Мстительная дьяволица - Кайли Кент
— Я тоже ужасно сильно люблю тебя, — говорю я ему.
Приведя себя в порядок в ванной, я выхожу и вижу, что Михаил ждет меня. Он стоит, прислонившись к столу, скрестив ноги и засунув руки в карманы. Боже, ну до чего он сексуален.
— Михаил, почему ты никогда не называешь меня Иззи? — спрашиваю я его.
— Потому что тебя зовут Изабелла. — Он пожимает плечами.
— Но все остальные зовут меня Иззи.
— Это неправда, — напоминает он мне. — Твой отец называет тебя Бел, а дядя — Беллой. Тебе не нравится, что я зову тебя Изабеллой?
— Нравится. Мне просто интересно.
— Мне нравится, что только я называю тебя так. Нравится, как это имя звучит, когда я его произношу, — говорит он.
— Хорошо. Может, пойдем? — спрашиваю я.
— Если надо. Знаешь, я могу включить музыку, и мы будем танцевать всю ночь напролет. Прямо здесь. Только мы вдвоем.
— Если я не появлюсь, мои кузены отправят поисковую группу, — говорю я ему. — Но теперь, когда я могу свободно передвигаться по городу и все такое, я надеюсь, что ты будешь часто приглашать меня на свидания, где мы будем только вдвоем.
— Свидания? Ты ждешь чего-то определенного?
— Я хочу романтики, Михаил. Неважно, ужин это будет, кино или что-то еще, — я пожимаю плечами.
— Что ж, тогда готовься. Я покажу тебе, каким романтиком могу быть, — ухмыляется он.
— Не могу дождаться, — говорю я ему, когда мы выходим из Светы. Этот бар всегда будет занимать особое место в моем сердце. Именно здесь вся моя жизнь изменилась к лучшему. Здесь закончилось мое прошлое и началось мое будущее.
Эпилог
Два года спустя
— Мабилия, иди скажи маме: я тебя люблю, — шепчу я на ухо дочери, а затем наблюдаю, как она спрыгивает с моих колен и подбегает к Изабелле.
— Я тебя люблю, — произносит Мабилия слова почти без запинки, обнимая мать за шею и чмокая ее в губы.
— Ti amo9, — говорит Изабелла в ответ. — Я тоже тебя люблю, — повторяет она по-английски.
Вот как мы учим наших детей двум языкам, одновременно подтягивая языки друг друга. Именно так мои кузины выучили эти языки. По словам Мэдди, их родители просили девочек общаться друг с другом на их родном языке.
И, как видите, это работает. Мабилия постоянно произносит русские, итальянские и английские слова. Для двухлетнего ребенка у нее уже огромный словарный запас. Наш сын, Нео Владимир Петров, родился ровно через девять месяцев после того, как с Изабеллы были сняли все обвинения. Я пытаюсь затащить ее обратно в кабинет Светы, потому что уверен, что там царит какая-то волшебная атмосфера, вызывающая беременность, или что-то в этом роде. Ведь именно в том кабинете мне удалось обрюхатить свою жену. Что бы кто ни говорил, это не совпадение.
Изабелла, в отличие от меня, не суеверна. Она думает, что нам просто повезло, и не забывает напоминать мне, что воспитывать двухлетнего и годовалого ребенка — это изнурительно — удивительно, но изнурительно — и если у нее родится еще один ребенок, она выйдет на работу, а меня заставит сидеть дома.
По правде говоря, я уверен, что она могла бы управлять Братвой не хуже меня, но наша организация работает не так. Какой бы талантливой ни была моя жена, организацией никогда не будет руководить женщина. Так не принято. А некоторые традиции невозможно изменить. Какими бы устаревшими они ни казались. Но я и не пытаюсь их изменить, потому что, когда смотрю на свою дочь, я хочу, чтобы она была как можно дальше от дел Братвы. Мне очень хочется запереть ее в какой-нибудь башне, чтобы никто не смог причинить ей боль, но Изабелла сразу отвергла эту идею, как только я ее озвучил.
Как только Мабилия начала ходить и падать, я попытался установить по всему дому Sof'Fall10, чтобы она не поранилась. И снова моя жена была против. Думаю, в нашей паре именно она является голосом разума.
Я до сих пор считаю, что мне повезло, и каждый день благодарю своего брата. Я абсолютно уверен, что он послал мне эту женщину, потому что знал, что она нужна мне. Она изменила мою жизнь к лучшему во многих отношениях.
— Ты что-нибудь слышала от Зои? — спрашиваю я Изабеллу.
Девушка жила с нами последние два года, как приемная дочь. Две недели назад она уехала в Мельбурн, чтобы найти работу. Саванна помогла ей устроиться в одну из компаний, и Зои ухватилась за возможность уехать из Нью-Йорка.
За последние несколько лет у меня сложились хорошие отношения с этой малышкой. Она стала членом нашей семьи. Она по-прежнему боится мужчин и мало с ними общается. Зато со мной она разговаривает. Часто. Я построил с ней доверительные отношения, чтобы она знала: не все мужчины — монстры. Мне убивает, что она находится на другом конце света, а меня нет рядом, чтобы защитить ее. Я больше никогда не хочу видеть ту сломленную девушку, которую нашел в том доме. И хотя я знаю, что в мире много порядочных людей, я также знаю, что хищников не меньше.
— Я разговаривала с ней сегодня утром, сразу после тебя, — ухмыляется Изабелла.
— Это было десять часов назад, Изабелла. Что, если что-то случилось? Может, нам стоит на время уехать в Мельбурн, пока она не освоится, — предлагаю я, и уже не в первый раз.
— Михаил, она уже освоилась. Позволь ей быть самостоятельной. Она ведь этого хотела. С ней все будет в порядке. А если что-то пойдет не так, она знает, что мы всегда рядом и готовы принять ее обратно. Это место всегда будет ее домом.
— Мне это не нравится.
— Я знаю, что не нравится, и я люблю тебя еще больше за то, как сильно ты заботишься о ней. Но, ради всего святого, позволь девочке начать новую жизнь. — Изабелла смотрит на меня так, будто знает, что права, и теперь ждет, когда я сам все пойму.
— Я знаю, что ты права, но мне все равно не нравится вся эта ситуация, — признаю я вслух.
— Я всегда права, Михаил, как и тогда, когда я сказала тебе, что в кабинете Светы нет никаких волшебных чар, связанных с беременностью. — Она качает головой.
— Это еще предстоит проверить, — возражаю я. — Думаю, нам стоит вернуться туда, чтобы я мог т-р-а-х-н-у-т-ь тебя еще раз и посмотреть,
