — Категорическое нет. Это офис, не нужно превращать его в ночлежку.
Сердце падает куда-то в пятки. Ну конечно, чего я ждала?
— Ладно… — Сглатываю ком в горле, который, кажется, стал размером с теннисный мячик.
Медленно поднимаюсь на негнущихся ногах, хватаюсь за ручку своего злосчастного чемодана.
Алмаз Акопович тоже поднимается — легко, одним плавным движением. Отставляет стул на место, оправляет пиджак. Но когда я пытаюсь потащить чемодан к выходу, он вдруг перехватывает ручку и уверенно забирает его у меня из рук, будто это его собственность.
— Вы что делаете? — Смотрю на него совершенно круглыми глазами.
— Поедем ко мне домой, — отвечает он спокойно и безапелляционно, словно сообщает о том, что завтра будет дождь.
— Как это — домой? — Я аж перестаю плакать от неожиданности. — Зачем?
— Антонина, — говорит он, снова переходя на деловой тон, словно объясняет условия важного контракта, — я не предлагаю вам переехать ко мне насовсем. Но у меня есть гостевая комната, где вы можете спокойно провести ночь. Выспитесь, придете в себя.
— Что вы, я не могу… — лепечу тихонько, мотая головой.
Потому что переночевать в доме босса — это же надо иметь какую-то невероятную смелость! Или наглость. А у меня ни того, ни другого.
— Конечно можете, — кивает он с видом человека, который не привык получать отказы. — Поужинаете нормально, успокоитесь, примете душ. А потом обстоятельно мне все объясните, потому что пока я ничего толком не понял.
Хорошо бы я сама еще что-то понимала в этой истории…
Глава 6. В его квартире
Тоня
Я думала, мы по дороге хоть немного поговорим, как-то разрядим обстановку, но нет.
Алмаз Акопович хмурился весь недолгий путь. Лишь время от времени бросал на меня быстрые взгляды, при этом я каждый раз чувствовала себя как школьница, которую застукали за списыванием.
И теперь, когда мы поднимаемся на лифте на его этаж — а это, между прочим, целый двадцать второй! — он так же продолжает окидывать меня абсолютно нечитаемыми взглядами.
Лифт беззвучно останавливается, двери бесшумно раздвигаются. Даже подъездная площадка тут выглядит, как холл пятизвездочного отеля — мраморный пол, приглушенное освещение.
Уже когда входим в его квартиру — точнее, он галантно пропускает меня вперед и заходит следом с моим потрепанным чемоданом в руке, я все-таки догадываюсь спросить дрожащим от волнения голосом:
— А ваша жена не будет против, что вы меня пригласили?
— Я вдовец, — коротко объявляет он, ставя чемодан у входа и снимая пиджак.
Ну точно! Слухи не врут!
Про Алмаза Акоповича в офисе говорят разное, и девчонки из бухгалтерии особенно любят смаковать подробности его личной жизни во время обеденных перерывов. Насколько мне известно, ему всего тридцать пять, но он уже успел похоронить то ли две жены, то ли три. По некоторым версиям даже четыре. Говорят, все умерли при загадочных обстоятельствах — то ли несчастные случаи, то ли болезни.
Кроме Бабайки, у него есть еще одно негласное прозвище: Синяя борода.
Глупость, конечно, слухи досужие. Сплетни ядовитых тетушек, которым больше заняться нечем.
И все же я неожиданно даже для самой себя громко икаю от страха. Нервы, наверное.
— Все в порядке? — спрашивает он участливым голосом.
Поворачивается и внимательно разглядывает мое, должно быть, перепуганное лицо.
— Да, да, конечно, — отвечаю чересчур поспешно. — Просто неловко, у вас такая квартира…
— Какая «такая»? — Он приподнимает бровь, и в его темных глазах мелькает что-то вроде любопытства.
А я даже не знаю, как описать это дорого-богато так, чтобы при этом не выглядеть нищенкой, которая такой красоты отродясь не видела, тем более не жила в таких условиях.
Тут есть на что посмотреть… Потолки высоченные, огромные панорамные окна от пола до потолка открывают вид на вечерний город — огоньки мерцают внизу, как россыпь драгоценных камней. Мебель явно дизайнерская. На полу ковры, которые, подозреваю, стоят больше, чем я зарабатываю за год.
В воздухе витает едва уловимый аромат парфюмерии, кожи и чего-то еще — может, полироли для мебели? Или это запах денег?
— Красивая квартира. — Это все, на что я сподобилась, чувствуя себя полной дурой.
— Проходи, располагайся. — Он снимает галстук одним ловким движением, и я невольно сглатываю. — Думаю, проще все-таки перейти на «ты», не против?
В его голосе звучит что-то почти интимное, отчего у меня горят щеки.
— О, конечно, — снова чересчур поспешно киваю я.
Он усмехается — уголок губ чуть приподнимается, и от этой полуулыбки у меня в животе что-то екает.
Шеф идет в направлении кухни, которая совмещена с гостиной, попутно закатывает рукава белоснежной рубашки. У него красивые руки — сильные, с длинными пальцами, на безымянном пальце левой руки поблескивает массивное золотое кольцо с каким-то гербом.
И он снова смотрит на меня с этой полуулыбкой.
Я его явно забавляю, понять бы только чем. Зареванные сотрудницы — это же так весело…
— Антонина, ванная там, — он кивает в сторону коридора, — умойся и приходи ужинать.
Его голос звучит спокойно, даже заботливо, но во взгляде читается что-то неуловимое. Знать бы только что?
Иду в ванную, осторожно приоткрываю дверь и… обалдеваю от ее размеров.
Это вам не ванная в хрущевке, где каждый сантиметр подо что-то приспособлен. Это, блин, целый спа-центр с огромным джакузи! Серьезно, тут заплывы устраивать можно. Мне бы на такое никаких кредитов не хватило. Это ж сколько он зарабатывает? Я, конечно, знаю примерное количество оборотов фирмы за год, но это же ведь до налогов, зарплат сотрудникам и прочих расходов…
Пол с подогревом, босиком стоять приятно. Зеркала огромные, с подсветкой, как в голливудских гримерках.
Восхитившись антуражем, я подхожу
