Невеста для принца - Дж. Дж. МакЭвой
Ну и бардак.
В груди стало тесно. Вцепившись в спинку стула, я посмотрел на него. У брата, лицо которого стало мрачным и бледным, были мешки под глазами, появившиеся, будто из ниоткуда. Его плечи поникли, взгляд уперся в стол.
— Почему ты мне ничего не сказал?
— Он попросил не говорить. Об этом не знает никто, кроме матушки, доктора Шульца и меня, — прошептал Арти. — Я хотел сказать тебе. Но часть была уверена, что он сможет преодолеть эту болезнь, как всегда все преодолевал до этого. Он король. Он управлял Эрсовией без промаха. Как он может не победить? Как он может быть болен, думал я. Все, что я знаю, я узнал от него. Я смотрел, как он посвящал свою жизнь семье и стране. Это его гордость и радость что мы такие, какие есть. Как я мог ему сказать, что это по его вине у нас проблемы? Что весь тяжелый труд развалился в его собственных руках? Это бы его сломило.
С каждым новым поколением груз ответственности становится тяжелее; эта черта жизни королевских особ для меня была невыносима. Никто не желает стать королем, который потеряет королевство. Никто не хочет стать последним королевским поколением. Это было слишком тяжелым бременем, и я всегда старался избегать всего, что могло бы отяжелить мою жизнь еще больше. К своим без пяти минут двадцати семи годам я был волен ходить куда угодно и делал, что только желал… в пределах разумного. И я знал, что это было возможно только благодаря отцу и брату, которые взвалили все семейные дела на свои плечи. Но сейчас отец был болен, Арти, вероятно, не мог больше ничего сделать.
Я буквально слышал глубокий голос своего деда на задворках моего сознания: «Что я тебе говорил? Чем дальше ты бежишь от своего долга, тем уже становится дорожка».
Наконец-то я услышал биение своего сердца. Оно было громким и мучительным; просило поступить правильно, бескорыстно.
Но я не хотел его слушать.
— Я подумаю над этим, — вздохнул я, покачав головой. — Не важно, на ком жениться.
— На ком угодно? Даже на Леди Еве Кадмор?
— Боже милостивый! — скривился я; по коже побежали мурашки.
— Я просто шучу, — у него хватило наглости сказать это с легкой улыбкой на лице. Но все же он выглядел подавленным.
— Сейчас не время для шуток. Я на грани срыва. Это не так просто, — проворчал я, потирая виски. — Кто она? Хотя, лучше не говори. Если не будет другого выхода, просто напои меня и придерживай у алтаря.
— Во-первых, не уверен, что в таком случае это будет легитимным союзом. Во-вторых, что тебе нужно, чтобы мы продвинулись дальше в решении этой проблемы?
Я понимал — он хотел, чтобы я просто сказал «да». Часть меня знала, что я должен согласиться во благо семьи и короны, но язык не поворачивался.
— Не знаю. Определенно, я хотел бы встретиться с этой женщиной несколько раз. Для нас же обоих будет лучше, если мы хотя бы познакомимся. Что тебе о ней известно?
— Я мало что знаю кроме имени и состояния.
Я удивленно приподнял брови.
— Ты ничего о ней не знаешь? Но как? Из какой она семьи? Может, я о ней уже слышал?
— Сомневаюсь. Она не из Эрсовии.
— Немка?
Он покачал головой.
— Холодно. Бери западнее.
— Француженка. Хуже быть не может.
— Еще западнее.
Я помолчал мгновение.
— Насколько западнее?
— Северная Америка.
Ради всего святого!
— Американка? Просто гениально. Всегда мечтал стать абсолютным клише. Все знают, что на американских наследницах женятся только по той причине, что нужны деньги. С таким же успехом я мог бы выбить себе на лбу «золотоискатель».
— Если принц Англии может жениться на американке (Примеч. имеется в виду женитьба принца Гарри на американской актрисе и модели Меган Маркл), то и ты сможешь, Гейл, — настаивал он.
— Мы не в Англии. И она не была наследницей.
— А разница?
— Американская культура и американская культура богатых — совершенно разные вещи.
— Не будь снобом, — ответил он, но не мог не признать мою правоту.
— Отлично. Она Хилтон или вроде того? Ты знаешь ее имя?
— Одетт Винтор. Одна из наследниц «Этеуса».
— «Этеус»? — я слышал об этой компании. — Но ведь основателями были…
— Блэки, — закончил он за меня и кивнул. — Да, верно. Для тебя это внезапно стало проблемой?
— Нет, — я проигнорировал последнюю часть его комментария. — Но с учетом текущей политической ситуации и того, что они за люди, на кой черт им соглашаться? Что они получат с титула, который ничего не значит?
— Вряд ли она была замужем за принцем. Может, у нас нет фактической власти, но мы влиятельны, не только здесь, но и во всей Европе.
Я хотел поинтересоваться, понимал ли он, что нашим влиянием были слухи о нас? Если понимал, тогда он прав. Все любят слухи о королевских особах, и британцы всегда принимали на себя основной удар в этом плане. Но в пределах Европы мы были второй по сплетням династией. Кто что из себя что представляет? Кто давал больше? Кого где видели? И самое отвратительное — кто с кем встречается? Елиза целый год отказывалась покидать страну, потому что как-то она сфотографировалась с датским принцем, и внезапно Парламент и вся нация подняли шумиху из-за этого. Все это пристальное внимание, все это суждение — ради чего? Единственными людьми, которые добровольно присоединялись к этому цирку были либо женщины, одержимые примкнуть к аристократии, либо люди, у которых не было выбора.
Ни то, ни другое я не хотел видеть в своей жене.
Глава 2
Одетт
— Мама, прошу тебя, пожалуйста, прошу, не начинай.
В этот момент я готова была упасть на колени и умолять ее. Но пока мы еще находились в машине, единственное что я могла сделать — сложить руки в мольбе. «А это неплохая идея». Я закрыла глаза.
— Отец небесный…
— О, да расслабься! — прикрикнула она, хлопнув меня по рукам. — Не трать время Господа. Я со всем разберусь.
— Об этом я и беспокоюсь, мам!
Но вместо того, чтобы обратить внимания на мои слова, она наклонилась вперед и посмотрела в зеркало, которое пристроила к спинке сидения, и принялась за свои
