Фиктивная невеста Кавказа - Анна Долгова
Начинаю улыбаться, выводя ее на чистую воду.
— Ну да.., - конфузится и неуверенно добавляет, — периодически…
— Соооонь, — уже откровенно улыбаюсь.
Но моей жене сейчас не до смеха. Она с сожалением плюхается на кровать.
— Зауууур, — начинает ныть, — как же так… Я не справлюсь…
— Сонечка, — быстро спрыгиваю с кровати и сажусь на пол между ее ног, — ты будешь самой лучшей матерью. Правда-правда. Я тебе помогать буду.
Взгляд Сони становится теплее.
— И любить вас буду, — продолжаю, нащупав верный вектор общения. — И на руках носить. И подарки дарить.
Вытягивает губки, как маленький ребенок, собираясь плакать.
— Ангелочек мой.., - продолжаю сюсюкать, — бурундучок ты мой зубастенький, тушканчик мой ненагляяядный…
— Ну все! — обхватывает мою голову и тянет на себя.
Утыкаюсь в ее грудь носом. Обнимаю аккуратно, поглаживая по спине.
— Мы же этого так хотели.., - хочу еще успокоить.
— Тише, — перебивает Соня. — Слушай.
— Чего слушать? — не понимаю, но спрашиваю через некоторое мгновение.
— Слышишь? — шепчет. — Даже тишина другой стала.
Молчим. Не двигаюсь. Слушаем тишину. Но я не выдерживаю.
— Сонь, ты таким образом пробуждаешь во мне немного другое… Которое в тишине не происходит…
— Хм, — усмехается тихонько, но прижимает мою голову к ложбинке между грудей еще крепче, — может я этого и добиваюсь…
— ПОнято.., - перемещаю руки со спины на бедра своей любимой жены.
********************************
— Ооо! — кричит отец. — Заждались уже вас!
За столом сидит вся родня. Сегодня юбилей отца. Но мы так тяжело отлеплялись друг от друга, что каждый раз откладывали выход из дома. Медовый месяц со свадьбой на Сейшельских островах показался нам одной минутой, пролетевшей даже быстрее чем шестьдесят секунд.
— Поздравляем! — наклоняется Соня, чтобы поцеловать отца.
— Спасибо, доча! — радуется папа. — Садитесь уже.
Отец действительно доволен больше присутствию за столом Сони. Мы пока решили не озвучивать наше интересное положение. Потом. Когда будем с родителями наедине.
— А вы подросли! — радостно говорю в сторону Зарины и Кати.
Зарина с большим беременным животом. Катя держит на руках Амину, которая за ту неделю, что я ее не видел, заметно наела щечки. Девчонки улыбаются, радостно приветствуя нас. Возле Кати сидит Аслан. Как всегда хмурый и неразговорчивый. Но это у него только видимость такая. Откуда-то быстро возвращается Вано — муж Зарины. Садится рядом и ласково поглаживает сестру по плечу.
— Все в сборе? — на всякий случай уточняет отец, собираясь уже начинать праздник живота, как вдруг неожиданно раздается резкий и громкий звук битой посуды.
Все сразу затихают. Мгновенно и синхронно поворачиваем головы в сторону шума. Это разбилась ваза. Кто-то ее нехило опрокинул, что громадина разлетелась на множество осколков.
Хотя… почему кто-то? Пяточки в голубых носочках некоторым из нас удалось успеть разглядеть, пока они не скрылись за углом.
Тете Розе и дяде Ахмату не до смеха. Бабушка с дедушкой удрученно поджимают губы. Интереснее всего же наблюдать за Асланом с Катей. Аслан, правда, только одну бровь насупил и чуть нижнюю челюсть в сторону отвел. А вот Катя побледнела так, что вот-вот уронит спящую Амину.
— Барабашка, — выдает отец, отчего я только улыбаюсь.
— Наконец-то, — буркает мама, продолжая хлопотать перед гостями.
— В каком смысле? — с ужасом смотрит на нее тетя Роза.
— Да мне она никогда не нравилась, — отмахивается. — Так, гости дорогие! Рады всем, что пришли! Давайте уже поздравим нашего дорогого юбиляра!
— Авантюриста мы поздравим, — обиженно восклицает Зарина. — Ты, дядь, хоть бы нас посвятил в свои планы. Нам же тоже интересно было поучаствовать!
Это Зарина все обижается, что мнимая болезнь отца ради моей скорой женитьбы прошла тихо и без участия родни.
— А я и посвятил! — отбрыкивается отец. — Аслан. Катя. Спасибо!
Юбиляр посылает в сторону брата с женой воздушный поцелуй.
— Не понял?! — пришло время мне обижаться. — Так вы все знали?!
Аслан, сидящий напротив, вскидывает брови с молчаливой претензией «И что ты мне хочешь предъявить?». Катя смущается:
— Не все подробности, — морщит носик и улыбается.
— Ай, — отмахиваюсь, понимая, что уже бесполезно что-то обсуждать.
Притягиваю к себе Соню, обняв за талию. Она только улыбается все это время. И с нежностью в глазах смотрит на Амину.
— Да-да, — улыбается отец. — А подождите! Мадина, надо бы барабашке и его компании сказать, что в холодильнике торт есть.
— Еще один?! — выглядывает из-за угла Тагир.
За ним его два младших брата. Все с интересом. Надо сказать, что Амир быстро научил своих старших братьев — детей Зарины и Вано — плохому.
— К сожалению, он был один, — разводит руками мама.
— Ууу.., - дети разочарованно скрываются.
— И нам он не достался, — еще наиграннее сокрушается мама, объясняя нам, что мы остались без сладкого.
— Стройнее будем, — заключает дядя Ахмат и поднимает радостно рюмку, чтобы сказать тост.
— И здоровее! — радостно выкрикивает из-за угла… Лейла.
— Аааа, дочаааа!!! — кричат радостно родители, спеша к сестре с объятиями.
— Тихо-тихо! — осаждает их Лейла, являясь совсем несентиментальной и даже иногда черствой. — Сидите, я сама подойду.
Она радостно ставит на стол коробку, в которой оказывается торт.
— Кто-то ждал тортика? — улыбается, открывая коробку. — Вот! Большой и на всех хватит! Да, ребятня?!
Трое братьев быстро среагировали на приглашение еще угоститься сладким. Но Тагир не привык к полумерам. Он тут же хватает всю коробку и, держа его аккуратно, быстро скрывается где-то внутри дома. Двое мелких шкета за ним.
— Извините, — не ожидавшая такого поворота событий Лейла пожимает плечами. — Честно пыталась скрасить вечер.
— Да и черт с ним, доча! — не выдерживает мама.
— Здравствуй, мамочка! — наконец-то переключается сестра на мать и крепко обнимает ее. — Здравствуй, папочка! — переходит с поцелуями к отцу.
Родители рады до слез. Сестра же, начинает всех приветствовать, идя по кругу.
— Тетечка Розочка и дядечка Ахматик.., - целует обоих в щеки. — Аслан, привет, — быстро кидает брату и переходит к Катерине.
— Погоди-ка, — сразу же реагирует брат. — То есть меня ты не хочешь поцеловать?
— Типа ты рад будешь? — удивляется претензии Лейла.
— Конечно, — подтверждает Аслан.
— Да пожалуйста! Братик мой Аслааанчик, — тянет губки сестра, обняв брата крепко за шею и прижавшись своей щекой к его.
Аслан застывает. Он принимает щедрые приветствия от младшей сестры, но даже бровью не шевелит. Мумия.
— Ой, — видит это и Лейла, — хоть бы знак какой подал, что живой, — машет на него рукой, понимая, что ничего другого здесь не добиться. — Катююююшаааа…
Сестра наклоняется к невестке. Целует ее в обе щеки и с тоской смотрит на Амину.
— Какие вы уже… Подросли… Ути-пути, — дотрагивается двумя пальцами до животика племянницы. — Блиииин…
Отходит она, явно завидуя женскому счастью. И не прогадываю.
— Ну, — вскакивает, насколько может быстро, Зарина,
