Мстительная дьяволица - Кайли Кент

Почему она не просыпается?

Дверь закрывается, и машина трогается с места. Тео и еще несколько мужчин остались в доме, вероятно, чтобы найти ответы, которые хотел получить Нео.

Мои пальцы нащупывают пульс на шее Изабеллы. Пока ее сердце бьется, все будет хорошо. С ней все будет в порядке.

— Если ты в ближайшее время не приведешь ее в чувство, я не только убью тебя, но и выслежу всю твою семью, — угрожаю я доктору, к которому нас привез Нео.

Мы находимся в старом особняке где-то в Белфасте. Честно говоря, мне абсолютно все равно, где я нахожусь. Все, чего я хочу, — это чтобы Иззи очнулась и мы оба вернулись к нашей дочери. Я хочу забрать своих девочек домой.

— Она скоро очнется. Ее организму просто нужно время, — говорит мне док.

Я смотрю на нее. Провода тянутся от разных частей тела Изабеллы к аппаратам, расположенным у ее кровати. В ее тело через капельницу поступает жидкость. Я кое-как вымыл ее теплой водой с мылом. Ее лицо опухло; черно-синие синяки покрывают все тело. Я хочу, чтобы кровь каждого члена ИРА была на моих руках за то, что они с ней сделали. Хочу живьем содрать с них кожу, оторвать им руки и ноги. Я никогда раньше не испытывал такого сильного желания убить, как сейчас. Никогда прежде я не жаждал такой мести, даже когда хладнокровно убили моего брата.

Но то, что они сделали с моей Изабеллой... Я позабочусь о том, чтобы они поплатились за это в десятикратном размере. Это преступление не останется безнаказанным.

Глава 6

Должно быть, я сплю, потому что слышу, как Михаил разговаривает со мной, просит очнуться. Где бы я ни была, здесь тепло и комфортно. Если это не сон, значит, я на небесах. Ведь холодный сырой подвал, где я провела последнюю неделю, — наименее комфортное место.

— Пожалуйста, Изабелла, очнись. Ты нужна мне. Ты нужна нам. Если не ради меня, то ради Мабилии. Не позволяй ей расти, не дав ей узнать, какая потрясающая у нее мама. — Обращается ко мне Михаил.

Нахмурив брови, я медленно открываю глаза, но яркий свет ослепляет, отчего я снова зажмуриваюсь. У меня болит голова — все болит.

— Черт. Закрой жалюзи. — Голос моего отца разносится по комнате.

— Изабелла, с тобой все в порядке. Ты в порядке. — Слова Михаила должны были успокоить. Не знаю только, кого именно.

— Бел, открой глаза. Скажи мне, что с тобой все в порядке, — говорит папа.

Мои ресницы дрожат, пока я пытаюсь сосредоточиться хоть на чем-то. Сначала я вижу Михаила, который выглядит так, будто не спал несколько дней. Я поворачиваю голову в сторону и вижу папу, который смотрит на меня. Его лицо жесткое, а в глазах ясно читается беспокойство.

— Пап, я в порядке, — говорю я хриплым голосом. Я смотрю на Михаила. — Где она? — спрашиваю я, обводя взглядом комнату в поисках нашей дочери.

— Она с твоей мамой. С ней все в порядке, Бел. Они в Австралии с Алексом и Лили, — говорит папа, беря мою руку и нежно сжимая ее.

Однако мое внимание сосредоточено исключительно на Михаиле. Он должен быть с ней, он должен защищать ее.

— Ты бросил ее. Какого черта ты это сделал? — Как бы я ни старалась выкрикнуть эти слова, у меня слишком сильно болит горло. Мне нужно выпить воды.

Михаил поднимается на ноги и выходит из комнаты. Я смотрю на папу, который просто наблюдает за дверью.

— Ты должна дать ему поблажку, Из. Он сходил с ума, пытаясь найти тебя. И ему было нелегко оставить Мабилию.

— Он не должен был оставлять ее, — говорю я. — И в какой вселенной я очнулась, если ты за него заступаешься?

Черт, может, я все еще в Стране Грез или что-то в этом роде? Потому что мой отец ни за что на свете не согласился бы с тем, что говорит или делает Михаил.

— Ты не представляешь, как мы все волновались, Бел. Не зная, где ты. Я очень надеялся, что никогда больше не испытаю этого снова.

Я пытаюсь сесть, но все по-прежнему болит.

— Мне нужно идти… Мне нужно вернуться к Мабилии. — Михаил возвращается в комнату со стаканом в руках.

— Выпей. Это поможет твоему горлу, а потом ты сможешь кричать на меня, сколько захочешь. — Ухмыляется он.

Ухмыляется, блять. Жаль, что у меня пока недостаточно сил, чтобы стереть эту ухмылку с его лица.

— Мне нужно идти. Отвези меня к ней. Пожалуйста, — умоляю я его.

— Я уже подготовил самолет к вылету, — говорит Михаил. — Пей. — Он подносит стакан к моим губам.

Я протягиваю руку и забираю у него стакан. Я не инвалид. Я сама могу держать этот чертов стакан. Я пью ледяную воду маленькими глотками. Он был прав. Она помогает успокоить горло.

— Что случилось? Как вы меня нашли? — спрашиваю я и папу, и Михаила.

— У моего парня была наводка. Мы пошли по ней и нашли тебя, — говорит Михаил.

— Иззи, ты должна рассказать мне, что произошло. Что они сделали? Сколько их было? Может, ты запомнила, как они выглядели? Мне нужно знать, кого искать, — говорит папа.

— Я... Их было пятеро. А потом… О Боже, Лекс. Где он? Ты нашел его? — Я поворачиваюсь к Михаилу.

Он напрягается.

— А что с Лексом?

— Они… они… Он был там. Они убили его? — спрашиваю я. — Нам нужно найти его, Михаил, — подчеркиваю я.

— Его не видели... пока. Почему ты думаешь, что они его убили? — Михаил удивленно приподнимает брови.

— Я слышала выстрел сразу после того, как они вытащили его из комнаты. Он пытался помочь, Михаил. Он пытался вытащить меня. Мы не можем оставить его здесь.

— Я попрошу ребят поискать его, — говорит папа, ободряюще кивая.

— Нам нужно отвезти тебя домой, Изабелла. И уехать из этой гребаной страны, — добавляет Михаил.

— Хорошо, — соглашаюсь я, потому что мне нужно вернуться к дочери. Но я не собираюсь забывать о Лексе. Я найду его. Я расскажу Михаилу, что он сделал, насколько верным был его парень, когда мы сможем остаться наедине.

Я знаю, о чем думает мой