Однажды влюбившиеся вдвойне пугливы - Хлоя Лиезе
Но не всё так просто. Вот почему я сейчас здесь, тренируюсь с ней.
К этому нужно привыкнуть, обсудить это с ней, раскрыть те стороны себя, которые я обычно тщательно скрываю. Это ощущается как тот раз, когда я проходил проверку в аэропорту, и мой багаж был случайным образом выбран для тщательного досмотра. Мне нечего было стыдиться, я ни в чём не виноват, но я всё равно чувствовал себя неуютно, наблюдая, как распахивают мой чемодан и выставляют на всеобщее обозрение мои личные вещи.
Я не привык к такому чувству, особенно когда дело касается женщины, которая мне нравится. Но это не значит, что это плохо. Это просто значит, что это... тяжело.
Джульетта сжимает мою руку.
— О чём ты задумался?
— Прости. Я... обдумываю свой ответ.
— Не торопись, — говорит она. — Я никуда не ухожу.
Джульетта запрокидывает голову, чтобы посмотреть наверх, над нами. Я тоже поднимаю взгляд, совсем ненадолго. Последнее, чего я хочу — это споткнуться на тротуаре, когда Джульетта висит у меня на руке.
Деревья над головой раскачиваются на ветру, лимонно-зелёные листья и грязно-коричневые ветви танцуют на фоне неба. У меня сохранилось яркое воспоминание о том, как я прогуливался по этому району города, когда впервые приехал сюда учиться в колледже, смотрел вверх и наблюдал за колышущимися на ветру листьями, за гобеленом из драгоценных камней — перидота, украшенного золотом, бронзой и рубинами. Самое начало осени, которое никогда бы не сравнилось по великолепию с осенью на севере штата, но было по-своему прекрасно.
Мой взгляд скользит вниз, к Джульетте, и её глаза всё ещё устремлены в небо. Она выглядит такой умиротворённой, такой задумчивой. Я хочу знать, о чём она думает, что чувствует, чему удивляется. Я так много хочу знать.
Единственный способ узнать что-то из этого — это если мы поговорим, если я буду смелым и решусь на уязвимость, как это делает она. И она смелая. Я таил в себе подростковую обиду, которая заставляла меня всю сознательную жизнь открещиваться от романтики. Судя по тому, что она мне рассказала, всего год назад она прошла через ад с человеком, которого любила, и вот она здесь, уже пытается снова завести роман.
Джульетта ведёт себя храбро, и, чёрт возьми, я собираюсь быть таким же.
— Я думаю, нам стоит попробовать и то, и другое, — наконец говорю я ей.
Она смотрит в мою сторону, не сводя с меня глаз, пока слушает.
— Я думаю, что по умолчанию, — говорю я ей, — мы оба должны просто... пойти на это. Но когда я буду испытывать трудности...
— Когда кто-то из нас будет испытывать трудности, — поправляет она.
— Это я учусь ездить на велосипеде, — напоминаю я ей.
Она приподнимает брови.
— А я та, кто будет с него падать.
Я киваю, соглашаясь с этим.
— Когда кто-то из нас будет испытывать трудности, мы поговорим об этом. Как тебе такой вариант?
Джульетта улыбается.
— По-моему, это звучит идеально.
Я смотрю на неё, когда она снова переводит взгляд на небо, привлечённая криками двух птиц, которые описывают дугу и устремляются к облакам. Ветер треплет её волосы вокруг лица. Я хочу провести по ним руками, почувствовать их прохладу и мягкость на своих пальцах.
Она замечает, что я смотрю на неё, и наклоняет голову.
— Что такое?
Я смотрю на неё, солнце сверкает в её глазах, тёмные волосы развеваются на ветру, на щеках всегда появляются ямочки.
— Просто ты выглядишь... совершенно очаровательно.
Её щёки слегка розовеют. Она поворачивается и смотрит перед собой, следя за тем, куда идет.
— Да, это меня здорово тронуло. Отличная практика флирта.
Я не говорю ей, что даже не собирался этого говорить, что мой мозг думал об этом, а мой рот просто сказал это.
Я не говорю ей, что я вообще не пытался тренироваться.
***
— Какое твоё любимое время года? — спрашиваю я.
Мы направляемся к дому Джульетты, после того как я почувствовал, что её шаги во время нашей прогулки по парку становятся всё медленнее. Я предложил подвезти её домой, но Джульетта ответила, что день слишком прекрасен, чтобы проводить его в машине. Поэтому вместо этого я провожаю её домой — она живёт недалеко от кафе, где мы встретились.
Она пристально смотрит на меня.
— Моё любимое время года? Весна.
— Почему?
Она улыбается в мою сторону, когда мы сворачиваем за угол в следующий квартал, минуя полосу живых изгородей, которые стоят, как часовые, защищая высокие особняки.
— Это время надежды и новых начинаний, — говорит она. — Жизнь обещает стать светлее и прекраснее. Повсюду зелёная трава, свежие цветы и пышные сады. Я обожаю цветы и сады, но всё, что у меня есть в квартире — это несколько ящиков на окнах и несколько комнатных растений. А как насчёт тебя?
В моей голове всплывает образ Джульетты, идущей по полю с дикими цветами домой, мимо ухоженных садов, по дорожке к моему дому. Она стоит под шпалерами с розами и глициниями, обрамляющими брусчатку, ведущую к моей входной двери. Я с трудом сглатываю.
— Весна, — тихо говорю я ей. — Я тоже люблю весну.
Она улыбается.
— Весеннее превосходство. Спасибо!
Дверь соседнего дома — на первый взгляд, ветхого — распахивается, привлекая внимание Джульетты, и улыбка сползает с её лица.
И в этот момент Джульетта резко дёргает меня к живой изгороди.
Глава 9. Джульетта
Я не думаю. Я реагирую. Из чистой паники.
Мы с Уиллом заваливаемся сквозь живую изгородь, и колючие ветки царапают мою кожу.
Я тащу его за собой, потому что, хотя мне и удаётся спрятаться, слегка пригнувшись, он такой высокий, что его голова торчит над изгородью. Угораздило же меня выбрать великана для тренировок в романтике.
— Джульетта, что ты...
— Это моя сестра, — шиплю я на него. — И Кристофер.
Уилл выплёвывает листочек изо рта.
— Я думал, мы договорились, что не будем прятаться.
