После развода. Кризис 40 лет - Лена Грин
Глава 2
Поездка домой почти стёрлась из памяти. Я двигалась на автопилоте, и тело не подвело.
У подъезда я посидела пару минут в машине, беззвучно плача. В душе была дыра размером с дом. Наверное, я дура, раз думала, что с нами такого не случится. Мы особенные. Как же.
Телефон мигнул сообщением:
«Ты в порядке?»
Я сдавила его, с болью глядя на контакт. «Женя».
«Ты нормально добралась?»
— Да отвали ты, — бросила вслух и вышла из машины.
В подъезде столкнулась с говорливой соседкой, слава богу, поддерживать разговор не пришлось. Она справлялась за двоих.
Когда вошла домой и тихо закрыла дверь, у Сони играла музыка. Я прислонилась спиной к прохладной поверхности, давая себе передышку.
Сделала глубокий вдох, как учила Женю, когда у него были панические атаки. Ирония была настолько горькой, что я чуть не задохнулась.
Телефон снова завибрировал, и я отключила звук. Пусть нервничает, пусть переживает. Пусть катится к чёрту, предатель.
— Мам, это ты? — Соня выглянула ко мне, и я натянула маску нормальной матери.
— Привет, солнышко, — поцеловала её в макушку. — Как дела? Что там в школе?
Я дала ей тему, зная, что она сейчас включит поток новостей, и нужно будет только поддакивать. На большее я сейчас не годилась.
— Помнишь, я про Кристину говорила? Ну, новенькая.
— Ага.
— Она классная!
Я смотрела на неё, улыбаясь натянутой, деревянной улыбкой, и слушала вполуха. Её слова доносились будто из-за толстого стекла.
В голове гудело только одно: «Папа теперь с другой. Как я тебе это скажу?»
— Мам, а ты чего такая бледная? — Соня нахмурилась.
— Устала, родная. Работа. — я прошла на кухню и налила себе воды. — Очень рада за тебя и Кристину. Это здорово, что ты нашла подругу.
Нужно дотерпеть до завтра. Отправлю её на выходные к бабушке, а там… Там нам с Женей всё-таки придётся поговорить.
Я взялась разогревать ужин, и сегодня обычные действия требовали нечеловеческих усилий. Я чувствовала себя роботом, запрограммированным на функцию «мать».
— А папу ждать не будем?
— Папа сегодня задерживается. У него срочные дела, — удивительно ровно соврала я.
Очень срочные. Празднует, наверное, избавление от жены. Больше не нужно врать и изворачиваться. Наверняка, в постели кувыркается.
Соня что-то бормотала про домашнее задание, я почти не прикасалась к еде, гоняя горошину по тарелке. После ужина она убежала к себе, и я выдохнула.
А потом что-то дёрнуло меня пойти в спальню, оставив посуду немытой. Я сорвала с постели покрывало и принялась сдирать постельное бельё. Он спал здесь со мной после своих свиданий с этой девкой.
Он трогал её, а потом этими же руками касался меня. Приходил и ложился рядом. Как оборотень, притворялся любящим мужем.
На простынях оставался запах его парфюма, такой знакомый, родной и ненавистный.
Я собрала всё это комом и запихала в корзину для белья. Хотелось крушить, ломать, разрушать. Как он разрушил моё доверие. Наш брак. Пятнадцать лет! И он променял меня на эту дешёвку.
Я не знала, кто она, но ненавидела всем сердцем. Она знала, не могла не знать. А даже если нет…
В шкафу я схватила его рубашки скопом и бросила на кровать, достала чемодан и запихала всё вместе. Туда же полетели его брюки и свитера. Выгребла из комода его носки, трусы, пусть катится. Пусть забирает всё и убирается к чертям.
На телефон сыпались сообщения. Беззвучно мигали и исчезали непрочитанными.
Подонок. Пятнадцать лет. Последний вообще был адом. Я боролась за него с этим чёртовым поперечным миелитом. Он мог умереть, мог остаться на всю жизнь инвалидом.
Он на ногах! Он полностью победил болезнь. Потому что я не сидела, сложа руки. Да, ему есть, за что меня благодарить. И пусть не делает вид, что это не так.
«Так поступила бы каждая». Не каждая. Я видела, как люди опускают руки.
У него был бонус. Жена — администратор в частной клинике. Я выбивала ему лучших врачей, которым было не всё равно.
Лучшую реабилитацию, методы, которые действительно помогали. Я не обращала внимания на его мужские капризы. Не будь меня рядом, не будь рядом Сони, он бы сдался. Сразу, как только понял, что легко не будет.
Сколько я тянула его, не слушая грубостей, понимала, что ему дико сложно. Кормильца вернуть хотела. Придурок. Любимого мужа!
Я ругалась с ним у себя в голове, выплёскивая агрессию. Собирала его вещи, запихивая в сумки. Ноги его здесь больше не будет.
Телефон продолжал беззвучно звонить, не прекращая. Я опустилась устало на голый матрас, глядя на экран.
«Если не ответишь, я просто поднимусь»
Какого чёрта? Я подошла к окну и выглянула вниз. Женя стоял возле машины, не сводя взгляда с окна спальни.
Как интересно. Что, вдруг приоритеты поменялись?
Глава 3
— Чего ты хочешь? — я приняла вызов, чтобы он не вздумал подниматься.
— Хотел убедиться, что ты в порядке.
Надо же, какой благородный.
— Не льсти себе, руки я на себя накладывать не собираюсь.
— Юль…
— Или боишься, что я Соню против тебя настраиваю?
— Нет, я не этого боюсь. Мне просто не плевать, ясно?
— Поздравляю, — я усмехнулась ядовито. — От «люблю» до «не плевать» всего за несколько часов. Быстро же ты.
— Ладно, нормально говорить ты явно не настроена.
— Я сейчас не то, что говорить, я тебя видеть не могу, — прошипела я, с силой задёрнув штору. — Тошно, понимаешь? Я тебя просила, просто не дёргай меня сегодня, неужели это так трудно?!
— Нам всё равно придётся поговорить.
— Я в курсе. Завтра отправлю Соню к бабушке и можешь заехать за вещами, заодно расскажешь мне, как хорошо провёл ночь. А теперь оставь меня в покое!
С каждым словом я всё больше выходила из себя, и под конец просто сбросила звонок. Хотелось швырнуть телефон об стену, только денег жалко.
Наконец внизу завёлся двигатель, Женя уехал и больше меня тем вечером не беспокоил.
Я набрала Алёне, своей лучшей подруге, завтра она должна была вернуться из командировки и пообещала сразу рвануть ко мне.
— Нет, я в шоке, — отказывалась она верить. — Женя? Твой Женя?..
— Уже не мой.
— Ну как так-то? Вы же были идеальной парой…
— Мужское самолюбие. Ему, видите ли, нелегко пришлось, когда он тут передо мной беспомощным лежал, — с издёвкой проговорила я.
— Вот козёл неблагодарный! Надо было его бросить, пусть бы сам выгребал. Гад. Ладно, держись, подруга, я с самолёта сразу к тебе.
— Спасибо, родная…
— Ну не плачь, — Алёна вслед
