Пепел после тебя - Кира Сорока
Оставив верхнюю одежду в раздевалке, ищу стенд с расписанием. Вообще-то, я знаю, какой сейчас урок, но не помешало бы свериться. Расписание нахожу рядом со столовой. Тут же фонтанчик с водой. Рядом — небольшой спортивный зал.
В этой школе лишь один одиннадцатый класс. И сейчас у нас будет алгебра. Без проблем нахожу нужный кабинет. Дверь открыта, в коридоре — никого. Значит, все уже внутри.
Немного нервничаю... Вцепившись в лямки рюкзака, захожу в класс. И на меня тут же устремляются взгляды трёх десятков пар глаз. Разговоры стихают, наступает немая пауза.
Это так странно — прийти в выпускной класс в середине года. Новые одноклассники, новые учителя, новая жизнь. А я так скучаю по старой... Точнее, по некоторым ярким событиям, которые были в ней. В общем, это тот самый момент, когда очень хочется себя пожалеть...
Делаю нелепый взмах рукой и говорю «привет». Некоторые лица мне знакомы, потому что я изучала аватарки участников общего чата класса.
— Ты же Алина, да? — подскакивает ко мне симпатичная девушка в клетчатом пиджаке и коротенькой юбке.
От вида тонких колготок на ней мне становится холодно.
— Угу, — утвердительно киваю.
— Точно! Это ж новенькая! Та, что на домашнем!
— Да-да, она.
— Припёрлась наконец-то.
Класс снова наполняется гамом. Многие направляются ко мне. Видимо, чтобы рассмотреть получше. К счастью, девушка в клетчатом пиджаке берёт меня за руку и решительно тянет за собой.
— Пойдём, посажу тебя. Надеюсь, у тебя нет проблем со зрением. Ближе к доске мест просто нет, — говорит она вполне дружелюбным тоном.
Мы подходим к последней парте в том ряду, что у окна. Похоже, она никем не занята.
— Вот. Садись сюда. Я — Маша, кстати.
— Спасибо, — ставлю свой рюкзак на стул. — Ты очень помогла.
— Я в прошлом году была новенькой. Знаю, какого это.
— Эй, Жданова! Хорош выслуживаться! — рявкает вдруг какой-то парень. — Как шестёрка, блин!
— Да пошёл ты! — Маша показывает ему средний палец.
Парень переключается на меня.
— Откуда ты к нам свалилась? Явно неместная.
— Неместная, — согласно киваю я.
Но предпочитаю не рассказывать о себе никаких подробностей.
Все галдят, наперебой что-то спрашивая у меня. Я отделываюсь короткими односложными ответами. Этот балаган прекращается лишь с появлением учителя. Маша успевает шепнуть, что на перемене введёт меня в курс классных дел и уносится за свою парту. А потом начинается самая позорная для меня часть...
Я представляюсь всему классу, стоя у доски, и отвечаю на вопросы учителя. Откуда приехала, как мне живётся в их городе... Наконец меня отпускают, и начинается урок.
Новые одноклассники периодически оборачиваются и бросают на меня любопытные взгляды. Стараюсь выглядеть дружелюбной и невозмутимой. Нейтральной. Обещала себе, что последний школьный год доучусь спокойно. И собираюсь выполнить это обещание. А в вуз я хочу поступать уже дома. Буду умолять отца, чтобы он позволил мне вернуться.
За пятнадцать минут до конца урока нам дают тест. Я справляюсь довольно быстро и оставшиеся пять минут до звонка залипаю в телефоне, перечитывая вчерашнюю переписку с Коршуновым.
Он: Так ты уже дома?
Я: Вроде бы я не говорила тебе, что была вне дома.
Он: Просто я тебя видел.
Я: Видел? Где?
У нас довольно странное общение. Мы говорим о чём угодно, но только не о проекте, который должны делать.
Вчера, возвращаясь со съёмок, на радостях, что всё закончилось, и в восторге от суммы гонорара, я купила огромный торт. Мы уплетали его с бабушкой вместо ужина. И настроение у меня было просто шикарное. А потом написал Егор...
Он: Ты модель?
Я: Не меняй тему. Где ты меня видел?
Он: В торговом центре.
Я: Так что же не подошёл?
Он: А зачем?
Я: Ну мы же партнёры. И одноклассники.
Он: Оставим знакомство на потом, Алина. Пока достаточно и такого общения.
И так он меня одёрнул этой фразой... Так, словно я ему навязываюсь.
Я: Хорошо. Тогда давай прямо сейчас обсудим проект. Предлагаю начать с самого термина «любовь».
Он: И что же такое, по-твоему, любовь?
Я: Это сильное чувство симпатии между двумя людьми. Тут и дружба, и привязанность.
Он: Между двумя? А если любовь не взаимна?
Я: Хорошо, тогда так. Любовь — это сильное чувство симпатии, которое испытывает человек к объекту своей любви.
Он: Уже лучше. Продолжай.
Но я не хотела продолжать. Я хотела, чтобы он тоже вносил свою лепту.
Я: А как ты определишь, что такое любовь? Итак, любовь — это...
Он: Боль.
Я: Боль?
Он: Да, боль. Даже когда хорошо от любви, всё равно больно.
Я: Почему?
Он: Потому что всему наступает конец. Больно из-за начала конца.
Больше мы ничего друг другу не писали. Через пару минут Егор был уже офлайн. А я... Я полночи переваривала его слова.
Было ли мне больно, когда я любила Егора Грозного? Да. Я даже всячески уговаривала себя его не любить. И сейчас мне тоже больно. Потому что... Потому что всё закончилось.
Звонок выдёргивает меня из размышлений. Закрываю ВК, убираю телефон, учебник и тетрадь в рюкзак. Ко мне подходит Маша.
— Ну что? Готова послушать о том, что же тебя ждёт в нашем «прелестном» классе? — выразительно рисует кавычки в воздухе, подчёркивая слово «прелестном».
— Готова.
— Тогда пойдём на следующий урок. А по пути я введу тебя в курс дела.
Глава 3.2
* * *
Как оказалось, за одну перемену посвятить меня в жизнь класса невозможно. Маша успела лишь рассказать о первой красавице школы Милане Савельевой и её парне Максе Купидонове. Куда уж без этого... О подружках Миланы — сёстрах-близняшках Харитоновых и о главном подпевале короля Косте Боярском. В общем, о той тусовке, к которой нужно стремиться — именно так выразилась Маша.
В классе имелись три ботаника-задрота, как окрестила их моя новая приятельница. Одна блогерша, ведущая канал, посвящённый подростковым проблемам, два хоккеиста — Эдик Носов и Руслан Халидов. Последние двое выглядели весьма внушительно, внешне я дала бы им не меньше двадцати.
Остальные одноклассники не успели удостоиться упоминания Маши.
После третьего урока отправляемся в столовую. Еда здесь не очень аппетитно выглядит, поэтому я беру лишь компот. За наш столик садятся две девочки, тоже
