Безумие - Шанталь Тессье

— Держи.

— Нет…

— Возьми. Я купил тот дом для тебя. Он всегда был твоим.

Адам берёт ключ и обнимает меня. Мне ненавистно, что мы оказались в такой ситуации, но я горжусь Адамом — он отстаивает то, во что верит. Многие из тех, кого мы знаем, никогда бы так не поступили. Особенно против Лордов. Когда на твоей спине мишень, от неё трудно укрыться. Возможно, это последний раз, когда мы его видим.

— Спасибо. — Адам кладёт ключ в карман.

Сент встаёт и поворачивается к нему.

— Не дай себя убить, — говорит он.

Адам смеётся.

— Это единственный план, который у меня есть.

Сент обнимает его.

— Вот. Это для тебя. — Билл протягивает мне ещё одну папку. Я медлю секунду, прежде чем открыть её. Что ещё он может мне сегодня преподнести?

Вытаскиваю содержимое, смотрю на фото мужчины, затем перевожу взгляд на Билла, приподняв бровь.

— Что с ним случилось? — спрашивает Билл, и у меня ощущение, что он уже знает ответ.

— Я убил его.

Билл бросает взгляд на детектива, который фыркает и бормочет:

— Чёрт бы побрал этих Лордов.

— А в чём дело? — спрашиваю я.

— Мы думаем, он работал на мою жену, — отвечает Билл. — Изабелла владеет спа-салоном, куда ходила Шарлотта.

— Сукин сын, — шиплю я. Эта чёртова сука контролировала всю жизнь Шарлотты. Но теперь всё становится на свои места. Так Изабелла могла управлять тем, что попадало в капельницы её дочери. Это также объясняет, как Билл смог заменить препарат, чтобы нейтрализовать действие противозачаточных.

— Кто это и почему ты его убил? — спрашивает Кэштон, забирая у меня папку.

— Он был массажистом, который лапал мою жену, — рычу я. — Я сделал это быстро. — Если это хоть немного оправдывает меня.

— Мы считаем, что Изабелла использовала спа-салон для отбора женщин в «Кукольный дом», — заявляет детектив, кивая на папку, которую Кэштон передаёт Сенту. — Мы вели наблюдение за этим местом, пытались получить ответы, а ты убил одного из наших главных подозреваемых.

Я откидываюсь на спинку кресла, скрестив руки на груди. Он не дождётся от меня извинений. Я хотел, чтобы этот ублюдок умер, потому что он прикасался к моей жене. Понимаю, что это было чересчур, но ни хрена не жалею. Теперь жалею, что не сделал это медленно и мучительно.

Детектив вздыхает, видя моё молчание, и тут Адам говорит:

— Ладно, давайте поговорим о деле.

— О деле? — спрашиваю я, приподнимая бровь. — О каком деле?

Босс Адама откидывается на сиденье, кладёт левую ногу на правую и говорит:

— Нам понадобится ваша помощь.

Затем он смотрит на Билла, который кивает.

Сент опережает Кэштона и меня.

— Говори.

По дороге домой царит только неловкое молчание. Мы все были в шлемах, чтобы поддерживать связь, но никому не хотелось говорить. Всё уже было сказано в самолёте, на котором мы кружили больше часа.

Сент и я съезжаем с шоссе, и в наушниках раздаётся голос Сента — мы оба замечаем, что Кэштон не последовал за нами.

— Кэш?..

— Мне нужно быть в другом месте, — перебивает он, поднимает переднее колесо над асфальтом и уезжает, балансируя на заднем.

— Чёрт, — вздыхает Сент, покачивая шлемом.

Я понимаю, что нам всем нужно многое обдумать, а ему побыть одному.

Заезжая в «Бойню», мы с Сентом паркуем мотоциклы в гараже и направляемся к ночлежке. Выйдя из лифта, он спрашивает:

— Ты уезжаешь утром?

Я оборачиваюсь, положив руку на дверь.

— Увидимся в офисе. В семь.

— В семь, — соглашается Сент и уже собирается войти в свою комнату, но замирает. Глубоко вздохнув, смотрит мне в глаза: — Они собирались заставить тебя жениться на Эштин.

Это не вопрос, поэтому я молчу.

— Они собирались использовать её или меня?

Неважно.

— Сент…

— Меня, — кивает Сент, отвечая на собственный вопрос. — Конечно. Если бы они знали, как сильно она меня любит, они использовали бы это против неё, чтобы заставить подчиниться. Точно так же, как Изабелла собиралась использовать любовь Шарлотты к тебе против неё в «Кукольном доме».

В этом есть смысл. Изабелла знала план наших отцов — каким бы он ни был — и решила применить нечто подобное. У неё было четыре года, чтобы придумать свой.

— Я бы никогда не допустил, чтобы дошло до этого, — уверяю я его. — Я бы сделал что-нибудь… что угодно… прежде чем позволил бы им заставить Эштин стать моей женой.

— Спокойной ночи, брат, — говорит Сент и, прежде чем я успеваю ответить, заходит в свою комнату.

Я вхожу в свою так же тихо, как и выходил. Снимаю футболку, и тут загорается прикроватная лампа. Я поворачиваюсь и вижу, что жена сидит в постели, скрестив руки на обнажённой груди, и смотрит на меня прищуренным взглядом.

— Где ты был? — требует она ответа, словно только что застала меня на измене.

Я медлю, пытаясь придумать ответ. Не думал, что именно это ждёт меня дома.

— Я видела сообщение, пока ты был в душе, Хайдин. — Шарлотта опускает глаза на одеяло и разводит руки. — У тебя проблемы?

— Нет, — отвечаю я, бросаю футболку на пол и забираюсь на кровать, всё ещё в джинсах. Ложусь рядом с ней на бок.

Шарлотта ложится и поворачивает голову, и её прекрасные голубые глаза встречаются с моими.

— Ты скажешь мне правду?

— Конечно, куколка.

— У нас проблемы? — Шарлотта кладёт руку на плоский живот, и мне ненавистно, как она волнуется. Как всё, что мы любим, может быть так легко отнято у нас.

— Нет.

Я кладу руку на её живот, поверх её руки. Она вздыхает, подкладывает другую руку под шею и смотрит в потолок.

— Всё хорошо, — уверяю её. — Ты в порядке. Наши дети в порядке. И мы в порядке.

Её слезящиеся глаза снова встречаются с моими, и я улыбаюсь, стараясь её успокоить. На этот раз я не лгу. Мы с братьями сохраним секрет Адама и Сина. Никто из нас не поставит под угрозу то, что у нас есть, что мы здесь построили. Адам делает важное дело, и мы воспользуемся любым шансом помочь ему завершить начатое.