Так сказали звёзды - Ангелина Ромашкина
Через несколько секунд Ева заметила меня. И только тогда мой головной мозг принял окончательное решение – уйти отсюда поскорее. Я развернулся и на ватных ногах быстрым шагом пошел прочь.
Глава 12. Ева
За пару часов до произошедшего
Я проснулась от странного звука. Показалось, кто-то кидает камушки мне в окно. Хотя нет, не показалось. Кто-то действительно пулял в стекло камни.
Что за черт?
Я резко подскочила с кровати. Голова сразу закружилась. Открыв настежь створку, я высунула голову наружу. Холодный воздух тут же ударил меня по лицу и пробрался под пижамную рубашку. Под моим окном стоял Боря. В одном спортивном костюме, без куртки.
– Ты спятил? – прорычала я.
Он провел рукой по белокурым, как всегда аккуратно уложенным волосам.
– Ты не брала трубку. Открой дверь. – Боря улыбался во все тридцать два.
Но меня его улыбка больше не завораживала. Классическая тактика поведения моего экс: натворить фигню, а на следующий день сделать вид, что ничего особенного не произошло.
– Бегу и тапочки теряю! – Я начала закрывать окно.
– Ев, пожалуйста, я хочу извиниться и все объяснить. Я повел себя как полный придурок. – Он сложил руки в молитвенном жесте.
Хм, это уже что-то новенькое. Неужели за одну новогоднюю ночь эго Колесникова апгрейднулось?
Я снова открыла настежь створку и крикнула:
– Жди в машине!
Я не собиралась на всех парусах лететь к Боре. Пусть ждет. Вальяжно потянувшись, я взяла телефон и тяжело вздохнула. Конечно, режим «Не беспокоить». Я нажала на значок полумесяца, и на экране тут же всплыл миллион пропущенных вызовов от Бори.
Так. Ну если уж я решилась на разговор с Борей, то будет несправедливым дальше игнорировать Даню. Поэтому я написала ему сообщение: «Приезжай ко мне, поговорим».
Завязав на голове небрежный пучок, я пошла на кухню, чтобы сварить кофе. Утро было действительно мудренее минувшего вечера. Сейчас мне поступок Дани не казался таким уж ужасным.
Колесников, как назойливая муха, прилетел на вечеринку, на которую я его не звала. И отказался по-хорошему уходить, когда я культурно попросила его об этом. Боря всегда все делал по-своему. Пер как танк. Возможно, на ринге это качество и помогало ему: не зря же он без конца одерживал победу в боях. Но в отношениях глухая настойчивость Бори порой раздражала невыносимо.
Именно сейчас я была уверена даже не на сто – на двести – процентов, что словесный батл Дани с Борей ничего бы не дал. Он бы все равно остался и стал бы капать и мне, и Дане на мозги. Увы, Боря Колесников понимает только язык мордобоя.
Я снова взяла телефон и смахнула вверх вереницу уведомлений. В ней затерялось сообщение от мамы:
«Сел телефон. Давай встретимся, выпьем кофе, давно не виделись. Может быть, завтра?»
Я чуть не выронила телефон из рук на плиту, впиваясь глазами в имя отправителя. Если это чья-то новогодняя шутка, то мне не смешно. Где скупая на буквы в сообщениях Снежная Королева? Верните мою мать!
«Ты разве не на работе будешь?» – нервными пальцами напечатала я.
Пена резко поднялась, и я сняла турку с конфорки и поставила ее на полотенце. Папа всегда говорил, что надо подождать пару минут, чтобы кофейная взвесь опустилась, и лишь потом разливать напиток по чашкам.
Вот и моя взвесь из непонимания происходящего должна опуститься.
Снежная Королева (с эмодзи голубого сердечка): «Отдыхаю почти все январские».
Новости из колонки «Сенсации, от которых ваша челюсть отвиснет до пола». Может быть, у мамы телефон и не украли, но кто-то точно взял ее в заложники и под страхом мучительной смерти заставил уйти на выходные на январские праздники.
Я была в таком шоке от полученного сообщения, что в ответ смогла отправить только две скупые буквы: «Ок».
Я глянула в окно. Боря все еще терпеливо ждал меня в машине.
Я неторопливо выпила кофе, лелея надежду на то, что он не выдержит и даст по газам. Но его машина продолжала мозолить глаза, пока я подносила чашку к губам.
Я натянула на себя первое, что бросил к моим ногам шкаф, – спортивный костюм. Отлично! Не хватало еще наряжаться ради пятиминутной бесполезной трескотни. Руки привычно юркнули в теплые рукава пуховика, а ноги в растоптанные угги. Пока я спускалась к Боре, даже представить не смела, что такого он мне может сказать. Вчерашний идиотский поступок если уж не опустил еще ниже Колесникова в моих глазах, но в очередной раз доказал – с Борей нельзя встречаться.
Два месяца назад мы уже расставались. Тогда я узнала, что мой парень, требующий на каждом шагу честности, сам лгал.
* * *
Два месяца назад. Ноябрь
Я запрыгнула на пассажирское к Боре, хлопнув дверью.
– Ненавижу ноябрь и метель.
Я стряхнула снег с рукавов куртки и посмотрела на Борю. Он даже не удостоил меня взглядом.
– Что-то случилось? – Я осторожно коснулась его толстовки. И его голова медленно повернулась ко мне.
– Только не пугайся.
Я никогда не могла представить, как выглядит человек, про которого говорят: он как побитый пес. Но в этот момент перед моим взором предстала четкая проекция: Борины полуприкрытые веки были синего цвета, а рассеченная губа не позволяла ему улыбнуться, как бы он ни старался.
– Неудачная тренировка. – Он пожал плечами и снова уставился в боковое стекло, избегая зрительного контакта со мной.
– Я, по-твоему, похожа на идиотку? Бо-орь, – протянула я, надеясь на то, что мой парень сразу же выложит мне правду на блюдечко с золотой каемочкой.
– Поехали в ТЦ, купим тебе шмоток. – Проигнорировав мой вопрос, он вальяжно откинулся на спинку кресла и завел машину, она плавно двинулась вперед. Если уж улыбка никак не могла нарисоваться на его разукрашенном в сине-красные оттенки лице, то самодовольство тут же выползло наружу, проявляясь в железной хватке его рук, испещренных выпуклыми дорожками вен, на руле.
– И откуда деньги на такой кутеж? – Я скрестила руки на груди.
– Степуха и батя кое-что подкинул.
– Наверное, подкинул сразу после того, как увидел такую красоту на твоем лице?
– Ев, в чем проблема? – Он резко свернул вправо на перекрестке, не дождавшись зеленого сигнала светофора. – Любая другая девчонка двинулась бы от счастья. – Желваки пульсировали от гнева. – Тебе парень предлагает шмотки купить…
– Мне даром не сдались твои шмотки, Борь. Зачем они мне? Ты в первую же нашу ссору заявил, что мы не должны врать друг другу. А сейчас сидишь с