Ненавистники любви - Кэтрин Сентер
— Ну и что? — сказала я. Всякое бывает.
— Вот увидишь сама.
— Что?
Коул пожал плечами.
— Он, ну… симпатичный, ладно? Парни с такой внешностью не бывают одиноки, если только не терпеть не могут любовь.
— Ты правда думаешь, что он ненавидит любовь?
— Я просто говорю, — сказал Коул. — Его поступки говорят громче любых слов.
Хм.
— Я, между прочим, тоже уже год ни с кем не встречаюсь. Получается, я тоже ненавижу любовь?
— Не знаю, — сказал Коул. — А ты?
Хороший вопрос.
Может быть.
Год. Я даже не заметила, пока не сказала это вслух: целый год была одна.
Но мне не казалось, что я ненавижу любовь. Я просто… приходила в себя после неё.
Разве можно ненавидеть любовь? Это вообще разрешается?
Хотя… что хорошего любовь мне принесла? Кроме разочарования, усталости, иллюзий и обид? Не была ли она просто пустой тратой времени и сил? Может, я просто была слишком наивной. Пересмотрела диснеевских мультиков. Слишком впечатлилась романтическими комедиями девяностых.
Наверное, стоило быть разборчивей.
— Не думаю, что я ненавижу любовь, — наконец сказала я Коулу. — Но вообще, идея не так уж плоха.
ЛИЧНО МЕНЯ год назад бросил мой жених, ныне очень знаменитый Лукас Бэнкс.
Он был совершенно обычным, не слишком удачливым музыкантом — пока один его ролик в TikTok не взорвался в тот же вечер, когда он сделал мне предложение.
Серьёзно: кольцо было на пальце не больше трёх секунд, как его телефон начал сходить с ума от уведомлений — песня, которую он выложил утром, набрала сто тысяч просмотров. Люди делились ею. Записывали дуэты и добавляли инструменты и бэк-вокал. Сначала это были обычные люди, но потом внезапно подключился Ноа Кахан, и ещё до конца ужина количество просмотров перевалило за миллион. За один день.
Сначала я радовалась не меньше всех. Мы с Лукасом просидели в дорогом ресторане до закрытия, склонившись над его телефоном, полностью забыв о помолвке, наблюдая, как растут цифры и как он, буквально на глазах, становится звездой — встречаясь взглядом снова и снова, с изумлением: Неужели это правда?
Потом Лукас начал получать приглашения от музыкальных тренеров, предложения от агентств — его жизнь резко изменилась.
Всего за несколько недель.
Некоторые прославились на TikTok благодаря одной песне, а иногда даже семнадцати секундам этой самой песни. Многие из них, если честно, даже не умеют петь и в студии звукозаписи ни разу не были. Я читала статью: одна менеджер рассказывала о парне с миллионами подписчиков, а он даже ритм держать не мог. Она прилетела к нему в Нью-Джерси, чтобы подписать контракт… и улетела ни с чем.
Но Лукас был настоящим музыкантом. Писал песни ещё со школы, играл на пианино, гитаре и губной гармошке, у него был целый запас песен, которые он мог выпускать одну за другой. Когда появился шанс — он схватил его обеими руками.
Я за него радовалась. Честно.
Но это была не та дорога, по которой мы могли пойти вместе. Я тогда работала в университете Северного Техаса, в отделе по связям с общественностью, снимала ролики для сбора средств. Не могла же я вот так взять и бросить работу, сорваться в неизвестность, как какая-нибудь ассистентка на гастролях. Я была взрослым человеком.
Лукас уехал в тур один, играл в клубах, снимал новые видео, потом его пригласили на разогрев к Jonas Brothers и он просто… исчез. Я видела его чаще на экране телефона, чем в жизни.
Наверное, неудивительно, что он в итоге мне изменил.
Все остальные, наверное, это сразу поняли?
Наверное, хорошо, что мы так и не дошли до свадьбы. Когда началась эта суета, у него просто не было времени даже поговорить о датах. Мы ни о чём не договаривались, и я не настаивала. Уговаривала себя: у нас впереди вся жизнь, успеем всё сделать.
А потом грянул интернет-скандал: Лукаса застукали в объятиях Лили Вентуры, тоже, кстати, только что вышедшей замуж, и фотографии начали появляться на жёлтых сайтах.
Хотя нет, не просто появляться — обрушились как лавина.
На сайтах, на которые я бы и внимания не обратила… Если бы не стали присылать скриншоты с обведённой рукой Лукаса на ягодицах Лили и комментариями: ЛУКАС ИЗМЕНЯЕТ??? и КАК ОН МОГ!!!
Честно говоря, основную порцию интернет-гнева получила Лили Вентура. Лукасу как-то всё простили. Но только не я.
Я часами разглядывала эти снимки, как герой из фильма «Игры разума».
Как могла не разглядывать?
Разве Лукасу небрежно обвивал плечо Лили Вентуры на красной дорожке «Грэмми»? Они что, держались за руки на том кадре у входа? А на фото с вечеринки после «Грэмми» — он что, прижимался к ней сзади?
Я, конечно, не эксперт из ФБР, но… на все вопросы ответ — да.
В ту ночь, когда всё взорвалось, я написала ему в Лос-Анджелес без лишних предисловий:
Привет. Ты изменяешь мне с Лили Вентурой?
К моему единственному, но всё же удивлению, он не ответил.
На следующий день он позвонил — голос хриплый.
— Давай поговорим, когда я вернусь домой.
Но о чём было говорить?
Я всё поняла по его голосу. И по пятистам фотографиям в интернете.
— Лучше узнать сейчас, — настаивала моя кузина Бини. И, наверное, она была права.
С тех пор, как выяснилось, прошёл уже целый год — и теперь я вовсю занималась проектом «выжить и процветать вопреки». Я выгнала Лукаса, купила новое постельное бельё, занялась вязанием крючком. В какой-то поздний вечер, охваченная приступом самосовершенствования, отрезала себе челку кухонными ножницами. Купила аэрогриль, подсела на аудиокниги и сменила работу: вместо рекламных роликов для университета теперь снимала рекламные ролики для любого, кто нас нанимал.
Со мной всё было нормально.
Честно говоря, даже с облегчением. Я никогда не была создана для жизни в ореоле чужой славы. И были свои плюсы. После расставания мне больше не приходилось сидеть и притворяться, будто я в восторге, пока Лукас в очередной раз играл мне на гитаре. Или три часа подряд слушать, как он обсуждает за ужином детали разговора со своим агентом. Или — что самое лучшее — больше никогда не ходить на церемонии награждения.
Церемонии были худшим из худшего.
Особенно для меня. Потому что я была полной противоположностью всего, что там ценится. Я не была ни
