Развод. Последний приказ - Анна Риман
Сообщение от них я перечитала дважды. Особенно это их «ждём».
Закрыть участок и вернуться.
Эта фраза за день повторялась столько раз, что к вечеру почти перестала раздражать.
На очередной заправке пришлось разминать плечи прямо у машины. Ветер тянул вдоль трассы, пахло бензином и мокрой землёй. В телефоне висело непрочитанное сообщение от Ирины: «Доедешь до медведей — маякни».
Я ответила: «Медведи еще спят в берлогах».
Ирина прислала смеющийся смайлик и следом: «А абориген?»
Телефон я убрала в карман, не ответив.
После заправки дорога совсем опустела. Машин стало меньше, лес подступил почти вплотную к трассе. В голове снова всплыл дом Волкова. Крыльцо. Кухня. Его руки на руле, когда он вёз меня после выбитых окон.
Чтобы отвлечься, я включила радио.
Пела какая-то женщина про любовь, и это уже было издевательство.
К служебному дому я подъезжала в темноте. Двор встретил тусклым светом у подъезда и машинами, припаркованными как попало. В моей квартире горели окна.
Я заглушила двигатель и несколько секунд сидела не двигаясь.
На соседнем месте стоял знакомый внедорожник.
Пальцы нервно сжались на ключах.
Волков вышел из подъезда, остановился у ступеней и посмотрел на меня.
Глава 57
Волков вышел из подъезда и остановился у ступеней. Без куртки, в темном свитере, словно выбежал ненадолго.
— Долго ехали, — заметил он вместо приветствия.
— Трасса стояла местами.
Багажник открылся с тихим щелчком. Он молча взял сумку, перекинул через плечо и захлопнул крышку.
— Я сама могла донести.
— Могли, — согласился он. — Но зачем?
Ответа не нашлось.
В подъезде пахло сыростью. На втором этаже опять не горела лампочка.
— Здесь всё без изменений, — пробормотала я.
— Уже отправил заявку, чтобы исправили.
Дверь открылась, и я невольно остановилась на пороге.
После разбитых окон квартира запомнилась холодной, пыльной и перекошенной. Сейчас внутри горел свет, в окнах стояли новые стекла, а на кухонном столе лежал пакет из магазина. Хлеб, яблоки, сыр, йогурт. Рядом сушилась чистая кружка.
Волков поставил сумку у стены.
— Окна доделали, можно жить.
— Вижу.
Куртка тяжело сползла с плеч. Только сейчас стало понятно, как дорога въелась в спину и шею.
— Поесть есть что, — произнес Волков, проходя к чайнику. — Не ресторан, но сойдёт.
— Не обязательно было всё это покупать.
— Пустой холодильник выглядел паршиво.
Я медленно прошла на кухню и провела ладонью по столу. Ни пыли, ни строительной грязи.
Похоже, к моему приезду здесь действительно готовились.
— Вы тут ещё и убрались?
— Немного.
— Немного — это у вас окна поменять и квартиру в порядок привести?
Волков пожал плечами.
— После всего грязно было.
Разговаривал он так, словно речь шла о чём-то обычном. Заехать, проверить, купить продукты. Ничего особенного.
Это сбивало.
Достал кружки, поставил передо мной тарелку с нарезанным сыром и хлебом.
— Ешьте.
— Командный тон вам идёт.
— А вам не идет голодать весь день.
Пришлось взять бутерброд. Есть действительно хотелось.
— Завтра сначала оформление, — произнес он. — Бумаги, бухгалтерия, пропуск. Потом уже остальное.
— Я помню, как командировки работают.
— Помнить и нормально выспаться — разные вещи.
— Опять начинаете?
— Даже не пробовал.
Смешок вырвался неожиданно. Наверное, первый нормальный за весь день.
Волков посмотрел внимательно, задержался взглядом чуть дольше, чем нужно, и от этого взгляда пришлось крепче сжать кружку.
— Деньги я скоро верну, — протянула я.
— Наталья.
— Что?
— Хватит.
Голос прозвучал негромко, но спорить после него расхотелось.
Тишина затянулась. За окном проехала машина, наверху хлопнула дверь.
— В Москве всё решили? — спросил он, нарушая паузу.
— Почти. Квартиру выкупила. Документы подписали.
— Поздравляю.
— Спасибо.
Он кивнул и сделал глоток чая.
Обычный разговор. Только от его спокойствия становилось всё тяжелее держать дистанцию.
Потому что Максим всегда требовал: оправдывайся, объясняй, подстраивайся. Волков вообще ничего не требовал. Просто был рядом.
Он поднялся первым.
— Вам бы в душ и спать.
— Звучит очень заманчиво.
— Вот и не спорьте.
— Не надо обо мне заботиться.
— Поздно.
В горле пересохло. Пришлось поставить кружку на стол, чтобы не выдать себя дрогнувшими пальцами.
Он стоял совсем близко. Настолько, что я чувствовала запах его парфюма и холодный воздух с улицы, который еще держался на свитере.
Надо было отойти.
Вместо этого ладонь сама легла ему на грудь. Просто чтобы остановить. Или удержать. Я уже не понимала.
Он накрыл мою руку своей.
— Наталья, — произнёс тихо. — Потом не сбежите?
— Не знаю.
Честнее ответа не нашлось.
Поцеловал он первым.
Без красивой осторожности. Как человек, который давно держался и наконец перестал.
От неожиданности я врезалась бедром в стол. Кружка жалобно звякнула.
— Чёрт.
— Осторожнее.
Смешок вышел прямо ему в губы. Нервный, короткий.
Потом стало не до смеха.
Свет на кухне так и остался гореть. Где-то по дороге в комнату с грохотом упала сумка. Волков выругался себе под нос, зацепившись за нее ногой, и это окончательно добило остатки здравого смысла.
Утро началось с запаха кофе.
Поднимать голову не хотелось. Под одеялом было тепло, за окном ещё темно, а рядом на стуле висела моя блузка.
Память возвращалась постепенно.
Из кухни донесся звон кружки. Через минуту Волков вошел в комнату уже одетый, с двумя чашками в руках.
— Живая?
— Не уверена.
— Это хороший признак.
Он поставил кофе на тумбу и сел рядом.
— К девяти зайдешь в отдел кадров. Потом бухгалтерия. После обеда ко мне, посмотрим бумаги по участку.
Я подняла глаза от кружки.
— Уже на «ты»?
— Поздно обратно на «вы».
Он отпил кофе и добавил так спокойно, словно речь шла о погоде:
— Вечером перевезём твои вещи.
Сердце неприятно дернулось.
— Куда?
Взгляд у него стал слегка удивленным.
— Ко мне.
Воздуха вдруг стало меньше.
В голове всплыл голос Ирины:
«Поселилась у местного начальника».
Тогда это звучало смешно. Сейчас — уже нет.
Глава 58
Утром у дома уже ощущалось движение. Сосед торопливо шел к машине, возле подъезда разгружали коробки, на мокром асфальте блестели лужи.
Волков ждал у внедорожника с телефоном в руке.
Моя машина стояла на соседнем месте.
— Я на своей поеду, — произнесла я, доставая ключи.
Волков поднял удивленный взгляд.
— Зачем?
— Чтобы потом не зависеть от тебя.
— Вечером всё равно вместе возвращаться.
Ключи неприятно кольнули ладонь.
— Ты уже решил?
— А смысл две машины гонять?
Сказано было так буднично, что возразить оказалось сложнее, чем если бы он давил. Для него это не выглядело
