Жестокий Муж. Вернуть (Не) Любимую Жену - Анна Гур
Прищуривается. Пронизывает меня своим взглядом.
— Агнюша, ты ревнуешь, милая?!
В каждом слове ирония и высокомерие, которое ударяет меня наотмашь.
— Нет. Мне просто противно быть рядом с тобой и дышать одним воздухом! Между нами все давно кончено, а моя дальнейшая жизнь тебя не касается!
Вот сейчас я дергаюсь, хочу уйти куда глаза глядят, но Ветров делает шаг в мою сторону и хватает меня за локоть, сжимает достаточно ощутимо, я вскрикиваю, а он в глаза мои смотрит и цедит так, что понятно становится: щадить меня никто не намерен:
— Ты так и не ответила на поставленный вопрос.
— Ветров, отпусти меня! Не смей касаться!
— Ты — моя жена! Имею право! — рычит в ответ.
— Нет! Не твоя! И ты сам мне дал понять с первого дня, что я для тебя не больше значу, чем шкаф в твоем кабинете!
— Какой вопрос?! — отвечаю и дергаю локоть, чтобы убрать обжигающие даже сквозь одежду сильные пальцы. Но куда там! Эту скалу не сдвинуть, как бы я ни билась. Ветров сильнее, быстрее, и он умеет давить даже взглядом!
— От кого ты родила?! Кто отец?! Сколько лет твоей дочери?!
Я прикусываю губу, силюсь не расплакаться, как вдруг слышу властный голос, который летит в нас, словно обнаженный кинжал:
— Клешню свою убрал от нее! Живо!
Бах! Бах! Бах! Удар молнии и грома! Вот как я это ощущаю!
По ощущениям, где-то разрывается бомба. Я не успеваю даже вдохнуть, а Игорь и не думает разжать свою руку! Его пальцы будто железные тиски, мне кажется, что сейчас он просто раздавит мою руку!
Ветров ни грамма не изменился, только стал еще жестче и матерее!
В каком-то ужасе осознаю, что передо мной самый настоящий монстр, который может сломать без колебаний.
Он лишь поворачивает голову в сторону седовласого сухопарого мужчины, который смотрит на Игоря так, что у меня мороз по коже бежит…
Дедушку я всегда воспринимала милым и заботливым старичком, а сейчас… передо мной незнакомец с жестким взглядом.
— Ответь на мой вопрос! — рычит Ветров и вновь смотрит на меня. — Говори!
— Не твое дело! — выдыхаю резко, дергаю руку, но Ветров будто зверь, которому запах крови не дает остановиться. — Ты не имеешь права ко мне прикасаться!
Злость захлестывает, я встречаю взгляд Игоря и не отвожу своего. Готова бороться до конца!
— Защитника нашла?! Птичка ладно запела…
Приближает лицо к моему, глаза темнеют, голос хриплый и низкий:
— Учти на будущее, милая. Если я задаю вопрос — ты отвечаешь!
Ярость Ветрова пугает до дрожи, но я вздергиваю подбородок и не показываю, что сейчас мне действительно страшно. Хочется кричать, звать на помощь, но голос застревает в горле.
Мир сужается до его дыхания, до пальцев, сжимающих мой локоть, до запаха дорогого одеколона, который теперь кажется удушливым.
— Мама… — зовет моя малышка, благо она не близко, просто подзывает, увлеченная клумбой.
Все это происходит за миллисекунды. Как в замедленном кадре. И тут… пространство будто взрывается от тяжелого, уверенного голоса, в котором слышится металл и сила прожитых лет:
— Ветров. Отойди. Если не хочешь, чтобы мои люди тебя изрешетили.
Тишина. Настолько плотная, что даже сердце бьется через раз. Наконец Игорь отрывает от меня взгляд. Оборачивается. Медленно.
Я тоже смотрю на своего спасителя. Дедушка стоит от нас в нескольких шагах. И я вижу этого человека иначе… Словно со стороны…
Дедушку язык не повернется назвать именно стариком. Седые волосы будто чистое серебро, а вот взгляд… тяжелый, ледяной, спина прямая.
— О… какие люди… надо же… Князь теневого мира, — усмехается Ветров, выпрямляясь, хотя я вижу, как его плечи чуть напрягаются, когда он смотрит на дедушку.
А у меня… чуть сердце в пятки не уходит!
Князь теневого мира?!
Я ведь не ошиблась?! Правильно расслышала?! Или у меня галлюцинации?!
И что это такое?! Издевка, или правда мой дедушка кто-то… очень опасный?!
Бред! Я жила в особняке деда первое время! Я спасалась у него! Мы вместе пили чай и даже играли в карты, дедушка учил меня покеру, а я… я всегда проигрывала, потому что с детства не очень люблю считать… а еще обманывать и притворяться.
— Ты плохой игрок в покер, Агния. У тебя все на лице написано, — смеялся дедушка, и мы с ним садились у камина, и он рассказывал мне о прошлом, о том, что очень любил мою бабушку, о том, что я очень на нее похожа…
Не мог этот милый старик, который дал мне кров, позволил залечить свои раны, был так добр и внимателен оказаться каким-то князем теневого мира, то есть… преступником!
Вопросы взрываются какой-то кашей в голове, и Игорь… он подкидывает масла в огонь, когда его губы раздвигаются в опасной улыбке:
— Ты хочешь перестрелку прямо тут устроить, а, Князь?! Вроде уже не девяностые… Или хочешь проверить, насколько подготовленные у меня ребята в охране?!
Пикируют фразами, которые как ножи, что летят мимо меня, а я… замечаю движение и… понимаю, что мы как в каком-то полицейском фильме, где бравые ребята кричат: «Ни с места — вы окружены!»
— Не девяностые… Давно… Ты вряд ли их застал, Игорь, во взрослом возрасте. В те времена мужик был в ответе за свою женщину, за семью, он головой отвечал за их сохранность, а не гулял по бабам… Ты потерял Агнию. Она свободна от тебя. Так что поздно махач устраивать!
Насмешка в каждой букве предложения. Дед буквально пронзает Игоря взглядом, а я… неожиданно понимаю, что Ветров встал так, чтобы я за его спиной оказалась, когда наконец-то убрал свою руку с моей…
— Не понял. Мне что, авторитет с отсидкой нотации будет читать… Или…
Неожиданно Ветров оборачивается. На меня смотрит, затем переводит медленно взгляд на деда, и я вижу, как у него желваки начинают дергаться, а скулы белеют.
Ярость — страшная, сокрушительная — окутывает Игоря, и мне на мгновение становится до чертиков страшно, потому что кажется: сейчас мой бывший муж отдаст приказ — и здесь начнется самая настоящая бойня.
— Агния… — выгибает бровь, на деда смотрит, затем выплевывает зло: — То есть ты не просто ввязался… ты ее знаешь…
Кивок в мою сторону. Сейчас взгляд у Игоря жесткий, опасный, наполненный яростью, которую я физически ощущаю.
И не теряюсь, улыбаюсь зло и отвечаю уверенно:
— Не твое дело! Мы в разводе! Кого я знаю,
