Бывший. Ты не узнаешь о дочери - Ада Гранатова
— Ты не права. Люди часто ошибаются, и где бы мы были, если бы не давали второй шанс? Я не обманывал тебя на протяжении месяцев… это случилось один раз. Это не умаляет мою вину, я переступил черту, захотел посмотреть, как низко могу опуститься…, но поверь, я больше не захочу никогда так обжигаться. Мне нужна только ты, и всегда нужна была, просто я поздно это понял.
Мне кажется, пока он говорит свою пронзительную речь, в ресторане перестаёт играть музыка, и все прислушиваются к нашему столику. Я встаю и шумно отодвигаю стул. Ухожу, но сворачиваю не в сторону номеров, а к побережью. На пляже никого нет, впереди только тёмное море, сильные волны и ветер… А мне как раз нужно прийти в себя и отдышаться.
Марк появляется через минуту. Становится рядом и продолжает говорить, как будто и не прерывался:
— Давай отпустим прошлое, построим все заново? Просто представь, что я незнакомый тебе человек! И это будет наш первый день знакомства, — протягивает мне руку.
Я пытаюсь усмехнуться, криво выходит. Качаю головой:
— У тебя всегда все так просто. Нет, Марк, ты не можешь быть мне незнакомым, ты тот, кто меня однажды предал. И всегда им будешь.
Марк опускает голову вниз и тяжело дышит. (Даже сквозь ветер слышно).
— Хорошо, — говорю я неожиданно (даже для самой себя) — давай я у тебя на глазах пересплю с другим, а потом задам тебе тот же вопрос: сможешь ли ты меня простить?
Марк некоторое время напряжённо на меня смотрит, затем скрещивает руки и произносит:
— Я, итак, наблюдаю, как ты спишь с другим, уже полгода.
— Это другое! Я делаю это не у тебя на глазах!
— От этого не менее больно! — рычит на меня.
Начинает капать дождь. Марк подходит ко мне, снимая на ходу свой пиджак (видимо, чтобы укрыть меня).
Я хочу сказать: «Не надо, я уже иду в номер», но он наклоняется и целует меня. Не успеваю ничего сделать… Пиджак был отвлекающим маневром.
И это похоже на гром среди ясного неба. Забытое ощущение его губ.
Забытое шевеление внутри, которое разливается теплотой по всему телу… Я отвечаю на его поцелуй и вспоминаю об очень многих вещах, о которых успела забыть (или спрятать в своём сердце). Например, о том, что целоваться можно просто так. Без какого-либо намёка на продолжение. Поцелуй может быть хорош сам по себе. Мне всегда нравилось, как Марк меня целует… Только я стёрла это из памяти.
Дождь расходится все сильнее, Марк прерывает поцелуй, берет меня за руку, и мы вместе бежим в отель.
За это короткое время (потому что приходится бежать довольно быстро) я успеваю прийти в себя и избавиться от минутного помутнения в рассудке. То ли дождь охладил мое тело, то ли просто волшебный случайный момент был упущен.
Марк подводит меня к двери своего номера, и я довольно искренне улыбаюсь от его самоуверенности. Думает, я пересплю с ним? И все? Счастливая семья будет?
Марк смотрит на меня, и мне даже говорить ничего не приходится, видимо, он улавливает мое настроение, снова берет за руку и провожает уже до моего номера.
— Спокойной ночи, — говорит так, что это больше похоже на вопрос, чем на пожелание.
— Спокойной ночи, — отвечаю и захожу в свой номер.
Глава 25. Элина
На следующий день мы встречаемся за завтраком, и оба пытаемся делать вид, что ничего и не произошло. А по сути, ведь, правда, ничего не произошло.
Поцеловались один раз… Это же ничего не значит.
Но видимо, у нас плохо получается делать безразличные лица, потому что Настя попеременно смотрит то на меня, то на Марка и строго спрашивает:
— Что случилось?
— Ничего, не случилось, кушай.
— Не хочу… хочу, чтобы вы помирились, — срывается с губ Насти, она морщит лоб. А мы с Марком грустно смотрим друг на друга. Не буду уточнять, какое «помирились» она имеет в виду, скорее всего, просто Настя заметила напряжение между нами и подумала, что мы поссорились.
А так ее родители никогда не были вместе, и я уверена, что когда она вырастет, то поймёт меня.
После завтрака мы едем в зоопарк, потом купаемся на море, и все это в таком же напряженном молчании. Настя капризничает больше обычного, я злюсь и хочу уже уехать домой. Когда укладываю ее на дневной сон, сама с облегчением откидываюсь на кровать и думаю…
Вчера я долго не могла заснуть, боролось с желанием надеть легкий халат и прийти к Марку в номер. Без каких-либо намеков на серьёзные отношения, конечно. Мне просто хотелось провести вместе ночь, всего лишь одну ночь…
Наш поцелуй как будто что-то разбередил внутри меня. И хоть я взяла себя в руки и преодолела вчера искушение, напряжение осталось со мной до сих пор.
Сегодня я борюсь с теми же самыми желаниями.
Да, надо признать, Марка я не простила, но несмотря на это, он так и остался для меня желанным мужчиной. Только все годы я прятала это знание где-то глубоко внутри своего подсознания.
У меня были нормальные отношения только с Мишей. А с ним я в постели веду себя так, как будто секс мне безразличен… Я же ведь начала думать, что у меня просто молодые гормоны утихомирились. А оказалось, что я просто не встретила никого, кто бы вызывал во мне такие эмоции, как бывший.
А он вызывает. Одним только поцелуем вызывает. До сих пор! Спустя столько лет.
Теперь мне надо как-то продержаться до конца отпуска и не наделать глупостей.
Когда я вернусь в Россию, станет ли мне лучше? Я очень на это надеюсь!
* * *
Ну, а пока становится только хуже. Вечером мы отдаем Настю аниматорам в детскую комнату (она сама захотела там поиграть), вот так мы оказывается вдвоём на море.
Я лежу на шезлонге, мне не хочется идти в воду. Пытаюсь читать книгу, но то и дело поднимаю глаза на Марка, который плавает вдалеке, внимательно наблюдаю как он выходит из воды, как вода стекает с его рельефных мышц, представляю, как я докасываюсь до его кожи… и низ моего живота сжимается в приятный узел.
— Не пойдёшь купаться? — подходит ко мне, капли с его тела
