устала. Еще и упала где-то у вас в Москве неудачно… Тоже спит. Вон ее комната, где и была. А лучше давай на кухню. Чаю тебе пока заварю. Я прохожу, снимаю ботинки и тихонько крадусь в Надину комнату, отказавшись от чая. Сажусь к ней на кровать. Провожу рукой по волосам моей девочки, которая спит совсем как ребенок. — Ты мне снишься? — она открывает глаза и удивленно на меня смотрит. — Нет, я приехал, потому что ты у меня кое-что забыла. — Ценный веник, — слышу я от двери голос Надиной мамы. — Какой веник, мам? — Надя садится на кровати. — Мама шутит, Надюш. Это как в «Иронии судьбы». Правильно, Зинаида Андреевна? — Правильно. Пошутила я, потому что сидит Глеб точно, как в кино. Правда, приехал он не из Питера в Москву, а наоборот, но это неважно. Приехал утром. А ты спишь. Ну точь-в-точь! — Мамуль, там Надя приезжала, а не Глеб… — Надя трясет головой. — Ну вас, запуталась я. Что-то случилось? — это вопрос уже мне. — Телефон. Я привез твой телефон. Хоть и битый, но там может чего важное. И еще кое-что привез. — Я еще что-то забыла? — Да. Много лет назад. Я достаю из кармана коробочку, в которой лежит Надино обручальное кольцо. — Не уверен, что оно тебе еще нужно. Но я был бы очень счастлив, если бы ты его забрала обратно. — Я становлюсь на одно колено возле кровати. — Надя, я тебе второй раз делаю предложение. Но учти, что сейчас уже окончательно и надолго. Я все понимаю: у тебя здесь родители и все такое… Но тот дом я начинал строить для тебя. Будь в нем хозяйкой. И езди в Питер столько, сколько тебе будет нужно. В этот раз всё всерьёз! — Надь, по-моему, он исправился. Тебе стоит рассмотреть его предложение и дать ему второй шанс, — моя теща мне подмигивает. Ага, она на моей стороне, и это просто отлично! — Хорошо, — шепчет Надя, — давай попробуем. Она улыбается. Пожалуй, впервые за сутки. А я чувствую себя полным идиотом. Влюбленным, счастливым идиотом.
Эпилог. Надя
Мы не просто поженились — мы обвенчались в той самой церкви, которую, как обещал, помог отреставрировать Глеб. Конечно, он организовал для папы операцию. Врачи сказали, что еще б чуть-чуть и было бы поздно… Но, Слава Богу, папа выкарабкался. Успели. Первое время я жила на два города. С работы уволилась, но к родителям ездила часто. Все решило рождение сынишки. Мама сама сказала: — Хватит, переезжаем! Мы хотим видеть внука не настолько редко. Так я окончательно стала москвичкой. Но Питер навсегда останется в моем сердце. Мы все равно ездим туда всей семьей. Погулять по любимым улицам, посидеть в кафе, зайти в музей… Михалыч нам, как и раньше, помогает. Правда, я многое в доме поменяла — в нем явно не хватало женской руки. О Прохоре с его компанией стараюсь не вспоминать. Но знаю, что их отправили служить, как и обещал отец. Владимир Сергеевич даже однажды приезжал в гости. Извинялся. Мы были вежливы. Тем не менее, отношения не поддерживаем — нам с Глебом обоим этого не хочется. Ксения? Она все-таки в итоге развелась. Без денег ее брак продержался недолго. Сейчас папа ей ищет нового жениха. Но я больше не являюсь претенденткой на роль Ксюши. Надеюсь, ей хватит ума не просить сыграть ее другую подружку.
