Навсегда моя - Инна Инфинити
Боясь новой неподобающей реакции своего тела, я снимаю с себя руки Севастьяна и отхожу на шаг назад. На помощь приходит Нина Арсеньевна, начав тараторить:
- Я так рада, я так рада, - она целует Оскара в щеки. - Какой же ты миленький, славненький. Господи, у меня есть внук! Как я счастлива!
Оскара уже утомили ее лобызания, поэтому он, сморщив носик, вырывается из объятий бабушки. Нина Арсеньевна поднимается на ноги и подходит ко мне.
- Элла, дорогая, - обнимает меня. - Что же ты раньше не сказала?
- Я сказала Севастьяну, когда забеременела.
- Да? - удивленно на меня смотрит. Затем переводит взгляд на своего сына. - Сева, так ты знал?
- Да, Элла сразу сказала мне о беременности, - видно, что Сева чувствует себя виноватым перед своей мамой. Опустил голову. - Прости, мам. Тогда были определенные обстоятельства.
Нина Арсеньевна задумчиво кивает головой. Она много лет была женой настоящего бандита. Думаю, она понимает о каких обстоятельствах идет речь.
- Давайте к столу, - предлагает Севастьян.
Нина Арсеньевна демонстративно отворачивается от своего сына, игнорируя приглашение к столу:
- Зайчик, а у меня для тебя кое-что есть, - обращается к Оскару. - Ты же любишь машинки?
Сын кивает.
- А пойдем я покажу тебе новые машинки.
Глаза Оскара загораются огоньком любопытства и предвкушения.
Я ухожу вместе с Ниной Арсеньевной. Она достает из своей машины большой пакет из «Детского мира». Определённо это расположит Оскара к новой бабушке. Сын с довольным видом достает новые машинки и сразу ими увлекается. Нина Арсеньевна играет с Оскаром, я нахожусь с ними. Севастьян сидит один в беседке, и в какой-то момент мне даже становится его жалко.
- Оскар, не хочешь кушать? - спрашиваю ребёнка.
- Хочу!
- Пойдёмте к столу?
Нина Арсеньевна кивает.
Мясо уже почти остыло, и Сева снова разогревает его на мангале. За ужином напряжение почти сходит. Да и, конечно, не будет Нина Арсеньевна долго обижаться на Севастьяна. Он ведь ее сын.
Я получаю удовольствие от вечера. У нас царит добрая дружественная атмосфера. Нет скрытой неприязни и токсичности, как было бы, если бы я приехала на барбекю к семье Ильи. Нина Арсеньевна не выпускает Оскара из рук. Она усадила внука к себе на колени и кормит его из ложки, несмотря на мои протесты. В свое время мне было тяжело приучить Оскара есть самостоятельно, полноценно он стал это делать, только когда пошел в садик. Но и то, нет-нет, да ждет, что я покормлю его с ложки. И вот Нина Арсеньевна сейчас его разбалует, и дома Оскар снова не будет есть сам.
Но я не могу долго сердиться на маму Севастьяна. Это ее время с внуком, о котором она узнала совсем недавно. Нина Арсеньевна насмотреться на него не может и постоянно вытирает слезинки из уголков глаз. Я не выдерживаю, пересаживаюсь на стул рядом с ней и обнимаю.
- Эллочка, это такое счастье. Ты не представляешь, как я счастлива.
- Да, Оскар замечательный.
- Он просто чудесный ребёнок. Такой славный.
Раздается звонок в калитку.
- Это Герман, - поясняет нам Севастьян и идет открывать.
- Вы знаете, кто это?
- Да, давний друг Севы. Они в юности в футбол вместе играли.
Я даже не знала, что в юности Сева играл в футбол.
Во двор заходит мужчина лет тридцати пяти или тридцати шести. Одет в джинсы, джемпер и легкую куртку. Но видно, что деловой и важный. Он кивает нам с улыбкой и увлекается разговором с Севастьяном.
- Герман был на вашей свадьбе, - говорит мне Нина Арсеньевна.
- Я никого не знала на нашей свадьбе.
- Герман, как дела у Лены? - громко спрашивает его Нина Арсеньевна.
Герман отвлекается от разговора с Севой и поворачивает к нам голову.
- Мы развелись в прошлом году.
Нина Арсеньевна ахает.
- Да ты что!
- К сожалению.
Герман снова отворачивается к Севе. При словах о разводе в выражении его лица ничего не изменилось.
- Ой, как неудобно получилось, - взволнованно шепчет Нина Арсеньевна.
- Ничего страшного, вы же не знали про их развод.
Оскар соскальзывает с колен бабушки и убегает к своим машинам на лужайке. Мы с Ниной Арсеньевной остаемся вдвоем. Подул ветер, и я застегиваю куртку на молнию. Одним глазом слежу за сыном, чтобы не стягивал с себя шапку.
- Из друзей Севы Герман мне больше всех нравился, очень приятный был мальчик. С детства было видно, что из него выйдет толк.
- Я совсем не помню его на нашей свадьбе. Он был с женой?
- Да, с Леной. У них не было детей, хотя были женаты давно. Может, поэтому развелись. - Нина Арсеньевна переводит взгляд на Оскара, играющего с большой бетономешалкой. - Какое счастье, что ты родила от Севы сына!
Я не знаю, насколько Нина Арсеньевна погружена в подробности наших с Севастьяном отношений. Тогда она не знала о том, что у нас фиктивный брак.
- Но мы с Севастьяном не вместе, - решаю на всякий случай прояснить ситуацию. А то вдруг она подумала, что я вернулась к ее сыну. - У меня есть молодой человек. Он тоже актер. Просто Сева изъявил желание общаться с Оскаром, а я не препятствую.
Нина Арсеньевна тяжело вздыхает.
- Я понимаю тебя, Элла, - говорит с грустью. - Такого мужчину, как мой сын, сложно любить.
Мы замолкаем, погружаясь каждая в свои мысли. Однако как точно Нина Арсеньевна подметила. Севастьяна вот именно что сложно любить.
- Сева многое унаследовал от своего отца, моего покойного мужа, - Нина Арсеньевна продолжает после паузы. - Знаешь, я много раз собирала вещи, брала детей и уходила от Саши. Я просто больше не выносила такой жизни. Он мог не прийти домой. Или мог прийти домой ночью весь в крови. Не в своей, а в чужой. На мои вопросы не отвечал.
Меня передергивает, когда я представляю такую картину.
- Зачем вы это терпели?
- Я не терпела. Я забирала детей и уходила. У меня была своя небольшая квартира. Один раз я ушла от Саши надолго. Мы не жили вместе почти два
