Вместе или нет - Ава Уайлдер
Ее накрыла эта чертова паническая атака.
Лайла еще сильнее прижалась к стене, закрыв лицо руками, хватая ртом воздух. Грудь невыносимо сдавило, ноги подкашивались, легкие сжимало словно железными тисками.
Все-таки она попала в ловушку. Она будет несчастна, если выберет сериал. Но если выберет себя, то потеряет Шейна.
Лайла опустила руки и с отчаянием посмотрела на Шейна снизу вверх. Она не знала, на что ей надеяться. Он тупо глядел на нее, и его лицо ничего не выражало. Лайла испытала приступ тошноты, как только поняла:
Именно здесь и пролегала граница. Он тоже не готов выбрать ее.
Из ее груди вырвалось рыдание ― громкое, горькое. Она почувствовала себя еще более униженной.
– Я должна… Я не могу… ― выдавила Лайла, оторвавшись от стены, и, спотыкаясь, побрела к двери.
29
Девять лет назад
Когда Лайла подходила к бару отеля, она еще не знала точно, на что надеяться больше: что он там будет, или что его там нет.
Ведь все было как-то неоднозначно: лишь только они с Шейном покинули сцену после презентации «Неосязаемого», он заключил ее в объятия и прошептал на ухо: «Выпьешь со мной позже?» Но если он имел в виду афтепати канала UBS, то там у них совершенно не нашлось времени побыть наедине, поскольку весь вечер они провели в толпе, пожимая немыслимое количество рук.
Вернувшись в свой гостиничный номер, Лайла стала подумывать о том, не остаться ли ей одной. Она дико устала и даже сорвала голос, потому что несколько часов подряд пришлось перекрикивать гремевшую на вечеринке музыку. Однако в какой-то момент она поймала себя на том, что подправляет макияж, наносит духи и разглаживает складки на платье. Было еще не слишком поздно ― только четверть первого ночи. Даже если его там не окажется, она выпьет в одиночестве, чтобы слегка расслабиться после тяжелого дня.
Но как только Лайла вошла в бар и увидела Шейна, она поняла, что все это время обманывала себя. Если бы он не ждал ее там, она бы вернулась в свой номер и скинула бы туфли и платье раньше, чем за ней закрылась бы дверь.
Пока что Шейн ее не заметил. Он стоял, облокотившись о барную стойку, лицом к главному входу, пытаясь делать вид, что ему все равно, но выдавал себя тем, что вглядывался в каждого проходившего мимо. Лайла старалась не обращать внимания на дрожь в теле, которая возникала у нее всякий раз, когда она видела Шейна, и которая сегодня многократно усилилась.
Она просто хочет выпить с коллегой ― только и всего. «С коллегой, к которому тебя ужасно влечет, после полуночи, в отеле, в котором вы оба остановились», прошептал внутренний голос. «Сама-знаешь-к-чему-это-приведет». Но она заглушила голос разума, подошла сзади к Шейну и, не задумываясь, положила ему руку на спину.
Шейн был одет в футболку и джинсы, и сквозь ткань футболки ее ладонь ощутила его тепло. Он посмотрел на нее, даже не попытавшись скрыть ухмылку.
– Я уж стал подумывать, что надоел тебе.
– Пока нет. Хотя у меня такое чувство, будто я не видела тебя почти весь день. Разве это не странно?
Он покачал головой.
– Нет. Я понимаю, о чем ты. Денек получился просто сумасшедший.
В баре было немноголюдно, но свободных сидячих мест не оказалось, поэтому она тоже встала у стойки, прикоснувшись к Шейну плечом. Подошел бармен, чтобы принять у Лайлы заказ, и она заколебалась. На вечеринке после презентации она выпила всего один бокал, и легкое опьянение уже прошло без следа. Так что белое вино было самым подходящим вариантом.
Как только бармен наполнил ее бокал, Шейн поднял свой виски.
– Итак, за что мы выпьем?
– Может, просто… за будущее?
В уголках его глаз проявились морщинки, и ее взгляд опустился прямо на ямочку на его подбородке.
– За будущее. Оно придет к нам, несмотря ни на что.
Она хотела выпить не спеша, но сама не заметила, как осушила первый бокал, достигнув идеального уровня расслабления ― сделавшись раскованной и игривой, ― и все, что он говорил теперь, стало казаться ей невероятно остроумным.
Вскоре они уже сравнивали полученные в детстве шрамы, что, по сути, было всего лишь предлогом для того, чтобы прикоснуться друг к другу. Она постаралась не вздрогнуть, когда его пальцы прошлись по небольшому рубцу на ее предплечье, оставшемуся после того, как она грохнулась с велосипеда и ей наложили пять швов. В ответ она слегка приподняла кончиками пальцев его подбородок, ощупав след от ранки, которую он получил, прыгая «солдатиком» с крыши в бассейн, когда гостил у друга.
Стулья по обе стороны от них теперь пустовали, но они не обращали на это внимания. Он стоял так близко к ней, что в его дыхании она почувствовала слабый запах зубной пасты, смешанный с ароматом виски. Собираясь в бар, он почистил зубы. Эта мысль вызвала в ней головокружительный трепет. Значит, он надеялся, что сегодня ночью они будут близки.
– Итак, скажи мне, Лайла Хантер, ― проговорил Шейн, лениво растягивая гласные, и наклонился еще ближе, ― тебя кто-нибудь ждет дома?
Она сделала большой глоток, прежде чем ответить.
Вероятно, им следовало обсудить это раньше, но ни один из них не горел желанием говорить о личной жизни во время съемок пилотного эпизода. Однако теперь она могла себе признаться, что это было не из-за профессионального отношения к работе. Она просто не хотела знать.
Опустив бокал, Лайла покачала головой.
– Я совсем недавно закончила долгие отношения. Два с половиной года урывками. Но мы расстались еще до того, как я переехала в Лос-Анджелес, ― я не хотела романов на расстоянии. Кстати, он живет здесь, и завтра утром мы собираемся позавтракать перед моим вылетом.
– Даже так? Он до сих пор для тебя свет в окошке?
– Ты имеешь в виду, факел в пещере?
Язвительная улыбка заиграла в уголках его губ.
– Блин. «Свет в окошке» ― это, типа, никто другой не может с ним сравниться, верно?
– Верно. Однако больше нет ни света, ни пламени. Мы просто друзья. Как бы друзья. На самом деле я его слегка ненавижу. Но не хочу доставлять ему удовольствие, признавшись в этом. Короче говоря… завтрак.
Глаза Шейна весело заблестели.
– Конечно.
