Бывших предателей не бывает - Екатерина Крутова
Хозяин «Бурбон и ваниль» дернулся было остановить старика, но тот лишь покачал головой и покинул кофейню, унося в картонном стаканчике цветочный аромат с нотками французского дуба.
А потом были и другие посетители. Те, кто каждый день заходили сюда за кофе, теперь заглядывали по другой причине. Кто-то задавал вопросы, кто-то смотрел с интересом, а некоторые также оставляли чаевые — неожиданно щедрые, в сравнении с предыдущими визитами. Максим пытался возражать, но Оксана тихо сказала:
— Это не жалость. Это — благодарность. Не отнимайте у людей возможность сделать добро. Деньги — способ сказать «спасибо» — за кофе, за солнышко на стаканчике, за человеческое отношение и то, что вы есть.
— Я никогда не искал благодарности. Просто живу и работаю… — он выглядел удивленным и смущенным, садясь за столик к Марго и задумчиво потирая подбородок.
— К сожалению, крайне мало людей, которым достаточно быть собой, чтобы сделать мир лучше. — Девушка нежно коснулась мужской руки. Наверно, впервые в жизни Марго была свидетельницей доброты, которая, отданная безвозмездно, возвращается сторицей к ее владельцу. И все происходящее сильно напоминало чудо.
* * *
Они вернулись в «Бурбон и ваниль» уже под вечер, после нервного повторения показаний в полиции и заполнения всех бумаг. Повесили на дверь табличку: «Закрыто на частное мероприятие». Сдвинули столы, чтобы хватило места всем участникам стратегической операции по деактивации противника. Заварили самый большой чайник с бодрящим бергамотом и запаслись стопкой бумаг для заметок и коробкой карандашей.
Гости прибыли без опозданий. Первой, как и предполагала Марго, приехала Алена Фаркас — как всегда, безукоризненно элегантная в строгом брючном костюме, с ноутбуком и подготовленной распечаткой ключевых моментов дела. Следом примчала Крис, с целым пакетом заживляющих мазей, «невидимых» пластырей, витаминов и бутылкой «мартини» для «лечения душевных ран». А вот к спутнице Дани Маргарита оказалась не готова.
Не уступающая Алене в элегантности, но явно превосходящая ее стоимостью вложений во внешность, следом за Кристиной и ее братом в кофейню вошла Настя Сомова. Давняя соперница и единственная официальная жена Олега Вольского была безупречно красива и откровенно богата. Одного взгляда хватало, чтобы понять: эта женщина стоит дороже всех активов кофейни вместе с годовой прибылью. На руках Анастасия держала миниатюрную собачку-мальтипу, которая тут же огласила кофейню радостным приветственным лаем.
— Можно, я спущу Бусинку? Она девочка воспитанная, ничего не испортит без разрешения хозяйки, — низкий, с легкой хрипотцой голос удивительно гармонировал с холодной внешностью прекрасной блондинки.
— Конечно, — разрешил Максим, а после добавил. — Похоже, сегодня в кофейне финал конкурса «Мисс Вселенная».
— Скорее встреча обладательниц Гран-при, — поправил мужчину Данька, уже помогающий Настя снять легкое кашемировое пальто.
— Рада познакомиться вживую, Анастасия. — Подавляя неловкость и застарелую неприязнь к бывшей сопернице, Марго протянула забинтованную ладонь. — Спасибо, что приехала.
— О, это не альтруизм, отнюдь. — Москвичка широко улыбнулась, пожимая руку с силой, от которой порезы заныли. — У нас с Аликом давние счеты, а возможность прижать гада к ногтю показалась мне отличной и вдохновляющей. Давно пора показать силу КОБР в действии, как считаешь? Вижу, Вольский дошел и до рукоприкладства?
Не спрашивая разрешения, Сомова кончиками пальцев приподняла челку Бестужевой, разглядывая прикрытый пластырем порез.
Кристина, наблюдающая за происходящим, хмыкнула, привлекая внимание:
— Ну раз знакомство состоялось, цели определены, давайте начнем. А то наша госпожа-юрист уже жаждет приступить к планированию казни. Гляньте, как у Алены глаза горят, точно у палача, влюбленного в свою работу.
Алена Фаркас, и правда, разложив перед собой документы, смотрела на собравшихся с сосредоточенностью хищной птицы, высматривающей добычу.
— Итак, — ее уверенный и ровный тон, сразу придал встрече серьезность судебного заседания. — У нас есть состав преступления: вымогательство под видом коллекторской деятельности. Есть доказательства: договор с МФО, факт угроз, зафиксированный косвенно через показания владельца бизнеса. Прикрепим к делу вчерашнее заявление о нападении, порче имущества и причинении вреда здоровью. Но есть нюанс.
Она сделала паузу, обводя взглядом присутствующих.
— Вольский неглуп. Он исчез. А чтобы дело было крепким, а задержание быстрым, нам нужна дополнительная информация, которая, возможно, есть у той, с кем он проживает. Но она, судя по всему, пока на его стороне.
— А что, если нет? — неожиданно спросила Настя, небрежно поглаживая устроившуюся на коленях собачку. — Девочка напугана, обманута и понятия не имеет, как выбраться из этого дерьма. Я тоже когда-то была такой. Любовь — страшная штука. Данечка, без обид.
Сомова кокетливо подмигнула футболисту. Брат Кристины и бровью не повел, пребывая в свойственной молодости уверенности в собственной уникальности.
— Я пыталась с ней говорить, — тихо сказала Маргарита, сжимая под столом кулаки так, что порезы заныли с новой силой. — Но Ляна в истерике, и я для нее — причина всех бед.
— Истерика — защитная реакция, когда картина мира рушится, — заметил Максим, до этого молча наблюдавший за собранием из-за стойки. — Ей не к кому обратиться и не на что опереться, только на его ложь.
— Значит, дадим ей другую опору и покажем, что его вранье — это карточный домик. — Подалась вперед Алена, — твои «кобры» ведь собрали на него компромат, Настя?
Все взгляды обратились к блондинке. Сомова достала смартфон, выложила на стол и включила файл, очень похожий на школьную презентацию проекта — только здесь с экрана смотрели фото миловидных девушек, а на странице каждой была информация о датах и продолжительности общения с Вольским, деталях разрыва и фактах махинаций.
— Мою историю вы знаете. У Карины, это его третья жертва, Алик занял деньги под предлогом инвестиции в совместный бизнес, а через месяц укатил с другой на Мальдивы. А вот это Мишель, мы с ней так сдружились, что вместе летаем в Италию на шопинг, и она тоже любит собак. Так вот, Мишу наш кобелино пытался шантажировать интимными фотографиями после того, как она отказалась продолжать отношения…
Настя недоговорила. Дверь кофейни распахнулась, громко хлопнув табличкой «Закрыто на мероприятие».
На пороге стояла Ляна, растрепанная, заплаканная она напоминала загнанное, попавшее в ловушку животное.
— Вы! — хриплый крик разрезал воздух. Девушка уставилась на Марго. — Это вы во всем виноваты! Он пропал! Не отвечает! Заберите заявление, и Алик вернется! Я знаю, что вернется! Он… он любит меня, — выдохнула Ляна уже не как обвинение, а мольбу, последнее заклинание, которым пыталась успокоить саму себя, и совсем на выдохе прошептала, — у нас ребенок…
Маленькая собачка, точно почувствовав, кому сейчас больнее всего, соскочила с колен хозяйки и, забавно виляя пушистым задом, подскочила к всхлипывающей девушке, чтобы ткнуться ей в ногу теплым носом.
— Это чья? —
