Развод. Цена твоей измены - Ира Дейл
Он уверенными движениями заводит двигатель, выезжает с парковки, встраивается в дорожное движение. Все это время молчит. Я тоже не произношу ни слова. Если честно, не знаю, что сказать, поэтому просто похолодевшими пальцами вцепляюсь в лямки рюкзака, стоящего у меня на коленях. Жду.
Хорошо, хоть недолго.
— Для начала я хочу еще раз извиниться перед вами, — Александр бросает на меня короткий взгляд, прежде чем снова сосредоточиться на дороге. — Знаю, что поступил с вами несправедливо. Даже использовал… — кривится.
— Использовал? — прерываю его и тут же прикусываю язык.
Мне сначала нужно выслушать все, что Александр скажет, а уже потом делать выводы и задавать вопросы.
— Да, — мужчина отрывает руку от руля, трет шею. — Женщина, которую вы видели, моя жена, — он поджимает губы, а у меня открывается рот.
Холодок бежит по позвоночнику.
Александр поцеловал меня при жене?
Стоп.
Девушки в его приемной вроде говорили что-то про “бывшую”. Тут что-то не так.
— Мы находимся в процессе развода, — мужчина развеивает мои сомнения. — И… — он прерывается. — В общем, все сложно, — говорит после небольшой паузы. — Хотя, наверное, вы, как никто, меня понимаете, — уголки его губ ползут вверх.
В этом Александр прав. Я действительно его понимаю, когда дело касается “все сложно”. Но вот, что для меня остается загадкой так это то, чем я могу помочь с первого вида несгибаемому и любящиму решать все проблемы самостоятельно мужчине?
Благо, мне не нужно задавать этот вопрос вслух, потому что Александр продолжает:
— Я сказал Лейле, что у меня другая женщина, — выпаливает.
У меня же в очередной раз открывается рот. Со стуком его захлопываю, привлекая внимание мужчины. Он косится на меня и усмехается. Вот только не проходит и мгновения, как снова становится серьезным.
— Поверьте, если бы у меня был выбор, я бы не пошел на такую… — делает паузу, словно подбирает подходящие слова, — крайность, — вздыхает.
Снова наступает молчание. Такое чувство, что сейчас не только мне не по себе, но и Александру. С первого взгляда, он выглядит уверенным. Отточенными движениями ведет машину, смотрит прямо перед собой. Не сомневается ни в едином своем действии. Вот только, если взглянуть глубже, то в его нахмуренных бровях, заостренных чертах лица, поджатых губах можно увидеть беспокойство.
Похоже, у Александра с почти бывшей женой действительно все плохо, раз об их истории знают даже сотрудники российского филиала, который открылся совсем недавно.
— Но чем я могу вам помочь? — спрашиваю, когда понимаю, что молчание затянулось.
Александр так сильно стискивает руль, что слышится скрип. Плечи мужчины напрягаются, а на щеке появляются желваки. Не сомневаюсь, он раздумывает, позволять ли мне вникнуть в его личные проблемы или лучше не стоит меня тревожить.
Не знаю, к какому выводу приходит. Но, подозреваю, что склоняется к первому варианту, потому что снова тяжело вздыхает, бросает на меня еще один… виноватый взгляд, прежде чем выдать:
— Не могли вы на две недели, пока Лейла в России, претвориться моей девушка?
Открываю рот в третий раз.
Я ожидала всего, чего угодно, но только не этого.
— Я понимаю, что моя просьба переходит все границы, но… — мужчина снова трет шею. — В общем, я сегодня увидел вас и выпалил Лейле “правду” о наших отношениях. Если вы согласитесь подыграть мне, то буквально спасете меня. Но, конечно, если вам очень некомфортно, то я не буду настаивать.
Александр замолкает, смотрит прямо на дорогу, плотно стискивает челюсти. Похоже, дает мне возможность все обдумать. Только даже если бы мысли не напоминали кашу, вряд ли бы я ответила что-то путное. Все слишком неожиданно, чтобы я могла дать внятный ответ.
Мне нужно подумать… нужно все взвесить.
С одной стороны Александр помог мне. Действительно помог. Хочется отплатить добротой на его доброту. Но с другой — он женат, я замужем. Это все… неправильно.
Мой телефон так неожиданно пиликает, что вздрагиваю от неожиданности.
Желудок тут же скручивает от нехорошего предчувствия, поэтому я не останавливаю себе, когда понимаю, что дрожащими пальцами расстегиваю рюкзак. Роюсь в нем, пока не нахожу гаджет.
Вот только стоит мне его достать, разблокировать и открыть сообщение, пришедшее с номера Германа, телефон тут же выскальзывает из пальцев.
Крик застревает в груди. Перед глазами, хоть я и не вижу экран, все еще стоит фотография, которую прислал мне муж. На ней Герман вместе с Алесенькой. Вроде бы ничего особенного, но на малышке розовые бантики, которые я сегодня так старательно завязывала на ее каштановых волосиках, когда отправляла дочку в садик.
Глава 40
— Алена, что с вами? — искреннее волнение звучит в голосе Александра.
Перед глазами темнеет, дыхание застревает в груди.
Все еще не могу поверить в увиденное. Но фотография, на которую я всего пару секунд назад смотрела, застряла у меня в голове. Я вижу каждую черточку лица своей малышки. Прекрасно помню, что она не улыбается и знакомого блеска в ее карих глазках нет. Зато муж выглядит… довольным. Такой широкой ухмылки, демонстрирующей белоснежные зубы, которыми он с удовольствием вцепился бы в мое горло, я давно у Германа не видела.
Сердце пропускает удар. Еще один. И еще…
Горло перехватывает. Глаза наполняются слезами. Паника захватывает мозг.
Что же делать? Что делать?
Меня так резко ведет в сторону, что я не успеваю сориентироваться и врезаюсь плечом в дверцу. По идее, мне должно было стать больно, но… я ничего не чувствую. Пустота расцветает в мыслях… в теле… в груди.
До меня доносится визг тормозов, но и на это я не реагирую. Лишь ощущаю, как ремень врезается мне в грудь. Просто смотрю перед собой, ничего не видя.
— Алена, посмотри на меня, — грубый голос проникает в разум.
Обычно у меня прошелся бы холодок по позвоночнику от такого тона, но не сейчас… сейчас я могу лишь сидеть и моргать. Кажется, если вдруг пошевелюсь, то истерика накроет меня с головой. Зато пока не двигаюсь, могу оставаться спокойной.
— Алена, — строго произносит Александр, хватая меня за плечи и разворачивая к себе. Встречаюсь с его голубыми глазами. Вздрагиваю. Они почти такие же, как у моего мужа, только светлее. Мужчина, видимо, считывает мою реакцию, поэтому хмурится, но меня не отпускает. — Что случилось? — всматривается в мои глазах.
Невольно открываю рот в желании поделиться, но тут же захлопываю его. Если я не произнесла все вслух, то, может быть, это неправда. Да?
— Вы из-за моего предложения так реагируете? — настоящая тревога плещется в
