Развод. Я ухожу из твоей жизни - Даша Черничная
Глава 43
Гриша
— У меня к вам предложение! — торжественно выдает Аврора.
За эти дни ее стало чересчур много. Как только мы прибыли в Канаду, она категорически отказалась отпускать нас в отель. Чуть ли не со слезами на глазах умоляла переехать к ней на эти две недели.
Я не хотел соглашаться, так как был уверен: это неспроста.
— Поехали в парк! У нас недалеко крутой современный парк.
Везде и всюду она рядом. Настоящая прилипала. Даже Сеня как-то не выдержал и попросил оставить его в покое.
— Ну чего вы кукситесь, сидите в отеле вторую неделю? — надувает она губы.
— Мы не куксимся, мы отсчитываем дни до того момента, когда сможем уехать домой, — парирую.
— Это просто тупо, приехать в другую страну и ничего не посмотреть!
Доля правды в этих словах есть, с той лишь разницей, что желание смотреть достопримечательности с Авророй отсутствует.
— Прогуляемся, пап? — аккуратно спрашивает Сеня.
— А ты хочешь?
— Я не против.
— Ура! — Аврора хлопает в ладоши и прыгает от счастья.
На следующий день мы выбираемся на прогулку.
Аврора ведет себя странно. Меня не покидают ощущение, что что-то тут не так.
Она порхает вокруг сына, лезет к нему с объятиями. Показуха как она есть. Интуитивно осматриваюсь по сторонам и замечаю папарацци совсем недалеко от нас.
Двое мужчин с камерами, направленными в нашу сторону.
— Аврора, это кто? — киваю на мужиков.
— А, да это репортеры, — отмахивается беспечно. — Я же медийное лицо, вот и снимают.
Вроде как все объяснимо, но не складывается нихера.
Поглядывая на папарацци, идем по парку. Арсений тоже замечает их, отворачивается, чтобы они не фотографировали лицо.
Нет. Мне не нравится все это. И дело не в том, что я не хочу, чтобы меня снимали и каким-то хреном привязывали к Авроре. Тут другое, чувствую это интуитивно.
На выходе из парка те самые папарацци подходят к Авроре и спрашивают на английском:
— Мисс Аврора, мы все отсняли. Когда вы будете готовы дать интервью с сыном? — и кивают на ничего не понимающего Сеньку. — И еще нам надо сделать подводку к шоу.
Аврора обтекает, говорит что-то о том, что свяжется с координатором, и фотографы уходят.
— Я думал, дно пробить невозможно, но ты это сделала, Аврора, — говорю мрачно.
Сеня отходит в сторону, а я беру Аврору за грудки, наклоняюсь. Со стороны наверняка кажется, что мы обычная влюбленная парочка. Я заглядываю в лицо этой змее:
— Какая же ты тварь, Аврора. Вот для чего тебе нужен был сын? Даже для тебя это слишком.
— Мне правда нужна была субсидия!
— Просто ты решила сожрать слона и не подавиться, да? И субсидию получить, и Арсения на камерах засветить.
— Это национальное шоу! Ты не понимаешь! — шепчет с пеной у рта. — Оно принесет мне такую известность, какой не было никогда! Обо мне снова заговорят.
— Охуеть. То есть снова… снова все ради одного и того же, да? Тогда ты бросила его — трехлетку, мать твою! Трехлетку! Ради популярности! А сейчас используешь своего повзрослевшего сына ради нее же.
— Пожалуйста, пойми меня, Гриша, — в ее глазах собираются слезы.
— Даже не подумаю, Аврора. Ты отвратительный человек, а мать вообще конченая. Надо было лишить тебя прав раньше, еще тогда, когды ты съебалась за бугор.
— Что мне сделать? — губы у нее начинают трястись. — Пожалуйста, не связывайся с репортерами, не рассказывай им правду!
Сука, как же больно. Хорошо, что этого не слышит Сеня.
Я отдергиваю от нее руки, мне мерзко касаться этой женщины. Неужели у нее нет ничего святого? Ни капли тепла внутри. Не ко мне! К мальчику, которому она была так нужна.
— Это единственное, что тебя беспокоит? Чтобы твой мыльный пузырь не лопнул?
Аврора моргает, смотрит на меня оленьим взглядом, который совершенно не трогает душу, лишь вызывает отвращение и презрение.
— Сегодня же мы с Арсением уезжаем, — говорю громко и твердо.
— Но как же… ты же обещал!
— Как только я вернусь на родину, — перебиваю ее, — мой адвокат передаст в суд документы на лишение тебя родительских прав.
— Я так просто не сдамся! — угрожает неуверенно.
— Мне плевать, сдашься ты или нет. В конечном итоге я лишу тебя родительских прав.
И не отступлюсь ни на шаг.
— А если ты начнешь ставить мне палки в колеса, я с удовольствием пообщаюсь с канадскими журналистами. Они узнают о тебе много интересных подробностей.
Аврора открывает рот, а я разворачиваюсь и подхожу к Арсению, который делает вид, что любуется елью.
— Поехали домой, сынок?
— В смысле, в гостиницу?
— Нет. Домой.
На лице Сеньки расцветает улыбка:
— Там и Настя наверное вернулась.
Вернулась. А теперь возвращаемся и мы.
Глава 44
Настя
Первая беременность у меня проходила достаточно гладко. Только закончилась плачевно.
Кажется, вторая беременность будет иной, потому что едва приходит утро и я открываю глаза, как тут же чувствую тошноту и срываюсь в туалет.
Меня выворачивает вчерашним ужином. Основательно так, надо сказать, выворачивает.
Умываюсь холодной водой и смотрю на свое отражение:
— Кажется, я легко сброшу килограммы, которые привезла из Тая.
А не хотелось бы. Если честно, мне комфортно с ними. И даже бока радуют. Не завтракаю, да особо и не хочется, на самом деле. Позавчера утром я сдала кровь, сегодня нужно сдать повторно, чтобы посмотреть на ХГЧ в динамике. Хорошо, что лаборатория находится в соседнем доме, — очереди нет, и я быстро возвращаюсь домой, по пути захожу в магазин.
Стараюсь выбрать полезные продукты, ведь врач говорила про сбалансированное и разнообразное питание, вот как раз буду за этим следить.
Шурша пакетами, иду домой, параллельно размышляю о том, что приготовить на завтрак. Прислушиваюсь к себе. Некоторые продукты, даже если просто думать о них, вызывают тошноту. Поэтому, кажется, яйца я зря купила. Омлет как зайдет, так и выйдет тут же.
Поворачиваю за угол и замедляю шаг, присматриваясь: показалось, нет?
Не показалось.
Машина Мити стоит у моего подъезда, а сам он выходит, увидев меня. Я же подхожу ближе, ставлю пакет на лавочку по соседству.
— Давно вернулась? — спрашивает вместо приветствия.
— Нет. Несколько дней назад.
— Я приезжал периодически к твоему дому, но свет не горел. А вчера проезжал мимо, смотрю — горит. Но не стал заходить, было поздно.
Да, это хорошо, что не стал. Мы вроде как все выяснили, а по-дружески общаться уже понятно, что не получится.
— Как отдохнула? Хотя не
