Без ума от любви - Лора Павлов

— Я ценю извинения. Спасибо, что встретились со мной. Джейкоби сказал, что подготовит новые договоры, и мы все подпишем их.

— Это действительно необходимо? — ахнула она.

— Боюсь, что да. Сейчас — необходимо. А дальше, может быть, я и передумаю.

Мама выглядела ошеломленной моими словами. Мы встали, обнялись на прощание и договорились поужинать вместе на следующей неделе.

Я хотела наладить отношения. Но теперь у меня были границы и им придётся их уважать.

Я направилась в кафе Honey Biscuit. Элоиза приехала в город, у них в хоккейной лиге была пауза, и мы с Хенли и Лулу собирались встретиться там на ужин.

Я обняла Оскара, и он похлопал меня по плечу:

— Никогда не соглашайся на меньшее, Эмилия Тейлор. Ты заслуживаешь самого лучшего.

Наверное, это были самые теплые слова, что он когда-либо говорил мне.

Похоже, люди привыкли видеть нас с Бриджером вместе и уже догадывались, что что-то изменилось.

— Спасибо. Наблюдательный ты, — улыбнулась я.

— Да ну. Этот мрачный твой бывший выглядел так, будто у него щенка сбила машина. Он недавно был тут. Когда я спросил о тебе, сказал, что давно не видел. А я ответил, что он дурак, раз отпустил тебя. Думал, он взбесится, — пожал он плечами, провожая меня к столику, где уже сидели девчонки.

— И что, взбесился? — спросила я, хотя сама не знала, зачем.

— Нет. Просто посмотрел прямо в глаза и сказал: «Самая большая ошибка в моей жизни».

Сердце болезненно сжалось от этих слов.

Бриджер не приходил ко мне. Только это одно сообщение каждое утро и все.

— Спасибо, что сказал, Оскар, — кивнула я.

Он подмигнул и ушел, а я села к девочкам.

— У меня для тебя сюрприз, — объявила Лулу, вытаскивая из пакета четыре ранних экземпляра новой книги Ханны Чейз, которая должна была выйти только через несколько месяцев.

— Как ты их достала? — вскрикнула Элоиза, потом прикрыла рот и быстро огляделась, не привлекла ли внимания.

— У мамы клиентка работает в издательстве, — пояснила Лулу. — И она раздобыла нам подписанные копии. — Она раздала книги и обняла меня за плечи. — Подумала, тебе не помешает немного романтического побега.

— Ты даже не представляешь, насколько, — ответила я.

И это была чистая правда.

39

Бриджер

Я: Доброе утро. У меня ощущение, что сегодня будет хороший день.

Аксель: Кто-то украл телефон Бриджера?

Кларк: Похоже, терапия превращает его в луч солнечного света.

Арчер: Он заставляет меня задуматься о терапии.

Истон: Звучит как-то наигранно. «Сегодня будет хороший день» — вообще не в твоем стиле.

Рейф: А мне нравится. Может, перестанет меня оскорблять.

Я: Пошли вы все. Дебби сказала, что я должен каждый день говорить кому-то что-то позитивное. Это часть нового этапа ее «лечения» моего темного, циничного, долбаного сознания.

Истон: И она разрешила тебе писать это в сообщениях?

Я: Она не уточнила. А лично я не хочу, чтобы люди подумали, будто я готов с ними общаться. Так что это максимум дружелюбия, на который я способен.

Рейф: Ну, для начала неплохо. Но лично это звучало бы убедительнее.

Я: А ты одеваешься как пасхальное яйцо. Соберись и перестань носить пастель.

Рейф: Розовый — новый черный.

Арчер: Ты уже поговорил с Эмилией?

Аксель: Дайте ему время. Пусть сначала разберется с собой.

Рейф: На это может уйти вся жизнь, так что лучше начни разговор пораньше.

Я: Пошли вы. У меня есть план.

Истон: Только не говори, что он снова связан с туалетом. Это был паршивый план. (Каламбур намеренный.)

Кларк: Просто скажи девушке, что чувствуешь. С собой потом разберешься.

Рейф: Верно. Это марафон, а не спринт.

Я: Сегодня встречаюсь с Дебби, чтобы обсудить это. Позитивную аффирмацию я уже отправил — миссия выполнена.

В ответ в чате посыпались эмодзи со средним пальцем. Я сунул телефон в задний карман и взял ключи.

Телефон зазвонил, когда я ехал к офису терапевта, и по громкой связи раздался голос Бреннера:

— Эй, босс. Жаклин сегодня снова опоздала — уже третий раз за неделю. Говорят, у нее проблемы дома, но ты ведь не терпишь постоянных опозданий. Дать команду HR оформить выговор?

Жаклин работала у меня инженером уже два года и не раз выручала.

— Нет. Назначь мне встречу с ней завтра утром. Я буду в городе. Возможно, у нее и правда что-то происходит. Разберусь сам, — сказал я, заворачивая на парковку перед офисом Дебби.

— Скажу честно, мне нравится эта новая, мягкая версия тебя, — рассмеялся он.

— Я не мягкий и не добрый, придурок.

— Как скажешь, босс. — Он замолчал, но по его дыханию я понял: хочет сказать еще что-то.

— У меня встреча, Бреннер. Говори уже.

— Я скучаю по нашей девочке. Не собираешься исправить ситуацию? Хочу нанять ее для ремонта своей квартиры, но боюсь разозлить своего чересчур властного босса.

Я фыркнул:

— Ты иногда бываешь полным идиотом. Нанимай ее, когда хочешь. Но да, я работаю над этим. Я тоже по ней скучаю.

Из динамиков донесся театральный вздох:

— Ну надо же, угрюмый ублюдок все-таки имеет сердце.

— Даже на собачью задницу иногда светит солнце, — рассмеялся я. — Все, мне пора. Организуй встречу. Завтра буду в офисе.

Я поднялся в кабинет Дебби. Последние три недели мы встречались трижды в неделю — куда чаще, чем я хотел. Но она настояла: иначе не сдвинемся с места.

Похоже, я был конкретно сломан. И, по её словам, всё это можно было исправить, если признать это вслух.

Не совсем мой стиль, но у меня появилась мотивация.

Я плохо спал, почти не ел и безумно скучал по своей женщине.

Скучал по ее смеху. По ее улыбке. По тому, как она выравнивала подушки на диване ребром ладони и каждое утро рисовала на кофейной пенке сердечко из корицы.

Скучал по ее телу. По ее голосу.

Так что теперь я сделаю всё, что угодно, чтобы стать достойным ее, даже если придется умолять вернуться.

Я постучал, и из кабинета раздалось:

— Входи, Бриджер.

Я сел на потертый кожаный диван и скрестил ноги в щиколотках.

— Сегодня ты выглядишь... легче, — сказала Дебби. У нее были светлые волосы до плеч, красные очки и, как всегда, яркое платье.

— Мне уже говорили.

Она держала блокнот на коленях, сидя в кресле напротив.

— Какую позитивную фразу ты сказал сегодня?

— Написал семье «доброе утро» и что день будет хорошим.

Она усмехнулась:

— Уже прогресс. А Эмилии ты сегодня писал?

— Я пишу ей одно и то же каждый день, — провел рукой