Форвард - Айли Фриман

Музыка грохотала в полумраке танцпола. Она сотрясала стены и сердце. Я пыталась танцевать в ритм, но постоянно сбивалась. Мне сейчас было так хорошо. Я целиком погрузилась неповторимую атмосферу свободы и раскрепощенности. В этом хаосе я чувствовала себя как никогда живой и двигалась в танце, ощущая, как тело становится невесомым. Я растворялась в звуках, забывая обо всех проблемах и заботах.

– Мокрые майки! – вдруг провозгласил громкий голос изо всех динамиков. – Вечеринка мокрых маек начинается!

Люди, танцующие вокруг нас, радостно закричали.

– Мокрые майки! – тоже во весь голос подхватила я, еще сама не до конца понимая, что это такое. – Мокрые майки! Ура!

Я почувствовала на себе руки Королева – он словно пытался меня увести, но я никуда не собиралась, веселье явно только начиналось. Мне все было в кайф. Я схватила его за руку, останавливая, а затем ощутила, как со всех сторон брызнула теплая вода. Работники клуба, вооружившись водными пистолетами, принялись увлажнять всех вокруг.

Я весело закричала, продолжая танцевать и отдаваться ритму музыки. Я скинула с себя джинсовую куртку и бросила ее куда-то в сторону, даже не заботясь, в каком направлении она исчезла. Оставшись в топике, я подняла руки вверх, продолжая танцевать под приятными струями воды.

Артем

Что еще за «мокрые майки»?! Когда нас начали просто нещадно поливать водой, мы вымокли за считаные секунды. Я пытался увести Вику из зоны эпического наводнения, но она хотела участвовать.

Она сняла куртку, и пока я относил ее к нашему столику, на ней вообще сухого места не осталось.

Это. Было. Слишком. Я замер, не в силах отвести взгляда от розовых бутонов ее груди, которые готовы были проткнуть футболку. Намокшая белая ткань не скрывала абсолютно ничего.

Что. За. Гребаный. Ад. Рай.

Ее грудь была передо мной как на ладони и двигалась в танце, сводя меня с ума своими движениями. Я схватил Вику в объятия, пока ее кто-нибудь не увидел… и оказался прижат к ней вплотную. Я тоже вымок до нитки. Моя белая футболка тоже просвечивала. Теперь понятно, почему сегодня сюда впускали только в белом…

– Как весело, правда? – Вика положила руки мне на плечи. – Мы такие мокрые.

Наши бедра соединились, создавая электрическое напряжение, которое невозможно было игнорировать. Взгляды встретились и замерли, время словно остановилось в этот момент. Все еще прижимаясь ко мне, Вика прошептала:

– Королев.

Просто одно слово. Моя фамилия.

Я не знал, что это значит. Не понимал, какой смысл она вложила в это слово. Но чувствовал, что больше не могу сдерживаться.

Я наклонился и поцеловал ее. Когда наши губы встретились, я ощутил, как волна тепла пробежала по моему телу. Вика, прижавшись ко мне еще ближе, нежно провела языком по моим губам, словно приглашая к чему-то большему. Я с готовностью ответил на ее призыв, и наши языки сплелись в страстном танце.

Это было нечто невероятное – каждое прикосновение было наполнено нежностью и желанием. Руки Вики скользнули по моим плечам, и я почувствовал, как ее тело дрожит от возбуждения. Мы были так близки, что казалось, будто мы слились в одно целое. Мир вокруг исчезал, оставив лишь нас двоих в этом моменте. И я совершенно не думал о последствиях своих действий, хотя завтра я пожалею о содеянном. Мы оба пожалеем.

Я не заметил, как мои ладони оказались под ее топом. Невозможно. Это просто невозможно. Но в следующую секунду я уже пришел в себя и убрал руки, будто обжегшись. Черт, мы же не одни. Вокруг люди. Так нельзя.

Едва оторвавшись от ее губ и вспомнив, что они для меня под запретом, я вновь страстно прижался к ним. Вика тихо застонала.

Что мы творили? Так хотелось продолжения.

– Королев, – проговорила Вика, и внутри меня извергся настоящий вулкан. Мое возбуждение уперлось в ее бедро, и я почувствовал, как по телу пробежала волна жара.

– Останови меня, – хрипло попросил я, целуя ее в шею, а затем прижался носом к ее коже, вдыхая приятный аромат. От этого чертенка пахло настоящим раем.

– Не могу, – прошептала Вика, вновь подставляя мне губы для поцелуя.

Я не заметил, как мои руки вновь оказались на ее бедрах и заскользили под тканью кожаной юбки. А затем… затем одна рука (я просто не смог ее остановить!) занырнула под юбку и коснулась кожи внутренней стороны бедер.

И в этот момент я понял, что на ней все же чулки. Чулки! Рука замерла на полпути.

– Останови меня сейчас же, – снова попросил я, сгорая в адском пламени.

Она сжала бедра, стискивая мою руку. Это ведь означало «остановись»?

– Мы пьяны, да? – предположил я, хотя нельзя сказать, что я выпил слишком много, чтобы вот так потерять голову. Я потерял голову от любви и удобного шанса к ней прикоснуться.

Но только это было нечестно с моей стороны. Она ведь под градусом, не соображала, что делает. А я этим воспользовался.

Я выдернул ладонь и отшатнулся от Вики, осознав свою ошибку. Нет. Нельзя. Остатки разума в голове принялись убеждать меня, что я должен остановиться.

Я посмотрел на ее насквозь промокший и просвечивающий топ, после чего с усилием заставил себя отвести взгляд от манящей картины.

– Вика, нам пора ехать.

– Нет. Сними меня в мокром виде. Я должна отправить это Тиму, чтобы его позлить.

– Нет, давай лучше оставим его без провокационных кадров, иначе он точно найдет способ телепортироваться сюда и прикончить меня.

Я взял девушку за локоть и решительно потянул к столику. На этот раз она, не сопротивляясь, пошла за мной. Я протянул ей джинсовую куртку, чтобы она надела ее от греха подальше, и зашел в приложение такси, чтобы вызвать машину.

– Прости, – сказал я, наблюдая, как она, пошатываясь, допивает остатки своего коктейля.

Когда мы оказались в такси, Вика еще больше напоминала тряпичную куклу. Какой из меня телохранитель, если я позволил ей столько выпить? Куда я только смотрел? Ответ прост: на ее мокрую грудь. Ну да.

В сумочке разрывался телефон, и Вика полезла за ним. Куртка вновь распахнулась на груди, явив соблазнительную картину, и я поспешно поправил ее, поймав в зеркале жадный взгляд таксиста.

Я увидел на экране ее телефона список пропущенных вызовов «Папочка» и «Тим*Красное сердечко*».

Было уже два часа ночи. Конечно,