После измены. Новая я! (СИ) - Ива Ника
— Ох ты ж… — мама качает головой. — Пойдем на кухню. Давай разувайся.
Хочу спросить, где папа, но грозный хорошо поставленный голос опережает меня.
— Надя, кто там? — кричит отец.
Мама грустно смотрит на меня, поджимает губы.
— Алина пришла, ей нужна помощь, — мама тоже повышает голос. Сжимает руки в замок. — Она рассталась со своим мужем.
Хочу прикрыть глаза, но сдерживаю себя. С замиранием сердца жду ответа папы, виновато смотрю на маму. Лишь бы они из-за меня не поругались. Иногда отец может быть очень… въедливым.
— Гони ее отсюда, — ревет он, даже не выходя из зала. — Ей здесь нечего делать.
— Но ей некуда идти, — в глазах мамы появляются слезы.
Родители разговаривают обо мне так, будто меня здесь нет. Поджимаю губы.
— Я уже сказал, что у меня нет дочери, — рявкает папа. — Она перестала ей быть в тот день, когда бросила учебу, опозорив меня. Так что пусть убирается хоть на улицу. Мне плевать.
— Да как ты смеешь! — мама резко направляется в сторону зала. — Алине и так плохо. Что же ты за человек-то такой? — она скрывается в недрах комнаты, а меня снова разрывает на маленькие кусочки. — Родную дочь и не можешь принять из-за собственной гордости
Я думала, что больнее не будет… как же я ошибалась.
— Я приму ее только тогда, когда увижу красный диплом об окончании института, — цедит папа. — А так она сама выбрала свою судьбу. Пусть теперь и отдувается. Я все сказал! Пока что моя дочь для меня мертва!
Глава 4
Сжимаю руками… фартук. Опускаю голову. Только сейчас до меня доходит, что я так его и не сняла. Улыбаюсь… видимо подкатывает истерика. Конечно, странно слышать от родного отца, что в его картине мира ты умерла. Вот только я живая и стою здесь.
“Мне же больно!” — хочется закрыть, но я продолжаю молчать, словно кроткая овечка.
Хотя, чего я добьюсь, если покажу характер? Ничего! Папа не поменяет решения, а я лишь потрачу силы и мамины нервы, у нее и без нас проблемы с сердцем.
— Старый маразматик, — мама выходит из комнаты, качая головой. — Милая, — она виновато смотрит на меня. — Он все поймет.
— Она что, все еще здесь? — ревет отец.
Вздрагиваю от его громкого голоса.
— Я пойду, — пытаюсь улыбнуться маме, которая бегает глазами от меня к залу.
Она не знает, что делать. Не могу сказать, что понимаю ее, но принимаю такой, какая мама есть. В конечном итоге, у меня перед глазами всегда была женщина, готовая на все ради своего мужчина. Тут Рома был прав.
Мама снова смотрит на зал и вдруг бросается ко мне, крепко обнимает за шею.
— Дай мне один денек, — она шепчет мне на ухо. — Я придумаю, как его уговорить.
— Спасибо, — целую маму в висок.
Мы обе знаем, что она не уговорит папу, но я все равно ей благодарна хотя бы за попытку мне помочь.
Когда выхожу на улицу, солнце уже почти село. Становится прохладно, но я этому рада. Одним четким движением сдираю с себя фартук и с остервенением пытаюсь его разорвать. Внутри что-то перещелкивает, требуя разрушения. Я сгораю в собственной злости, гневе, боли. Все это создает взрывоопасный коктейль… но ткань оказывается слишком плотной, поэтому я просто комкаю ее и выбрасываю в ближайшую урну.
Облегчения это не приносит.
— Алина? — неожиданный женский окрик заставляет резко обернуться.
Я сталкиваюсь взглядами с девушкой. Я ее не узнаю, но в ней есть что-то… привычное что ли. Всматриваюсь в большие голубые глаза, прямой нос, полные губы. Блондинистые волосы легкой волной спадают за спину. Но вот девушка ярко улыбается…
— Вера? — мои глаза расширяются от удивления.
Точно, моя бывшая одноклассница, которая, насколько я знаю, уехала жить в другой город. Мы какое-то время общались в школе, пока она не стала дружить с более популярными девчонками. Я же осталась в рядах заучек, хотя никогда такой не была.
— Привет, — Вера делает ко мне шаг, раскинув объятия. — Как же я рада тебя видеть. Как ты?
— Да вот приходила к родителям, — указываю подбородком на их дом.
— А я к бабуле заехала, — Вера машет себе за спину.
Мы как раз из-за этого и сдружились, что иногда вместе ходили в школу и гуляли, когда Вера оставалась у бабушки.
— Как твои дела? Что у тебя вообще в жизни? — бывшая подруга засыпает меня вопросами. — Слушай, как ты хорошо выглядишь.
Закусываю щеку, понимая, что это явная лесть. Сейчас я чувствую себя, словно пережеванная жвачка… и выгляжу, наверное, также.
— Ты какими судьбами здесь? — выдавливаю из себя улыбку, переводя тему.
— Нужно было по делам, — Вера дергано оборачивается через плечо.
— Что-то с бабушкой? — беспокойство в моем голосе не поддельно.
— Нет-нет, все… в порядке, — Вера машет руками. — Так, ну может мы тогда куда-то переместимся? Столько лет не встречались, и я даже не ожидала тебя увидеть, — она внимательно смотрит на меня, как вдруг радостно раскрывает рот. — Слушай, я здесь недалеко в отеле остановилась, пойдем ко мне, а уже потом поедешь домой? Там есть неплохое кафе, в нем и засядем.
— Да нет, — мотаю головой, которая забита совершенно другими мыслями. Мне сейчас не до общения. — Дел много, — неуверенно отступаю, словно, пытаюсь сбежать.
— Перестань, — Вера подхватывает меня под локоть. — Кто там у тебя? Муженек? Так он подождет. Напиши ему, что встретила подругу детства. Чего ты теряешь? — она заглядывает мне в глаза.
Мгновение смотрю на Веру и… киваю. Мне хочется немного отвлечься, развеяться. Не знаю, не хочу сейчас быть одна, поэтому позволяю Вере повести себя в сторону уже вызванного такси.
Мы едем недолго. Отель, и правда, находится недалеко. Четырехэтажное красное здание кажется немного пугающим в свете уличных фонарей. Большие окна отделаны белоснежными ставнями. Мы проходим через черную железную дверь, расположенную под выступающим козырьком, и попадаем в длинный холл. Мягкий свет бра, висящих на бежевых стенах отбрасывает наши тени на почему-то тоже красную ковровую дорожку.
— Как на Оскаре, — смеется Вера, когда мы подходит к стеклянным дверям кафе, которое оказывается уже неработающим.
— Так, — Вера трет подбородок. — Ну тогда пойдем ко мне в номер, — она тянет меня к лифту.
— Не стоит, — упираюсь ногами, неуверенная, что это уместно.
— Перестань, — Вера берет меня, словно, на таран. — Ты уже здесь. Чего, получается, зря ехала что ли? Брось, мы в детстве ночевали друг у друга, а тут вечер боишься провести вместе, будто я узнаю все твои грязные секретики.
Усмехаюсь в
